Алексей Евдокимов – Большая игра (страница 2)

Анна с удивлением посмотрела на Гиммлера и затем, чуть помедлив, неуверенно ответила:

– Нет, рейхсфюрер. – Анна сделала долгую паузу и затем твердым голосом добавила. – Но я уверена, что мой муж в нем не участвует.

– Почему? – спросил её Гиммлер.

– По приказу обергруппенфюрера, – ответила Анна. – Я наблюдаю за ним и пока не заметила в его поведении ничего подозрительного. Подполковник Бауэр специально ушел из «Абвера», потому что, как и фюрер, разочаровался в адмирале Канарисе. По его мнению, Канарису нельзя доверять. Он считает, что адмирал специально не вывез архив «Абвера» из Минска, чтоб его захватили русские. Ганс всегда не доверял майору Дитриху и считает, что тот сам сдался в плен русским, чтобы сохранить свою жизнь. Любой офицер вермахта на его месте пустил бы себе пулю в висок.

Гиммлер несколько секунд молча смотрел на Анну и затем тоном приказа сказал:

– Передайте своему мужу, фрау Бауэр, чтобы он исполнял приказы только генерала Гелена. Не исключено, что в ближайшие дни могут произойти события, которые поставят Германию на грань национальной катастрофы. Преданные фюреру офицеры должны быть к этому готовы.

– Слушаюсь, рейхсфюрер! – ответила, вытянувшись, Анна.

Кальтенбруннер махнул ей рукой. Анна, повернувшись на каблуках, строевым шагом, вышла из кабинета. Сев за свой стол она, после некоторого раздумья, подняла трубку телефона и набрала номер Ганса. Она знала, что все телефонные разговоры в штаб-квартире записываются. Когда в трубке послышался его голос, Анна сказала:

– Ганс, я сегодня задержусь. Много работы. Я забыла на столе в квартире косметичку. Привези мне её, пожалуйста…

Эта фраза, по договоренности между ними, означала сигнал опасности и что ей необходимо срочно встретиться с ним.

– Хорошо, – ответил Ганс изменившимся голосом. – Я буду через двадцать минут.

Москва. Лубянка. Здание НКВД

Вернувшись из Кремля, нарком внутренних дел Лаврентий Берия застал в приёмной своего кабинета трёх человек. Одним из них был комиссар госбезопасности Судоплатов, а двое других – красивая молодая женщина и высокий широкоплечий мужчина, были одеты в гражданские костюмы. Берия посмотрел на часы и с досадой покачал головой. Он вспомнил, что назначил им встречу почти час назад.

– Простите, товарищи, – сказал он. – задержался на заседании ставки Верховного главнокомандования.

Берия вместе с, ожидавшими его людьми, зашел в кабинет и, сев в кресло, вынул из ящика стола папку, на которой было написано: «Операция Березино».

– Садитесь, товарищи, – попросил Берия вошедших. Когда те сели за стол, Берия продолжил. – Мы проводим в Белоруссии очень важную операцию. – Берия указал глазами на, лежащую перед ним папку. – и вы, товарищи, – Берия перевёл взгляд на мужчину и женщину. – примите в ней активное участие.

Берия вынул из папки анкету.

– Вы, капитан Олеся Кебич? – спросил он женщину.

Та встала.

– Так точно, товарищ нарком! – ответила она.

– Как ваше здоровье? – спросил ее Берия.

Олеся расправила плечи.

– Я в полном порядке, товарищ нарком, – ответила она бодрым голосом.

– Отлично! – сказал Берия и перевел взгляд на мужчину. – А вы, капитан Сергей Иноземцев? – спросил он.

– Так точно, товарищ нарком! – вставая, ответил мужчина.

Берия снял пенсне и потер пальцами уставшие глаза.

– Садитесь! – приказал он. Когда Кебич и Иноземцев сели, Берия продолжил. – Не буду скрывать, мы хотели дать в напарники капитану Кебич другого человека, но потом решили согласиться с её мнением и послать вас Иноземцев. Как я понял, вы симпатизируете друг другу, а это очень важно там за границей. – Берия сделал паузу и надел на нос пенсне. Вытащив из папки два потрепанных паспорта, он сказал. – Вы поедете в Швейцарию под видом ювелиров Розы и Марка Брумелей. В тысяча девятьсот тридцать девятом году они эмигрировали из Польши в Швейцарию. Несколько месяцев назад эти люди погибли в Альпах на одном из горнолыжных курортов при сходе лавины. Их документы попали к нам через Шандора Радо. Власти Швейцарии про это не знают. И этим можно воспользоваться. – Берия передал паспорта Олесе и Иноземцеву. – На ваш счет в швейцарском банке будут переведены несколько десятков тысяч долларов… – продолжил говорить Берия. – По информации Радо супруги Брумель часто приезжают в Германию и скупают там драгоценности и произведения искусства. В Германии вам необходимо установить связь с нашими людьми, живущими в Берлине. Это… – Берия приглушил голос. – …Анна и Ганс Бауэры. Анна Бауэр работает в секретариате заместителя рейхсфюрера Гиммлера, Эрнста Кальтенбруннера. Ганс Бауэр занимает важный пост в объединенном командовании вермахта. Они передают нам очень важную информацию о планах немецкого командования и также будут участвовать в операции в Белоруссии. Сейчас связь с ними, мы поддерживаем через польское сопротивление, но после освобождения Белоруссии, наши войска войдут на территорию Польши. Там начнутся бои и этот канал связи может быть нарушен. – Берия встал. – Вам все понятно? – спросил он.

