Алексей Доцент – Газовая история. Как открыть и закрыть панк-радио (страница 17)
«Плеханово» же стала бурно выходить на сцену, только, когда я песню про Саакашвили написал. Им тут с Москвы позвонили – сам советник президента, – спросил, что за группа такая отстаивает честь страны. Так меня сразу вызвали, всего облизали, и открылся нам выход на сцену. Потом мы выступали на 9 мая, пели песню «Цхинвал, ты должен подняться!».
ГАЗ: А вот вам вопрос от нашего слушателя Романыча: «Я слышал, что вы работали в пожарной охране. А как вы решили создать группу, работая в пожарке?»
СТАС: Ну, работал-то я в пожарке в 1987 году, а группа образовалась только лет пять назад. Да и, тем более, это я не работал, а просто служил в армии.
ГАЗ: А вот Серега из Липецка спрашивает: «Стас, а когда будут еще концерты?»
СТАС: Ну, вот самое ближайшее – это нас приглашают выступить 8 августа на Васильевском Спуске, в Москве.
ГАЗ: А в Липецке?
СТАС: В Липецке… не скоро, наверно. Просто уже, если честно, надоедает бороться с этой коррумпированной властью. Этот человек, который Малютин, он ведь тоже не из сена сделанный, он весьма твердолобый, каменный товарищ. И выйдем мы на сцену в Липецке, вероятно, только после его увольнения. Он испытывает к нам очень большую неприязнь. А началось все это, опять-таки, в 2003 году, когда мы организовали концерт во Дворце спорта «Юбилейный»
ГАЗ: А про концерт в Москве 8 августа можно подробней?
СТАС: 8 августа 2009 года, в Москве, на Васильевском спуске запланирован грандиозный протестный концерт, против нападения Саакашвили на Южную Осетию, и нас туда пригласили выступить. Концерт даже по телевидению будут показывать
ГАЗ: И вот такой вопрос, какие у вас были ощущения от своего первого выхода на сцену? И когда этот выход состоялся?
СТАС: А вот как раз во Дворце спорта «Юбилейный» в 2003 году, перед двенадцатью тысячами человек первый раз и выступали. Ощущения были очень сильными! Мы даже не знали, как себя вести. Но, народ практически нас сам поддержал. Даже песен было не слышно в их реве. Людям во дворце было очень тесно – он рассчитан на количество вдвое меньшее, – и в зале пошли волнения. Было даже страшно, что дворец рухнет. Этот наш первый концерт снимали на видео, съемка хорошая, и мы хотим, в ближайшее время, выпустить концертное видео.
На этом концерте меня, кстати, пять раз арестовывали. Подходили просто и внаглую забирали, как организатора. Потом отпускали, так как милиция боялась, что толпа там вообще всех разорвет.
ГАЗ: А вот еще вопрос от Романыча: «Как вы относитесь к творчеству Юрия Хоя и слушали ли вы его вообще?»
СТАС: Ну, конечно же, слушал. Познакомился я с творчеством Юры, начиная с альбома «Зловещие мертвецы», там еще песня есть такая «Страх». В тот день ко мне девушка пришла в гости и принесла эту кассету. А Воронеж – это же недалеко от Липецка. Я послушал, и после этого приобщился к творчеству «Сектора». В машине крутил часто…
У меня тогда еще был музыкальный проект «Астероид 517», и как-то мы поехали записываться в Москву на студию «Gala Records». Там мы с Хоем и встретились. Я с ним общался часа два. Как раз мы с ним разговаривали про его проект, и он предполагал, что именем «Сектор Газа» могут воспользоваться мошенники и наживаться на этом. Уже тогда были разные двойники «Сектора», выступали по стране, и он тяжело переживал эту ситуацию.
Поэтому, когда пошел вопрос об организации фестивалей памяти Хоя и начал выступать его племянник… Я не сторонник, если честно, этого всего, потому, что племянник – он, в первую очередь, должен защищать творчество своего дяди. А потом, эта группа – «Сектор Газовой Атаки» и прочие от «Сектора» отталкивающиеся… я это все не приветствую.
А вообще, конечно, это предательство со стороны племянника, то, что он разъезжает, в газетах печатается, что он Хой – это все бред. Ну, были мы у него на концерте, ну спел он, похлопали ему, а сразу после его выступления поставили оригинальную песню Хоя «Демобилизация», и сразу совершенно другой ажиотаж начался в зале.
