Алексей Федотов – Корел. Сказ о том, как донские казаки в Москву ходили (страница 6)

Когда это известие пришло в Москву, сильное смущение овладело и народом, и придворными, и Царь Фёдор был в таком испуге, что желал смерти; его утешали, как только могли; Царица Ирина также была глубоко огорчена и желала удалиться в монастырь, ибо подозревала, что убийство совершилось по наущению ее брата Бориса, жаждавшего управлять царством и владеть короною; но она молчала и все, что слышала, таила в сердце, никому ничего не сообщая.

Борис Годунов с чрезвычайной ловкостью сумел подействовать на царя, что тот поручил ему произвести розыск, и Борис принял это поручение.

Убиение царевича Дмитрия. Неизвестный художник 18 века.

Можно было справедливо сказать: овцу поручили волку, но Борис Годунов так произвел розыск, что всех, бывших при дворе царевича, схватили как изменников, и все они подверглись царской опале и были отправлены в ссылку; некоторых, навлекших на себя подозрение, казнили; так совершенно невинно погибли многие добрые люди с женами и детьми.

Из Москвы послали знатного боярина Василия Ивановича Шуйского, окольничего Андрея Клешнина и дьяка Е. Вылузгина провести расследование и присутствовать при погребении. По окончании следствия они осмотрели тело царевича, которого хорошо знали, и собственноручно положили его во гроб в присутствии старой царицы Марии, его матери, вдовы покойного тирана. И так похоронили царевича Дмитрия в том городе Угличе, с великим воем и плачем, по русскому обычаю.

Затем старая царица Мария (Марфа) заключена была в монастырь, все оставшиеся в живых ее родственники из рода Нагих были, как уже сказано, сосланы. По всей стране было много толков среди знатных людей, которые не осмеливались действовать против Годуновых, пока царь Фёдор жил с царицею Ириной, сестрою Годунова: не простой народ, купцы и другие простые люди толковали между собой о Годуновых, говоря втайне, что они изменники и стремятся овладеть царским венцом, поэтому Борис употреблял всевозможные средства для того, чтобы отвести от себя эти толки.

4 июля 1591 года крымский хан Казы-Гирей с полутораста тысячным войском подошёл к Москве, однако, оказавшись у стен новой мощной крепости и под прицелом многочисленных пушек, штурмовать её не решился. Мало кто знал из татар что под руководством зодчего Федора Савельева по прозвищу Конь были возведены стены Белого города протяжённостью 9 км (они опоясали район, заключённый внутри современного Бульварного кольца). Стены и 29 башен Белого города были сложены из известняка, обложены кирпичом и оштукатурены.

В мелких стычках с русскими отряды хана постоянно терпели поражения; это вынудило его отступить, бросив обоз. Ночью русские воеводы из «обоза» отправили 3-тысячный конный отряд Василия Янова в атаку на ханский лагерь в селе Коломенском. Встревоженный русским нападением и пушечной стрельбой, крымский хан 6 июля начал спешное отступление от русской столицы.

Русские конные отряды были посланы в погоню за отступающей и деморализованной крымской ордой. В последних боях с русскими в «диком поле» был ранен сам хан Газы-Герай, кроме того были ранены царевичи Сафа Герай и Бахти Герай, племянники хана. За победу над Казы-Гиреем.

По прибытии в Москву Борис Годунов получил наибольшее вознаграждение из всех участников этой кампании. Вот цитата из Н.М.Карамзина: «…надел на Бориса с своего плеча шубу Русскую с золотыми пуговицами в 1000 рублей и с себя же цепь драгоценную, пожаловал золотой сосуд Мамаевский славную добычу Куликовской битвы, три города области Важской в наследственное достояние и титло „слуги“ знаменитейшее Боярского». Так же царь не обделил и Мстиславского, и других воевод. На месте где стояло русское войско заложили монастырь, названный Донским от имени иконы с Куликова поля, которая так же была под стенами Москвы.

В 1592 году Царь Фёдор Иванович послал в Константинополь своего посланника. Григория Афанасьевича Нащёкина для улучшения государственных отношений. Султан жаловался на недружелюбные действия донских казаков, а русский царь на крымских и азовских татар. Московский царь иногда забывал про то что казаки получали жалование, а коль нет денег то вольные люди поступали как им заблагорассудится. Добывали себе на пропитание набегами на азовскую крепость и грабежами проезжих купцов. Ранее в 1590 году, Донские казаки вместе с Запорожцами, ограбили и сожгли деревянную крепость Воронеж, убили тамошнего Воеводу, Князя Долгорукова-Шабановского; и позже ограбили несколько Турецких купеческих кораблей, пристали к берегам Малой Азии, опустошили и выжгли города Трапезонт и Синоп.