Капитаны Кебич и Иноземцев тоже встали.

– Так точно, товарищ нарком! – ответили они.

Берлин. Штаб-квартира имперской службы безопасности

Когда машина Ганса появилась на Принц-Альбрехт штрассе, Анна уже ждала его на одной из скамеек сквера. Ганс остановил машину рядом с ней и помахал ей рукой. Анна села в машину и взволнованным голосом сказала:

– Гиммлер знает про заговор!

– Что? – с удивлением спросил её Ганс.

– Гиммлер знает о заговоре! – повторила Анна.

С лица Ганса исчезла маска благодушия. Он с недоверием посмотрел на Анну и после долгого молчания спросил ее:

– Но почему же тогда заговорщиков до сих пор не арестовали?

– Не знаю, – ответила Анна.

– Может быть, ты ошибаешься? – снова спросил её Ганс.

– Нет! – с уверенностью ответила Анна. – Полчаса назад о заговоре мне сказал сам Гиммлер.

Ганс с растерянным видом молча смотрел в окно машины.

– Что будем делать? – спросила его Анна. – Надо предупредить участников заговора, – предложила она.

– Заговор уже не остановить, – подавленно ответил Ганс. – Завтра в ставке Гитлера полковник Штауффенберг взорвет бомбу.

Анна и Ганс долго молчали. Затем Ганс сказал:

– Видимо, Гиммлер, как и адмирал Канарис ведёт свою игру. Ждёт, кто победит в схватке между вермахтом и нацистской партией. Он недолюбливает заместителя фюрера Мартина Бормана. Между ними идет война за власть.

– Ты прав, – ответила Анна Гансу. Она взяла Ганса за руку. – Я боюсь за тебя, – с тревогой сказала она.

Ганс ободряюще улыбнулся.

– Ничего со мной не случится, – уверенно ответил он, целуя Анну в щеку. – Генерал Гелен не поддерживает заговорщиков. Если заговор удастся, то мои связи с Хансом Остером помогут мне избежать наказания с их стороны. А если провалится, то генерал Гелен не отдаст меня Гестапо. Я ему нужен, как отличный специалист по России.

– Значит, все решится завтра… – в задумчивости, сказала Анна.

– Да, завтра… – ответил ей Ганс.

Белоруссия. Урочище Шершуны

Закончив разговор с майором Дитрихом, Зося попросила его поехать с ней в урочище Шершуны. Они сели в машину. Через час их машина подъехала к опушке густого соснового леса. Здесь их ждали несколько человек в пятнистых маскхалатах.

– У вас всё готово? – спросила их Зося, выходя из машины.

– Так точно, товарищ майор! – ответил ей один из бойцов.

– Проводите нас к лагерю, – приказала ему Зося.

Зосю и майора Дитриха повели по еле заметной лесной тропинке. Они миновали несколько заросших папоротником и кустарником полян, и, наконец, увидели вдалеке ярко горящие костры и большие брезентовые палатки. К удивлению Дитриха, палатки были немецкими. Еще больше удивился Дитрих, когда заметил около палаток солдат в немецкой военной форме. Он с недоумением посмотрел на Зосю. Та усмехнулась.

– Ничему не удивляйтесь, майор, – сказала она. – Скоро вы всё поймёте.

Зося и Дитрих зашли в одну из палаток. В ней за складным столом сидели два немецких офицера. Один в звании обер-лейтенанта, а другой в звании полковника. Увидев Зосю, они встали, и обер-лейтенант отдал Зосе честь.

– Товарищ майор, старший лейтенант Стрельцов готов к выполнению задания! – доложил он.

Зося пожала Стрельцову руку.

– Садитесь, товарищи! – сказала она и жестом руки пригласила Дитриха занять место за столом. Сев рядом с ним, она представила его другим офицерам. – Это майор Дитрих… – Зося кивнула на Дитриха. – Он бывший сотрудник «Абвера» и согласился помочь нам в проведении операции «Березино». А это… – Зося указала на обер-лейтенанта. – Старший лейтенант Стрельцов. Он командир группы бойцов отдельной мотострелковой бригады особого назначения. Ну а это… – Зося показала на полковника. – Полковник Шерхорн. Он антифашист. Член комитета «Свободная Германия». Полковник Шерхорн сам сдался в плен Советской армии. Именно он будет играть ключевую роль в проводимой нами операции.

Майор Дитрих и полковник Шерхорн обменялись крепкими рукопожатиями.

– А теперь, что нам предстоит делать… – продолжила говорить Зося. – Сейчас в белорусских лесах бродит много окружённых частей четвертой немецкой армии. Одной из таких частей будет ваша группа, полковник… – Зося посмотрела на полковника Шерхорна. – Она состоит из бойцов бригады особого назначения. Они прекрасно владеют немецким языком и их трудно отличить от ваших соотечественников. – полковник Шерхорн в знак согласия кивнул головой. – Нам необходимо установить связь с верховным командованием вермахта в Берлине, – продолжила Зося. – и в этом нам необходима ваша помощь майор, – Зося посмотрела на майора Дитриха. – Вы наверняка знаете позывные и шифр, чтобы связаться с объединенным командованием вермахта.