Алексей Федоров – МБК 2: Драконья кровь (страница 59)

Эссерт посмотрел на девочку, но никакой реакции не последовало. Всё та же пустота и безразличие. Он приближался к месту прохода в маленький мир.

— Я видел их падение, но имею ли право их ругать и презирать, когда сам нарушил правила клана?

Эссерт махнул рукой разделяя пространство. Границы прохода щерились зубастой пастью, будто на боку лежал огромный невидимый монстр. Бог-зверь шагнул вперёд, под его ногами хрустели куски обсидиана. Эссерт коснулся нитей законов. Шершавые и сухие спирали становились всё слабее. Не больше двух дней назад здесь было выпущено мощное пламя, уничтожившее почву, превратившее расколотую руду в смесь обсидиана и спёкшегося шлака.

Глаза превратились в драконьи, сошлись тонкими вертикальными полосами зрачков, концентрируясь на ином слое реальности.

— Он здесь, — Эссерт видел человека в броне из одухотворённой плоти. Человек собирал в большую кучу трупы кристаллических слизней. — Эти существа умудряются плодиться даже в нулевом мире. Удивительно. Не часто встретишь таких слабых особей.

Бог-зверь поставил девочку на участок без острых стеклообразных осколков.

— Постой здесь. Не подходи к этой яме, чтобы не пораниться, хорошо?

Девочка кивнула. Нити законов были тусклыми, но даже такое общение было хорошим знаком. Возможно, она сумеет оправиться со временем.

«Если помогу ей, это станет моим искуплением за нарушение правил клана. Успокоит бога во мне и восстановит закон благородства, — убеждал себя Эссерт. В нем поселилось чувство тревоги. Будто, вот-вот произойдёт нечто плохое. Часть внутри него желал забрать девочку и уйти с миром, оставить все мысли о мести. — Нет. Как я могу простить их? Как я могу простить себя, если уйду?»

Он решительно развернулся и направился к своему противнику. Инк Фейт, пока не замечал его, продолжая складывать трупы существ. Эссерт сразу заметил, что у них были растерзаны души. Этот парень даже не знал, как правильно охотиться на кристаллических слизней, не понимал их настоящей ценности.

Наконец, сын врагов обернулся. Эссерт видел, как он засунул руку в карман штанов. Бог-зверь не придал значения острой нити страха, коснувшейся его сердца.

— Ты пришел, — голос за маской звучал приглушенно. — Знаешь, меня всё не покидает вопрос: зачем ты здесь? Чего ради ты так гонишься за мной?

Эссерт остановился. Этого вопроса он боялся.

— Ради мести, — простые слова ударили по самому Эссерту. Бог в нём ревел от ярости и негодования. Сын клана Дракона нанёс удар самому себе, ослабил силу своего закона, пойдя против собственной природы.

— Как интересно, — в голосе человека перед ним был неприкрытый сарказм. — За что же ты хочешь мне мстить? Когда именно я наступил на хвост богу-зверю?

— Ты не виноват, — признал Эссерт, нанеся божеству внутри себя еще одну болезненную рану. — Ни ты, ни другие в нулевом мире — никто из вас не виновен, но… твои родители. Я убью тебя, чтобы нанести рану им. Вот и всё.

— Как здорово! — насмехался над Эссертом противник. — Боишься бросить вызов сильным и нападаешь на слабого и покалеченного потомка? Какое смело божество! Мне даже жаль, что я выгнал всех людей из этого мира. Они такие ничтожества, что им стоило бы умереть здесь вместе с тобой. Уверен, вы бы точно поняли друг друга. Они резали свою родню, чтобы скормить демонам, а ты пришел поджав хвост. Удивительно. Трусливый бог! Когда еще такое встретишь?! Так за что же ты хочешь отомстить? Ну же, просвети меня!

Эти слова больно били по Эссерту. Он был богом благородства, и бесчестные поступки делали его слабее. Зверь в нём скалил клыки, выпускал когти, становясь сильнее с каждой секундой.

— Они искали способ спасти твоё покалеченное тело. Дитя бога молний и богини льда родилось с разрушенным тонким телом. Они напали на клан дракона, чтобы найти части духовных тел, подходящие тебе. Мои родители были убиты твоими. Я бог благородства. Не такой сильный, как остальные из моей родни. Внутренние законы редко показывают большую мощь из-за проклятья Изгнанной, но я не мог оставаться в стороне, — бог внутри Эссерта немного успокоился. Для него признание правды, смиренное покаяние, разговор с тем, кто должен стать жертвой его злобы, являлось частью благородного поступка. Это не закрыло раны внутреннего бога, но Эссерт считал своим долгом хотя бы рассказать Инку Фейту о том, почему он пришел убивать его. — Я хочу отомстить. Желаю, чтобы твои родственники страдали так же. Эта боль! Эта незатухающая ярость! — Эссерт ощутил влагу на глазах. Его тоска стала сильнее. — Этот мир… Он может понять меня. Как удивительна судьба. Мы встретились именно в таком месте.

