Алексей Федотов – Чужой мир: Академия (страница 22)
— Чего?
— Крыса совсем с ума съехал что поселил тебя в квартал для простолюдинов?
— Это как это? — заинтересованно спросил я. — Насколько я знаю, что в академии сословное равноправие. Так какая разница куда поселят?
— Ну, — собеседник чуть смутился. — Так оно так, так. Но как-то принято отдельно селить простолюдинов и дворян. Что бы конфликтов не было.
Ну, понято. Все, как всегда. Все равны но некоторые равней других. Им поди и хоромы получше и матрас потолще.
— А ты граф и к тому же двустихийник!
— Ну о том, что я маг двустихийник кастелян не знал. Не стал я его посвящать в эту интимную тему, — усмехнулся я. — К тому же мне все равно где жить. После приюта, знаешь ли, личная комната кажется императорскими покоями.
— Ну уж ты загнул! Императорские покои! — Рассмеялся Роман но тут стал серьезным. — Но, все равно я считаю, что ты должен подать официальную жалобу!
— Ладно, посмотрим, — пробормотал я, чтобы успокоить приятеля. — Завтра видно будет. Сегодня я хотел отдохнуть и поспать с дороги.
— А ты что? Только что приехал?
— Утром, — соврал я. Ну, не говорить же ему про то что я провел ночь в императорском дворце? А так, полуправду… Я ж действительно в Академию утром приехал с Белоусовым.
— Понятно теперь, — кивнул Роман. — Слушай, хочешь я подам за тебя жалобу?
— А так можно?
— Ну как бы не принято, но случай вопиющий и я как дежурный могу подать официальный рапорт.
— Да, нет… Пожалуй, не надо, — протянул я. — В случае чего завтра напишу. Ты вот что мне скажи… Вроде ж сейчас каникулы, а ты здесь. Да и смотрю не шибко то народу много…
— Ну кто как, — Роман пожал плечами. — Кто на все лето уезжает домой, а кто на часть. Я в августе планирую поехать. Наше баронство недалеко — Новая Рязань… Слышал?
— Извини нет.
— Да ничего. Городишко малюсенький, но вокруг есть девятнадцать деревень. Плюс две рудные шахты и мануфактура. Так и живем.
Роман снова наполнил кружки и протянул мне свою — чокнуться.
— Ну, что? Выпьем?
— Выпьем, — ответил я со вздохом.
Глава 18
Мы сидели еще пару часов, лениво попивая пиво и ведя разговоры об учебе.
Роман заказал еще один кувшин и закуску. На этот раз жареную в печи картошку дольками, под сметаной и фирменное блюдо трактира — запечённую рыбку. И пиво, и рыба не подвела наших ожиданий, в результате чего уходил я домой в состоянии приятной сытости и некоторой осоловелости. Нет, пьян я не был. То ли пиво было легким, хоть мы его и выпили, наверное, литра по три на нос, то ли мой организм стал крепче… Не знаю…
Счет за наши посиделки был как ни странно вполне божеский, с учетом цен в Тире. Как сказал Роман, все едальни в Академгородке получают доплаты из государственного бюджета и за счет этого держат невысокие цены для студентов. Конечно у меня не было значка академии, но Силаковский показал на свой золотой значок при расчете с хозяином трактира и тот кивнув, сделал значительную скидку. На мой вопрос от чего зависит из какого метала этот импровизированное удостоверение студента, Роман мне ответил, что все банально просто. Зависит от года обучения. Первый курс — медный, второй — серебряный, а на третьем году обучения уже выдается золотой. Соответственно от типа значка зависела и скидка. При золотом значке, что понятно, была самая большая. Нет, есть можно было и бесплатно. В академии была столовая где кормили студентов, но работа она только в период учебы. В частности, именно поэтому, большинство студентов из простых разъезжались на время каникул. Если жилье и одежду можно было получить за казенный счет, то еда в каникулы за три месяца здесь стоила вполне приличных денег. Даже если покупать продукты готовить самому. Да, студентам выдавалась стипендия от казны — целых десять золотых рублей, но с учетом того, что я сейчас заплатил за наш обед восемь серебряных которых в золотом рубле было десять… М-да…
Это для меня такая сумма сейчас не являлась чем-то заоблачным, но у кого-то семьи получали эти деньги за несколько лет тяжелого труда и студенты из таких семей старались копить золото чтобы подержать своих близких.
Для студентов из семей побогаче таких проблем не было. Они могли и снять дом на территории Академгородка и нанять слуг для бытовых надобностей, если конечно слуги не приехали с ними.
Вообще, как я выяснил при разговоре, территория академии была невероятно огромна. Сами здания Академии и обслуживающего городка занимали малую часть от общей. Большую занимали тренировочные полигоны и арены для магических дуэлей. Кстати, насчет дуэлей, Роман фактически слово в слово пересказал мне предупреждение Белоусова насчет осторожности в общении с отпрысками дворян. Ну это-то понятно. Для того чтобы ни во что не ввязываться нужно быть тише воды ниже травы. Но здесь и заключалась самая большая дилемма. Если будешь вести себя так — заслужишь звание ботана и каждое надменное дитятко будет тебя шпынять. Если не дашь спуску издевкам — не будешь вылезать с дуэлей. Другого не дано.
