Алексей Дзюба – Однажды в сказке: Мрак над Златоградом (страница 54)
Девушка, наконец осознавшая слова ведьмы, осела на пол и закрыла лицо руками, зарыдав.
— Послушай меня! Оставайся здесь! Я тебя научу! Сможешь сама потом создать его.
— Опять временно?!
— Если любишь, то надолго хватит. А хочешь, научу, как из Нави насовсем вывести?
— А так можно разве? — удивилась девушка, немного успокоившись и обретя надежду.
— Многое возможно, если по силам будет! Так что решила?
— Мне домой надо, в Громгор, всё рассказать, — выдавила из себя Ясна.
— Для чего?! Ну, что шапку-невидимку потеряла — это ты соврёшь, поверят. А вот зачем Кощея освободила да силу ему вернула, что говорить станешь? — упрекнула её ведьма. — Мол, жениха спасала?! Тогда и увидят громгорцы, какая у них принцесса — дочь Горного короля! Небось, по головке не погладят?
— Не то слово, — согласилась девушка, изумлённая осведомлённостью ведьмы.
Мельком взглянув на тело Ивана, девушка увидела, что оно уже распалось, оставив только мокрое пятно на полу.
— Тогда оставайся, учить тебя буду, — ведьма направилась к столу, заваленному всякими травами. — А заодно за своим зелёным найдёнышем присмотришь, а то сил моих больше нету. — Не оборачиваясь, Яга указала в угол.
— Каким найдёнышем? В углу никого нет! — удивилась Ясна, не заметив ничего, кроме метлы.
Раздавшийся смешок заставил девушку пристально вглядеться, а когда у метлы появились глаза, девушка воскликнула:
— Колтка, ты живой!
Лесной дух, приняв своё обличье, оказался на руках девушки и обнял её. В ногу что-то мягко ударило.
— Клубочек! И ты здесь?! — удивлённо воскликнула Ясна. — Спасибо, бабушка!
— Травнице спасибо скажешь! А ну живо за работу! Милуешься, бездельница! — окликнул голос Яги, заставив ученицу вздрогнуть. — Кто это всё разгребать будет?! Вон сколько Травница даров принесла! Правда, одного не пойму, зачем ей понадобились гуси-лебеди?!
От вида трав у Ясны загорелись глаза. Такого количества редких сборов в одном месте она никогда не видела.
Водяной жадно пожирал свежесобранных лягушек. Разорвав очередную пополам, он отправил половинку в рот и, зажмурившись от наслаждения, громко чавкал. Вдруг глаза его широко раскрылись, и он спешно выплюнул остатки лакомства. Затем, изобразив подобострастие, хозяин Топи обернулся.
— Кощеюшка, как хорошо, что заглянул ко мне. Угощайся!
Кощей хмуро смотрел на Водяного, не говоря ни слова. Улыбка начала сползать с морды речного владыки.
— Должок за тобой, жаба зелёная! Пришёл забрать!
— Да, да! — дрожащим голосом ответил Водяной. — Скажи только, чего желаешь?
— Всё желаю! Ты сказал, что всё отдашь, так я за всем и пришёл! — сухо ответил властелин.
Глаза Водяного опустились ниже, на руки Кощея.
— Ой, а где золотая цепочка? Потерял? — спросил Водяной, побледнев. — Какая жалость!
— Если жалко, так могу тебе наколдовать — да потяжелее!
— Нет, что ты! Не идёт золото к зелёному цвету! С чёрным хорошо сочетается! — ляпнул Водяной и тут же исправился: — Ой, не то говорю! Я хотел спросить: ты сам править будешь или наместник требуется?
— Наместником тебя сделаю, если услугу окажешь, — твёрдо ответил новый хозяин Топи.
— Я весь внимание.
— Приведи в Мраковицу Марью Моревну!
Став практически белым и задрожав, Водяной переспросил:
— Марью Моревну — дочь морского царя?!
— Если не согласен, так я другого наместника поищу.
— Согласен, согласен! Не надо никого искать!
Кощей исчез так же быстро, как и появился. Водяной, оскалившись и став тёмно-зелёного цвета, злобно пнул миску с едой.
По истечении трёх дней златоградцы возвращались домой. Илья ехал на своём Гнедом рядом с телегами, в одной из которых лежал князь, а другая везла тело наместника и скорбный груз Поповича. Боярские дети давно покинули войско. Как ни странно, никто из них не погиб, даже раненых было немного. Забава также осталась цела и вместе со всеми, наверное, добралась до Златограда, спеша возвестить о поражении Жреца. Настасья не отходила от тела Добрыни. Микула же был счастлив видеть дочь живой и ехал рядом с ней в Годин повидать Василису.
Сбыню нашли под грудой тел. Живым. Только рана головы была серьёзная. Рабочие Златограда несли его на сколоченном из досок щите, боясь растрясти. Муромец и не подозревал, как велико уважение к этому торговцу среди простых людей города.
Он так и не рассказал, что произошло на капище. Для всего войска спасение князя стало большим праздником и великой победой. Добрыня же теперь стал бессмертным героем. Муромец смотрел на счастливые лица людей. Даже горечь утраты близких и увечья не могли затмить эту радость.
«Сказать правду — а что дальше? — рассуждал витязь. — В князе все будут видеть Жреца. Поддержка горожан ослабнет. Бояре станут людей мутить, деля власть. Кудеяр объявится. Ему сейчас очень нужны крепкие подельники взамен убитых. Начнётся смута. Может, ещё пострашнее, чем эта война. Кому лучше от правды этой станет? Нельзя у народа отнимать победу. Это их победа, и только их! Одно знаю точно: не смогу быть на службе княжеской. Только чем заниматься? Подумаю, как Правь решит, так тому и быть».
— Стой! Куда летишь, непутёвый? Зашибут! — вскрики всадников оторвали Муромца от мыслей, заставив оглядеться.
Мальчонка лет семи смело мчался наперерез витязю сквозь ряды всадников, огибая телеги.
— Дядя! Дядя! Ты же Илья Муромец?! — прокричал он, становясь возле лошади витязя.
— Да ты что, пострелёныш! — окрикнул его Илья, поднимая и усаживая перед собой в седло. — Куда же твои родители смотрят? Ведь конём зашибить могли!
— Убили моих родителей! Мне соседи сказали. Дядя Илья! Обучи меня ратному делу!
— Ратному?! Для чего такая надобность?
— Волколакам отомстить хочу!
— А разве они виноваты?
— А то кто же?! Конечно, они!
«А то кто же?» — Муромец посмотрел на телеги с князем и наместником.
— Кто, по-твоему, виноват: разящий меч или рука, его держащая?
— Не знаю, — пожал плечами мальчонка. — Научишь?!
— Научу: и ратному делу, и мирному ремеслу, и поступать по Прави тоже научу.
«Малец, а мысли о мести завелись! — усмехнулся про себя Муромец. — Хотя откуда мыслям браться в чистой голове? Вложил кто-то! Видать, оттого и жизнь у людей разная, что мысли разные вложены». Илья ещё раз потрепал парня, счастливого, что едет с самим легендарным витязем.
От авторов
В мир волшебства история зовёт,
И я сегодня в сказку дверь открою.
По ней мы прогуляемся с тобою,
Заворожит фантазии полёт.
Здесь оживут страницы детских книг,
Добро и зло сойдутся в одночасье,
Сменяя сотни тысяч ипостасей,
Нам приоткроют тайны в этот миг.
Вот путников встречает Златоград,