Алексей Евтушенко – Битва за небеса (страница 55)

Этого было более чем достаточно.

Пока Оля Ефремова и Аня с помощью экспресс-госпиталя приводили в норму Аничкина и Вешняка, Карл Хейниц под руководством Маши и с помощью десятка боевых роботов перетаскивал бесчувственные тела незадачливых имперских десантников на тридцать шестой уровень — уровень Дрхены, родной планеты киркхуркхов. С наивозможной скоростью. И дело тут было не только в том, что людям хотелось поскорее избавиться от тех, кто в последнее время доставлял им столько ненужных хлопот и трудностей. Просто никто, включая Цилю Марковну, не мог ответить на вопрос, надолго ли открылся на Дрхену канал Внезеркалья. Общее мнение было таковым, что ненадолго и может закрыться в любую неподходящую секунду. Потому что ядерная катастрофа на планете Дрхена уже произошла, а опыт миллиона с лишним лет существования Пирамиды говорил о том, что неожиданное открытие канала на гибнущую планету с разумной жизнью, не более чем случайная флуктуация ткани мироздания и, как всякая случайность, недолговечна. И уж тем более непостоянна, так что на её повторение рассчитывать не приходится. К тому же расчеты расчетами, но точно сказать, когда имперские десантники под благотворным воздействием Пирамиды начнут приходить в себя, не мог никто. Включая Цилю Марковну.

На то, чтобы доставить киркхуркхов, а также воду и продукты для них (чёртовы остатки гуманизма!) на уровень Дрхены и сложить всё и всех штабелями в зале перехода на серебристый круг, десяти боевым роботам и одному бывшему ефрейтору вермахта потребовался час с небольшим.

К этому времени чудодейственный экспресс-госпиталь и не менее чудодейственная лечебно-восстановительная атмосфера Пирамиды не только поставили на ноги Женьку Аничкина и Сергея Вешняка, но даже и устранили все неприятные симптомы, связанные с возвращением к жизни, после воздействия парализующего излучения. Как-то: тошноту, головную боль, общую вялость и гипермизантропический взгляд на окружающую действительность.

Там, на уровне Дрхены, все и собрались. За исключением Маши, готовой отдать соответствующую команду Циле Марковне в машинном зале.

— Вот и всё, — сказал Аничкин. — Допрыгались, уроды пятиглазые. — Он вздохнул. — А ведь мы всё сделали, чтобы достичь взаимопонимания.

— Ты их жалеешь, что ли? — покосился на Женьку Вешняк.

— Как тебе сказать… Не то чтобы жалею, но всё-таки. Их планета и раса, считай, погибли. Как тут не посочувствовать.

— Нет, вы, потомки, точно какие-то… — Хейниц попытался найти подходящее слово и, видимо, нашёл. Но удержал в себе, — не такие. Они враги, а с врагом разговор короткий. Пусть вообще спасибо скажут, что я их не расстрелял к такой-то матери и в озеро на корм рыбам не отправил. Маша не дала.

— Серьёзно? — окинул ефрейтора изумлённым взглядом Женька. — Ты хотел их расстрелять?

— Побег из плена с захватом заложников, — спокойно ответил Карл. — А также попытка вооружённого нападения на Пирамиду. Что ж им за это дополнительное довольствие выдать?

Женька не нашёлся, что сказать.

— У тебя всё готово? — осведомился Карл у Маши. — А то мне показалось, что один уже слегка пошевелился.

— Готово.

— Тогда жми на кнопку, сестрёнка, — попросил Вешняк. — Отправь их к чёрту.

— Делаю! — весело ответила Маша.

Через пару мгновений искристая рябь над кругом рассеялась, басовитое гудение, словно бы лопнувшей где-то рядом струны, утихло, и люди остались одни.

Но на то, чтобы почувствовать себя весёлыми и свободными, судьба отвела им не более десяти минут.

Как раз в то время, пока Карл Хейниц, Оля Ефремова, Аня Малышева, Сергей Вешняк и Женя Аничкин поднимались в лифте на свой сорок девятый уровень, Циля Марковна бросила Маше срочное сообщение, пришедшее по дальней связи со звездолёта Клёнья. Оно гласило: «Падаем в чёрную дыру. Что будет, не знаем. Прощайте». И далее шли галактические координаты.

13

К тому времени, когда отряд подошёл к мосту, погода сменилась окончательно. Облака разошлись, между ними уже вовсю синело небо и прорывались к земле яркие лучи местного солнца. Стало жарче. Мокрая с ночи земля парила, отдавая влагу. Теперь уже отлично был виден подвешенный в воздухе остров, на который плавной дугой перекинулся не слишком широкий — максимум пятеро в ряд, словно бы отлитый из неизвестного тусклого металла, с ажурным, сложного узора ограждением по краям мост.

А также окончательно стало ясно, что сами они находятся сейчас тоже на плавающем в каком-то непонятном пространстве острове. Непонятном, потому что, никакой тверди внизу, под ними, не наблюдалось. Там царствовали всё те же облака. Создавалось впечатление, что нижние — это просто отражение верхних. Или наоборот.