Вот цитата из грамоты архива Дел Турецких; «А по Дону были литовские Черкасы (никакие не украинцы) многие и сложася с нашими изменниками с Донскими казаками, которые от нас бегают, жили на Дону и потом нашему посланику и Доном проехати было нельзе. А которые воры Донские казаки, вперёд будучи на Дону, Азову и Томани и Темрюку убытки ночнут чинити, и мы на Дон пошлём вперёд рать свою, и тех воров Донских казаков переимати велим, а вам бы, брату нашему, Мурат султану заказ учинити, чтоб вперёд азовские и белогородские и крымские люди на наши украйны войною не приходили».

Зимою 1592 года азовские турки приходили на казачьи городки и взяли в плен более 100 человек. Казаки в отместку и для освобождения из плена своих людей пошли под Азак и убили много турок и некоторых взяли в плен и на страх варварам под самим Азовом, на одном из Донских устьев поставили крепостцу. А весной пока посланник ещё находился в пути к Азову отряд казаков под предводительством Василием Жигулиным на малых лодках пустился в море Азовское для поражения неверных.

Нащёкин писал и жаловался из Азова в Москву: «Казаки Станиц низовых силою отняли у меня дары Государевы, не хотели без окупа выдать мне взятых ими в плен Султанского Чауша с шестью Черкесскими Князьями и с досады одному из них отсекли руку, вопя на шумной сходке: «Мы верны Царю Белому, но кого берем саблею, того не освобождаем даром!».

Царь справедливо раздраженный сим своевольством и дерзостью, послал на Дон Войсковому Атаману Степану Ершову и Казакам верховым и низовым грамоту в которой писал: «По получении сей грамоты, сославшись, с Азовцами немедленно помиритесь, хотя 6ы вам и досада какая от Азова произошла; помирившись же, отнюдь в море на грабеж не ходите, и тем Нас с Турецким Султаном не ссорьте. Послушаетесь, тем службу свою прямую Нам покажете и жалованья Нашего не лишитесь; не послушаетесь, навсегда лишим вас и жалованья и милости Своей.

Заглавие грамоты Феодора Иоанновича из сборника"Донские дела».

Если же, паче чаяния, и после сего Нашему делу с Турками какую поруху учините, опалу на вас возложим, в Москву для ласки никогда вас не призовем, пошлем на вас рать, велим на месте вашего Раздора поставить свою крепость, изгоним вас с Дону и вместе с султаном не позволим вас воровать, как ныне воруете… и посылаемого к вам для встречи их Измайлова примите и препроводите до нашей украйны с честию, дав в распоряжение Измайлова от 200 до 500 человек. Лучший отряд доброконных и вооруженных Атаманов и молодцов пошлите погромить Араслана Дивеева Улус, что на Калмиусе, и добудьте там языков, чтобы нам про Ханово умышленье узиать своевременно. Если до прибытия послов Татары и Азовцы пойдут войною на Украину, вы ступайте на шляхи и перевозы в тыл врагу, и, сошедшись из Донце с Путивльскими и Запорожскими Черкасами, там по Указу Нашему с Гетманом Хриштопом Косицким находящимся, действуйте совокупно и за одно. На Казыев и Арасланов Улусы придут Нагайцы со многими людьми, с Нашим Боярским сыном, и им помогайте усердно, и где нужно перевозите их чрез Дон. Ныне, с вашим Атаманом Венюковым с товарищами, посылаем вам только по три пуда свинцу и зелья; а с Измайловым, смотря по нынешней службе вашей и радению, пришлем более. Какие у вас вести поновятся, не мешкавши присылайте к Нам Атамана с товарищами, коньми в станице…»

Отрывок из грамоты Феодора Иоановича из книги"Донские дела»

Вот эту грамоту, не дойдя до Раздоров три версты и остановясь на Гостином острове, Царский Посланник Нащёкин хотел зачитать всем верховым казакам. Он послал в Войско атамана Вышыту Васильева, три дня верховые казаки бузили, но потом пришли на остров в количестве до 300 человек с атаманом Симеоном Воейковым.

После казаки верховые и низовые собрали войсковой круг, на котором присутствовал и писал ответ Атаман Зимовой станицы Андрей Корела. Вот цитата из книги русского историка В.Д.Сухорукова «Историческое описание земли Войска Донского»: «…безчестно для нас самим искать мира у Азовцев. Мы только по просьбе врагов наших даём им пощаду, но сами оной никогда не просим и, если дадим повод почитать нас слабыми безсильными, тогда неприятели сделаются дерзновеннее и самих нас не оставят в покое. При том же без совета товарищей наших, находящихся на море, мы не смеем начинать никаких переговоров. Не можем отдать и пленников, мы купили их своей кровию, не мы на них нападали они сами искали голов наших и пришед с оружием, хотели разорить наши городки, но за свою дерзость наказаны постыдным пленом. Желаем отмстить врагам нашим Азовцам, которые собратьев наших попадающих им в плен, всех мучительски убивают или сажают на каторги, а нам не только даром, но даже и на выкуп не отдают их».