Алексей Федотов – Чужой мир: Альтернатива (страница 31)
— Мда…Немного обо мне рассказала видимо Анна, — покачал головой Барыга. — Разумеется в тайне. При моем ремесле болтливость противопоказана.
— Ну, вот и славно. Приятно было иметь с вами дело.
Кажется, он понял смысл перехода с ты на вы. Усмехнулся.
— Взаимно. Если захочешь что-то приобрести у меня
Я улыбнулся. Подал протянутую руку и вышел из лавки, чувствуя, как его глаза буравят мне спину. Да и взведенные артефакты заставляли бежать морозные мурашки по коже. Конечно Белоусов сказал, что против огня некоторое время я продержусь, но меня смущал таинственный артефакт у него на груди светящийся белым. Против магии воздуха у меня ничего не было.
Закрыв за собой дверь, я глубоко вздохнул.
Одно важное дело сделано. Можно бы и поужинать.
Анна мрачно сидела на лавочке в позе роденовского мыслителя. Увидев, что я вышел, вскочила и подошла ко мне.
— Ну что? Договорились?
— Ага! — сказал я и зевнул. Конечно, эти два дня выдались суматошными и я фактически не спал. Даже в молодом теле чувствуется усталость. — Слушай, а пойдем где-нибудь перекусим?
— Ты меня приглашаешь? — напряглась Анна.
— Ага. Не бойся — приставать не буду. Мне больно дороги обе моих руки.
— Дурак! — шлепнула меня по плечу девушка.
— Есть немного, — ухмыльнулся я.
— О небо, дай мне терпения! Куда пойдем?
— Давай на твой вкус? — мое знание подобных заведений в городе было более чем скромным, и я по понятным причинам не хотел там появляться без веской на то причины. — А то я в городе недавно.
— Ну, пойдем.
Заведение, в которое мы в итоге пришли, было корчмой средней руки, судя по публике, которая тут сидела.
Обстановка в ней была куда хуже всех виденных мной едален. Но готовили здесь и правду неплохо. До уровня таверны «Воронья гора» не дотягивает но… А если сравнивать стоимость, то эта корчма однозначно теперь находилась в моем топе едален на первом месте.
Нам подали кролика с тушеными овощами и слабое ячменное пиво.
Вообще пивная карта была в этом мире весьма обширна, начиная с пива разных сортов и из разных зерен, кончая весьма крепкими настойками. Из чего я делал вывод, что дистиллят тут изобрели уже достаточно давно.
Я не любил крепкие напитки. Было в них что неправильное, что заставляло замутненное сознание творить вещи, которые в трезвости ты и представить не мог.
А вот некрепкое пиво я очень любил и в старом мире частенько забегал в некрупный бар неподалёку от дома. Там продавали собственное пиво из ячменя и пшеницы, которое ни в какое сравнение не шло с бутылочным пивом.
Как-то один из моих любимых писателей написал в одном своем произведении, что «бутылочное пиво — это труп пива в стеклянном гробу». И я считаю, что он прав на все сто процентов. Пиво должно быть живым, а не накаченным химией, чтобы не портиться.
Так вот, пиво, которое нам подали ни какое сравнение с
пивом в баре не шло. Не в пользу последнего.
Нежное, с шелковистым вкусом, как раз под мясо кролика и горячий ржаной хлеб.
Судя по всему, девушка часто ела здесь, так как корчма располагалось неподалеку от базы ее отряда. Анну здесь хорошо знали, и к нам тут же подошел хозяин заведения, и мы сделали заказ. Точнее сделала она, а я только расплатился.
Подали еду быстро два мальчишки половых. Сгрузили все с подноса, зажгли свечку в плошке стоящей на столе и, поклонившись, удалились, приняв на чай два медяка.
Мы ели молча. Я от усталости, Анна из-за обиды на меня.
