Алексей Евтушенко – Чужак из ниоткуда – 5 (страница 12)

– ДЖЕДО, рассчитай маршрут до Цейсана.

– Уже. Успеваем с запасом.

– Отлично. Надеюсь, там всё в порядке?

– Что конкретно ты имеешь в виду?

– Конкретно я имею в виду Ксарию. Меня же не было три года, не забывай.

– Я помню. По моим сведениям со столицей Цейсана всё в порядке. Город развивается. За упомянутые три года население увеличилось на пять тысяч человек. Открыты три новые школы, построены два жилых комплекса на полторы тысячи человек каждый. Показать?

– Не надо. Насколько я помню, там был отличный многофункциональный медицинский центр с классными специалистами и новейшим оборудованием.

– Почему был? Он и сейчас есть, его модернизируют каждый год.

– Отлично. Значит, летим на Цейсан. Возможно, это даже лучший вариант.

– Почему?

– Меньше риска для всех.

– Риска?

– Да. Меня очень сильно беспокоит то, что случилось на Каллисто.

– На корабле «призраков» нет, я уже давал гарантию. Всё же просто. Даже если бы они умудрились каким-то образом экранироваться от сканеров…

– Знаю, знаю, – перебил я его. – Потребление энергии. Живая система, какой бы природы они ни была, должна брать откуда-то энергию. В нашем случае это энергия, которую вырабатывает кварковый реактор. Энергия корабля. Потребление точно рассчитано, и любая утечка немедленно была бы тобой замечена. Так?

– Примерно.

– Что значит, примерно?

– Если быть точным, корабль вырабатывает чуть больше энергии, чем потребляет. На сотые доли процента, плюс-минус, но тем не менее. В основном, это происходит за счёт теплопотерь. Система охлаждения спроектирована таким образом, что абсолютно точно все теплопотери учесть невозможно.

– Как же тогда ты можешь утверждать, что «призраков» на борту нет?

– По моим расчётам, даже один «призрак» потребляет больше энергии, чем та, которую невозможно учесть при теплопотерях. Нет их на борту, я четырежды проверял. По всем параметрам.

– И всё равно я волнуюсь.

– Беспричинно волноваться свойственно человеческой природе, – сказал ДЖЕДО нейтральным тоном. – Кстати, о ней. Люди пришли в сознание. Камеры откроются ровно через минуту, когда закончат работу фены.

– Очень хорошо, – сказал я, ставя на поднос пустую чашку. – Неси ещё драво и бутерброды. Это им сейчас будет в самый раз.

Глава шестая

Сеанс связи. Верное решение. Цейсан. Аварийная группа. Выход из анабиоза

На Земле я прочёл много разной фантастики (на Гараде в своё время тоже, но на Земле больше).

Наш полёт и всё, что происходило со мной после осознания себя в теле земного советского мальчишки Серёжи Ермолова, весьма напоминало фантастический приключенческий роман. Однако я прекрасно знал, что жизнь бывает гораздо непредсказуемей любой фантастики.

И ещё как бывает!

Поэтому всегда был готов достойно встретить любой её поворот. Как настоящий советский пионер, комсомолец и космонавт. Или гарадский.

Вот и сейчас. Подспудно я был готов, что жизнь подкинет мне какую-нибудь очередную проблему, с которой придётся бороться изо всех сил.

Какую именно? Да любую.

Начиная от отказа кваркового реактора (не говорите мне, что это невозможно, отказала же Дальняя связь!) и заканчивая «промахом» после выхода из нуль-пространства не на какие-то жалкие десятки миллионов километров, а на сотню-другую световых лет.

Или вовсе попадания в какую-нибудь параллельную вселенную, откуда нет выхода, и населяют её существа, по сравнению с которыми «призраки» Каллисто – пушистые безобидные зайки.

Так что, когда мои товарищи – Быковский Валерий Фёдорович и Юджин Сернан благополучно вышли из анабиоза, заправились вкусными бутербродами и парой чашек драво и сообщили, что чувствуют себя нормально и готовы работать, я был практически счастлив.

– То есть, мы сейчас связываемся с Цейсаном или Гарадом? – осведомился Быковский, когда я доложил ему, где мы находимся.

– Со всеми. Но полетим на Цейсан. Уверен в этом.

Почему я был уверен? Любое другое решение было бы не просто глупостью, а глупостью преступной.

Силгурды преступниками не были. Глупцами тем более. Когда на кону жизни людей, будет делаться всё, чтобы эти жизни спасти.

– На связи Сшива, – доложил ДЖЕДО, когда мы расселись по своим местам в рубке. – Центр космической связи.