Дед Демидова убежал от всего мира на край империи чтобы спокойно заниматься наукой и чем это закончилось? Нет уж… Я молча пообещал себе, что лучше уж мои противники будут патологоанатома пугать посмертной гримасой, чем я позволю еще раз надо мной издеваться.
Я поднялся в свою квартиру, открыл дверь и остановился на входе чтобы еще раз оглядеть и оценить комнату без посторонних глаз.
М-да уж. Убожество, но мое. Конечно я не собирался жаловаться. Во-первых, Вязанка еще пожалеет, что со мной связался, но я точно буду действовать, так сказать, не официальным путем. Во-вторых, надеюсь тут я буду ночевать редко, ибо уже завтра хотел заняться поисками собственного дома. По идее, сначала снять с возможностью выкупа в дальнейшем. В-третьих, если тут прибраться, выкинуть старую деревянную мебель, купить новую и обставить комнату мелочами для жизни то тут может быть достаточно уютно.
Но все это планы ближайшего будущего, а пока надо вытереть пыль, помыть полы и спать, спать…
Святослав Первый в задумчивости барабанил пальцами по высокому, деревянному подлокотнику кресла в котором он сидел, закрыв глаза. Он даже не открыл глаза, когда в его личный кабинет зашел Белоусов и сел в кресло напротив.
— Ну, что? Проводил Демидова? — тихо сказал он.
— Проводил. Довел до кабинета Рудого.
— Считаешь я зря сделал, что дал мальчишке самостоятельно учится?
Белоусов промолчал.
— Значит так и считаешь… — подождав с минуту ответа, хмыкнул император. — А зря.
— Да я так не считаю, — запротестовал его собеседник. — Я лишь считаю, что надо ему было все рассказать, ваше величество.
— А что рассказать-то, Илюш, а? — Святослав открыл глаза и посмотрел на Белоусова. — То, что он мой внук? Рожденный от моей незаконнорождённой дочери после того, как она сбежала с этим проходимцем Владимиром? Внука, которого я ни разу до этого не видел? Которого я уже год как похоронил вместе с Иваном? Посыпать себе голову пеплом и покаяться?
Его собеседник молчал.
— А что дальше будет не скажешь? — насмешливо поинтересовался император. — Молчишь? Ну, так я тебе расскажу. Мне пришлось бы рассказать ему о многом, что совсем меня не красит. О том, например, что его мать, неодаренная Софья тайно заключила брачный союз с Владимиром Демидовым после того как понесла от него. Что они испугались моего гнева сбежали на край земли к Ивану и тот приютил и сына, и невестку не побоявшись рассорится со своим другом. Ведь по сути, после нашей ссоры его исследование мертвых земель превратилось в ссылку без срока давности. Что ему, что его сыну был запрещен выезд из приграничных земель.
Святослав Первый встал с кресла и заложив руки за спину стал ходить по комнате.
— Самое главное, что даже не расскажи я ему всего этого, расскажут другие, лишь стоит мне сейчас признать его. Обязательно раскопают все это грязное белье и нашепчут мальчишке как надо и в свою пользу.
Император тяжело вздохнул и с ненавистью прошипел:
— Как утомила меня эта боярская дума кто бы только знал. Спят и видят себя в императорских покоях или на крайний случай регентом нового императора как мой братец. Нет, рано Алексею что-то рассказывать.
Он подошел к окну и минуту смотрел на закат успокаиваясь.
— Что там по Андрею? То, что вы его не задержали уже ясно, иначе ты мне это первым что сказал бы.
— В его поместье пусто, но мои люди говорят, что он оттуда не выходил, ваше императорское величество.
— Понятно. Значит телепортом куда-то намылился. Тогда он может быть где угодно, а это плохо. Так мы его могли хоть как-то контролировать.
— Но то, что он сделал вчера это уже за гранью терпения, — спокойно сказал Белоусов.
— Да, за гранью и то, что бойня на площади не случилась целиком твоя заслуга, и кстати твоя вина за то, что допустил такой исход. Ты ж знал, что он охотиться за Алексеем? Знал и все равно допустил покушение. Твои люди должны были наемников за три квартала повязать.
— Я готов понести любое наказание, ваше величество.
Император остановился и пронзительно посмотрел на Белоусова о чем-то размышляя. Вздохнул и хмыкнул.
— Последний раз, Илья. Последний раз. Еще один промах, и я не посмотрю на то что ты мой друг.
Он снова подошел к окну.
— В общем так. Внука под негласную опеку. С кем он там шел? С наемниками? Подготовь с ними контракт и приставь к нему под видом охраны от тебя. Тебя учить не надо как все устроить… Сам лучше знаешь.