Я, честно говоря, не понимал, на что она обижается. Да, у меня есть тайны, которые с ее любопытством никак не коррелируют. Но все-таки предпринял попытку примирения. В конце концов, нам еще несколько недель ехать бок о бок.
— Ань, извини меня. Но так надо было.
— Надо? — Девушка хмыкнула. — Пояснишь?
— Ты присутствовала при разговоре с Маркусом и знаешь, что я не могу никому показывать кто я такой. Не «не хочу», а не могу. Иначе это может сложиться в проблемы и меня и тебя. Понимаешь?
— Ну, Барыге-то показал?
— Да. Потому что это было его основное требование для продолжения торговли. Иначе бы я не смог купить у него то, что мне так необходимо было.
— А мне покажешь?
Ох уж это женское любопытство. Любопытство сгубило кошку.
— Нет, — ровно сказал я и более примирительно — Аня, тебе этого не надо не надо и закончим это обсуждать.
— Ты говоришь, как Маркус! — Она поставила глинный бокал с таким стуком что из него выплеснулось пиво. — Ты мне не отец. По возрасту мы равны.
Ох, девочка… Лучше тебе никогда не узнать правду обо мне…Об обоих мне…
— Верно не отец. И по возрасту…хм…ну более-менее равны и все же за меня отвечаю я сам и не хочу, чтобы кто-то еще пострадал в случае чего.
Анна с пару минут посидела, отвернувшись и барабаня по столу пальцами.
Наконец, приняв какое-то решение, взяла бокал с пивом и выпила его в несколько глотков и, подняв, показала половому чтобы повторил, что тот и сделал, притащив зачем то два полных бокала. Вот и давай таким осталопам чаевые.
— Книги-то купил? — Анна отпила из нового бокала с шапкой пеной.
— Ага. Мы поменялись.
— Боюсь спросить на что? — любопытство в девушке явно родилось раньше нее.
— На два неплохих артефакта, — спокойно сказал я. — Которых в его коллекции не было.
— Ух ты, — Анна явно загорелась узнать подробности сделки. — А что за арты?
— Мы договорились не раскрывать подробности сделки, поэтому извини.
— Ну вот так всегда, — девушка снова надула губы. Допила кружку и взялась за третью.
Я ей конечно не отец, но как бы не пришлось тащить ее в дом.
Но Анна допила кружку, заела куском кролика с хлебной коркой и почти трезвым голосом сказала:
— Пошли домой, таинственный мой. Завтра рано вставать и идти искать купца побогаче.
Точно… В ее родословной изрядно потоптались представители известной национальности. Мало того, что с меня деньги взяла, так еще хочет и купца побогаче. Ушлая деваха, несмотря на ее возраст и наивность в некоторых вопросах. Такая нигде не пропадет. Тем более, пока за спиной у нее находится такой человек как Маркус, который судя по всему, ее за дочку считает.
Когда мы выходили из корчмы, Анна как бы между делом взяла меня под руку. Так мы и шли до самой базы.
Солнце давно зашло, но к моему удивлению темно не было. Через каждые пятьдесят метров на домах зажглись очень яркие светильники явно магического происхождения, судя по наличию в них огненного источника, которые хорошо освящали улочки, по которым праздно прогуливались горожане. Даже маленькие улочки и подворотни освещались очень хорошо.
Мысленно поставил еще один плюсик в карму мэра этого города.
Так мы и дошли до дома с одним освещенным окном и фонарем на крыльце.
Маркус сидел на скамеечке возле дома и явно ждал нас.
Увидев, что Анна держит меня под руку — нахмурился, а девушка, заметив это смутилась, руку убрала. Быстро открыла дверь и, пожелав всем спокойной ночи, юркнула в дом, а я подошел к лавке, сел на нее рядом с Маркусом, устало опрокинулся на все еще теплую стену дома и прикрыл глаза.
— Удачно все? — поинтересовался он.
— Да. Купил.
— Дорого?
— Не дороже денег.