Знал я этот Центр, бывал там неоднократно. Оттуда осуществлялась связь со всеми космолётами и внегарадскими колониями силгурдов. В первую очередь Дальняя, поскольку корректнее всего она работала в вакууме. Ну и обычная радио и видеосвязь, разумеется. Похожие Центры существовали и на Гараде, и на Цейсане, но этот был самым крупным и мощным. Так сложилось исторически.

– Говорит нуль-т звездолёт «Горное эхо», – произнёс по-русски Быковский. – На связи временно исполняющий обязанности командира корабля Валерий Быковский, лётчик-космонавт с планеты Земля. У нас на борту чрезвычайная ситуация. Как слышите меня? Приём.

Слова Валерия Фёдоровича вместе с его изображением, сопровождаемые синхронным переводом ДЖЕДО улетели в эфир.

Почему говорил Быковский? Потому что он командир. Человек, облечённый властью.

Я знал, что информация обо мне ушла с «Горного эха» на Гарад по Дальней связи, когда она ещё работала.

Но не знал, как там ко всему этому отнесутся.

Сознание Кемрара Гели, перенеслось в тело земного мальчишки? Вы что, с ума там все посходили? Массовые галлюцинации? Как такое вообще возможно?!

Между прочим, первая реакция ГУМП (группа управления межзвёздным полётом в переводе на русский) в Центре космической связи на Сшиве, была именно такой, я слушал запись.

Потом она изменилась, но первая – да, такой.

Полное неприятие и желание отдать приказ о немедленном возвращении на Гарад.

Так что пусть Быковский, оно надёжнее. А я подключусь по мере необходимости.

Картинка бесконечного космоса с россыпью звёзд на главном обзорном экране едва заметно мигнула, и внутри неё появилась вторая.

Худощавый носатый силгурд с изрезанным глубокими морщинами лицом, на котором выделялись внимательные светло-карие глаза, смотрел прямо на нас.

Опа, подумал я. А вот и Савьен Румарра собственной персоной. Член Совета Гарада. Заслуженный космолётчик, удостоенный всех мыслимых наград и званий. Сколько ему?

Я привычно перевёл в уме гарадские годы в земные. Поучилось сто тридцать шесть лет.

Крепкий старик, легенда. Помню, ходили упорные слухи, что именно он возглавит первую в истории ГУМП. Значит, так оно и вышло. Представляю, что он чувствовал, когда с «Горным эхом» пропала связь.

И что чувствует сейчас, когда мы вдруг выскочили внутри системы, словно чёртик из коробочки (есть такая смешная земная игрушка).

– Внимание, «Горное эхо», на связи Сшива, – не торопясь произнёс Румарра всё тем же, хорошо мне знакомым, глуховатым голосом. – Меня зовут Савьен Румарра. Я – начальник ГУМП, группы управления межзвёздным полётом «Горного эха». Слышим и видим вас хорошо. Доложите о чрезвычайной ситуации. Вкратце.

Быковский кивнул мне.

– Здравствуйте, ксано Румарра, – произнёс я на гарадском, подчёркивая обращением «ксано» моё уважение к возрасту, мудрости и заслугам собеседника. – Космонавт-стажёр Сергей Ермолов. Он же инженер-пилот «Горного эха» Кемрар Гели. Вы должны меня помнить. Правда, выглядел я тогда немного по-другому. Докладываю. Одиннадцать членов экипажа и экспедиции находятся в анабиозе…

Кратко обрисовал ситуацию. Включая три смерти, поломку Дальней связи и невозможность воспользоваться космокатером.

– … учитывая данные чрезвычайные обстоятельства, мы просим разрешения следовать на Цейсан, там вывести оставшихся членов экипажа из анабиоза и немедленно доставить их в медицинский центр Ксарии для дальнейшего наблюдения. Мы – это временно исполняющий обязанности командира корабля летчик-космонавт Валерий Быковский, пилот, астронавт Юджин Сернан и космонавт-стажёр, пилот Сергей Ермолов. Он же Кемрар Гели. Приём.

На сей раз ждать пришлось гораздо больше времени, чем требуется электромагнитной волне, чтобы преодолеть расстояние от нас до Сшивы и обратно.

На обзорном экране живая картинка с ксано Савьен Румарра застыла, превратившись в подобие цветной фотографии отменного качества.

– Совещаются, – высказал своё мнение по данному поводу Сернан. – Думают. Чёрт возьми, я бы тоже на их месте задумался!

– Ещё бы, – кивнул я. – Сначала это сообщение о «призраках», а потом сразу пропадает Дальняя связь. Вот ты бы что подумал?

Быковский помалкивал, слушая нашу болтовню.