— О чем ты? — в голосе Инка Фейта проскользнули нотки тревоги. Его рука снова скользнула в карман штанов, словно проверяя что-то.

— Любовь. Боль. Долг. Этот мир остался, когда демонический бог пал, но его законы до сих пор сильны. Здесь они во много раз ярче, чем в нулевом мире. Даже после смерти демонического бога эти нити сверкают так ярко! — Эссерт протянул руку к потокам красного фиолетового и стального цветов. Он позволил им проникнуть в душу, разбередить его боль утраты, всколыхнуть память о родственной любви. Зверь в нём яростно ревел. — Кто бы ни породил этот мир, он знал, как больно терять любимых. Я поступаю зло по отношению к тебе. Это моя вина. Бог во мне слабеет. Это не утешит тебя, но больше я ничего тебе дать не могу. Если сможешь — прости.

Эссерт взревел в темное небо, пронизанное нитями отчаяния. В этом крике он выпускал свою ярость. В этом вопле он принимал свою боль.

Инк не верил своим глазам. Человек перед ним кричал в небо и превращался в дракона. Золотой крылатый ящер кричал, а по его морде стекали капли слёз.

«Да пошел ты! — зло кричал про себя Инк. — Что за мелодраму он тут устроил? Хочешь выставить себя страдающим праведником? Гадство!.. Почему завеса не пропала?»

Инк развернулся и побежал к выходу из маленького мира. План провалился. Он подал команду на активацию смертельной ловушки, и это сработало. Через камень в кольце он чувствовал колебания темной завесы наверху. Проблема была в том, что она открывалась слишком медленно.

«Этот мир точно не станет ему помогать. Правильно?»

Инк бежал не оглядываясь. Его воля сконцентрировалась на камне пятого мира. Сверху мелькнула тень. Дракон пролетел выше и развернулся в воздухе, как угорь в воде. Он летел прямо на Инка, не давай приблизиться к выходу из маленького мира. Из пасти крылатого ящера вырвалось пламя.

— Да чтоб тебя!

Инк тут же рванул вбок. Его мнимое тело превратилось в широкий поток тумана, скрывая под скомканной бронёй духа камень с силой пятого мира.

«Небольшой кусочек! Я отколю небольшой кусочек и…»

В его голове раздался хрипящий писк. Это было так неожиданно, что едва восстановив облик человека он упал и покатился по земле. Лирс в микрокосме бесновался, ощутив силу камня.

«Да заткнись ты уже!»

Вой энергетического существа был таким неприятным, что Инк решил быстрее выпустить силу из камня. Иллюзорное пламя было воплощено в его силовом поле. Часть камня пятого мира тут же оплавилась, выпустив густой поток золотого сияния. Лирс жадно притянул эту силу к себе. Инк ощутил боль, когда сила проходила через границу его микрокосма. Он вскрикнул и попытался пожрать поток света, как это было в белом мире. Он ощутил подобие рта, раскрыл его и позволил силе влиться внутрь. Боль ушла, а лирс восторженно урчал, поглощая струю силы, похожую на вязкую магму золотистого цвета.

Инк ощутил сильный жар. От расплавленного им участка на камне пятого мира распространялось алое пятно.

«Нет…»

Алая область становилась всё больше, а внутри неё стали вспыхивать искры. Инк увидел маленькие пятна белого цвета внутри алеющего пятна. Они вспыхнули золотом. Инк бросил камень пятого мира за секунду до взрыва энергии. Сознание дрогнуло. Это было похоже на удар молота прямо по светочу. Рядом раздался крик дракона. На его морде наискосок между глазами прилипла пузырящаяся масса. Дракон ревел сдирая золотистую магму со своего тела. Инк увидел несколько дыр на своей мантии, футболке и штанах. Все остальные части брони духа не пострадали.

Хриплый писк лирса в микрокосме стал безумным. Инк пытался уйти прочь от плавящих землю кусков камня пятого мира. Часть их них всё еще была алого цвета. В любой момент осколки могли начать взрываться. Тело Инка распалось туманом. Это походило на кошмар, в котором он пытался убежать как можно дальше, но оставался на одном месте. Руки и ноги распылялись клубами дыма, их тянуло назад. Струйка тумана коснулась одного из осколков и тот сразу полетел в голове Инка. Ему пришлось проглотить обломок, пропуская его в микрокосм.

«Лирс! Это он не даёт мне сбежать.»

Маленький монстр покрылся стальными полосами доспеха титана. Даже его зубы и горло изменили цвет. Лирс издавал счастливое мурчание, пожирая кусок камня пятого мира. Туманному телу Инка было всё сложнее удерживать контроль. Желание лирса оттаскивало к следующему обломку.

Дракон взревел. Он отлетел прочь и выпустил пламя. Как только поток огня коснулся осколка золотистого камня, раздался новый взрыв, отбрасывая Инка в сторону. Лирс радостно вопил в его микрокосме. Из-за атаки золотого дракона началась цепная реакция. Взрывы звучали один за другим, погружая пространство в облако пыли…