— По-прежнему склоняюсь к тому, что здесь не обошлось без гравигенераторов, — сказал Карсс Оргом заглянув, через перила. — Но падать вниз никому не рекомендую.

Фея Нэла молча пожала плечами и закатила глаза. Что, мол, взять с упрямого сварога.

— Лично мне совершенно безразлично, каким образом вся эта хрень устроена, — сообщил Курт Шнайдер. — Но если там, — он ткнул пальцем в висящий прямо перед ними (метров на сто выше и примерно в семистах метрах дальше) остров, — мы не найдём воды, то, боюсь, придётся возвращаться в этот грёбаный заброшенный дворец, или что это было. Там хоть озерцо есть. Без жратвы мы легко обойдёмся и день, и два. Да хоть три. А вот без воды долго не протянем.

— Тот остров, в отличие от нашего, весь зарос, — сказал Малышев, вглядываясь. — Видишь, лес по краю сплошной стеной. А там, где деревья, там и вода рядом должна быть.

— Очень на это надеюсь, — буркнул Шнайдер.

Пока остальные обменивались впечатлениями, Свем Одиночка внимательно осматривал землю, прилегающую к началу моста.

— Что ты там ищешь, Свем? — осведомилась Марта.

— Не могу понять, — сказал охотник.

— Что именно?

— Как такой большой и толстый Клёнья прополз по такому узкому мосту на другую сторону? А он прополз. Иначе бы оставил здесь неподалёку следы.

— Вообще-то Клёнья умеет принимать практически любую форму, насколько я знаю, — сказал Никита. — Вытянулся в колбасу и прополз.

— И «Маша» с «Гансом» вместе с ним, — добавил Влад. — Чудны дела твои, господи.

— Тогда понятно, — кивнул Свем.

— Что ж, — сказал Дитц. — Надо следовать дальше. Здесь нам ловить нечего.

— А выдержит он нас всех? — с сомнением окинул мост взглядом Мартин. — Уж больно несерьёзен с виду. Я, конечно, не инженер, но мне трудно понять, как можно надёжно перекрыть такой пролёт, опираясь всего на две точки.

— Я же говорю — магия, — повторила Нэла. — Какие вы все недоверчивые, право слово.

— От материала зависит, — сказал Никита. Он присел у начала моста и постукивал по ограждению и покрытию сначала рукоятью меча, а затем и лезвием. Мост отзывался глухим тупым звуком. — Судя по всему, это всё-таки не металл. В общем-то, теоретически можно себе представить достаточно лёгкий и одновременно прочный материал, способный не только перекрыть такое расстояние, но и выдержать нас всех. — Никита умолк, явно утомлённый столь длинной тирадой.

Велга негромко засмеялся.

— Ты чего? — покосился на него Мартин.

— По этому мосту прополз Клёнья, — объяснил Александр. — Не говоря уже о «Маше» и «Гансе». Как ты думаешь, сколько они весят?

— Чёрт, — сказал Мартин. — Я идиот. Ну конечно же.

— Ты не идиот, — успокоила его Марта. — Просто ты стараешься предвидеть всё. Как и положено командору.

— Всё равно, — сказал Дитц. — Мартин в чём-то прав. Торопиться нам особо некуда. Поэтому предлагаю следующий порядок движения. Первыми идут Малышев и Свем. Доходят до середины. Если всё нормально, за ними следуют Нэла и Майер. Когда Малышев и Свем будут на другой стороне, идет следующая пара. Я — замыкающий. Наша задача, чтобы на мосту одновременно не находилось больше четырёх человек.

— Я согласен, — сообщил Мартин. — Хороший план.

— Главное, скрупулёзный и точный, — улыбнулся Велга. — Сразу видно — саксонец думал.

— А то! — Дитц театрально приосанился и гордо блеснул серо-голубыми глазами.

Это случилось ровно в тот момент, когда Малышев и Свем дошли до середины моста, и Михаил, было, обернулся, чтобы махнуть рукой следующей паре — Нэле и Майеру.

— Погоди-ка, — коснулся его плеча Свем.

— Что?

— Там кто-то есть, — показал рукой вперёд охотник. — Идёт сюда. Посмотри на Чарли.

Михаил посмотрел.

Собака, наклонив лобастую голову, едва слышно рычала, не отводя глаз от кромки леса.

Малышев замер и сосредоточился — весь зрение и слух.

До острова оставалось метров триста с прицепом, но тренированное ухо уловило едва слышный характерный треск сучьев под чьими-то неторопливыми шагами.

Неторопливыми и очень-очень тяжелыми.

А вот и с верхушек деревьев вспорхнули потревоженные птицы и с возмущёнными криками умчались прочь.

— Большой, — определил Свем, снял с плеча лук и потянул из колчана на спине стрелу.

— Что там у них? — нахмурился Карсс.

— Кто-то движется из леса к мосту, — сказала Нэла. — И этот кто-то опасен.

Хельмут и Александр переглянулись.

«Ждём» — поднял руку Велга.

Дитц молча кивнул, соглашаясь.

Не ревнуй, сказал себе Мартин, эти люди вместе одолели ад, и понимают друг друга без слов. К тому же руководитель и командир — разные профессии. Твоя задача — общее руководство, попробуй об этом не забывать.