ГАЗ: Да, с Юрием Япрынцевым у нас тоже как-то не сложились отношения. Пытались мы его призвать к сотрудничеству, а в ответ тишина…
СТАС: Я считаю, что основатель «Сектора» – есть основатель. Это человек, который написал все оригинальные песни. Причем тут тот же самый Кущ? Почему он назвал свою группу «ex-Сектор Газа»? Ну, назови ты ее как-то по-другому и пой! Ну, в принципе, из-за того, что его встретили в штыки, он и бросил это дело.
ГАЗ: А вот мы слышали, что как раз таки у него и не было в планах создавать группу с таким названием – это «Gala Records» подбила его на это…
СТАС: Ой, знаете, это он сказки рассказывает. Не было в планах… У человека всегда есть выбор. Вот, представьте, к нему подходят и предлагают совершить преступление. Если он мужик, то сказал бы, что не хочет в это лезть. Так ведь нормальный человек поступил бы? Но, он же начал этим заниматься! Ну и на Кузнецове
Потом этот проект потух, потому что публика его не восприняла. Кущев в этом полностью завязан. Как же он не виноват? Он же там играл, он же выступал под этим названием. Многие музыканты, которые в «Секторе» играли, не пошли на это, поняли, что не надо в это соваться. Тот же басист Брюс из группы «Лезвие», тот же соло-гитарист Игорь Жирнов с «Рондо» – им же это не надо. А Жирнов-то побольше, чем Кущев сыграл для «Сектора» – в последнем альбоме, вон, все соляки его. Эти люди благородные, у них есть определенный пункт.
А Кузнецов же кто? Он продюсер. Он видит деньги и предлагает: «Не хочешь заработать?».
ГАЗ: Романыч, вот, пишет, что полностью с вами согласен…
СТАС: А Романыч, похоже, имеет такую же философию, как я, поэтому он согласен. Все правильно, не надо брать чужое.
ГАЗ: …и он против плагиата. А еще он спрашивает: «В 1997 году вы организовали группу „Астероид 517“. Что с ней случилось?»
СТАС: В этой группе было всего два человека: я и аранжировщик Алексей Зайцев. У нас все шло гладко. Мы как раз с «Gala Records» начали выпускать первые два альбома. Но потом был пожар – сгорела квартира в Москве, где мы обитали. Но квартира не наша, и нам пришлось много денег отдать. Проект остановили.
ГАЗ: Скажите, пожалуйста, а группа «Плеханово» в каком стиле выступает?
СТАС: У «Плеханово» пока нету определенного стиля. Я сейчас пишу новые песни и там самое главное – это текст. Что-то меня вообще раздраконили наши власти. Мы делаем альбом, который полностью направлен против коррупции, что захлестнула наш город. Основной упор дается на текст. Музыкантов разных присоединяется к нам очень много, и каждый дает что-то свое. Стили мне не важны. Мы не рок-группа, в таком понимании, как «Ария», например, которая живет рок-философией. Моя философия – это протест. Я должен быть там, где человека притесняют. И придерживаться стилей каких-то, ограничивать себя, я не хочу.
ГАЗ: А сталкивались ли вы с проблемой неформата?
СТАС: Ну, конечно же, на радио особенно. Радио – оно же сохраняет свое общепринятое лицо.
ГАЗ: И что вы предпринимаете в этом случае? Цензурируете тексты своих песен или стоите на своем?
СТАС: На радио у нас крутят только лирику, в основном, где нечего цензурировать. А неформатные песни мы не переделываем, потому, что из песен слов не выкинешь. Мы их на радио просто не предлагаем.
ГАЗ: Наш слушатель Дрон спрашивает: «Как прошел ваш концерт в Цхинвале»?
СТАС: Расскажу, да… Была поездка в Южную Осетию. Основная сложность – туда доехать. Там всего лишь один Рокский тоннель. Почему Цхинвал восстанавливают так медленно? Потому, что везти всю строительную технику через эту четырехкилометровую дыру в скале очень тяжело.
Встретили, конечно, нас вообще обалденно! Приглашал нас министр культуры Южной Осетии. Мы, как выехали с Рокского тоннеля, встретили там солдата нашего, он тоже рад был. С осетинскими пирогами, там, и т. д.
ГАЗ: Да и вообще, с вашей стороны – это большая поддержка была! Для людей, которые пережили такое, ваше выступление – это был огромный плюс!
СТАС: Да, и министр культуры сказал, что нужна просто поддержка, неважно чем: деньгами, словом, песней, или чем другим…
А этот жополиз – Бергер
В общем, встретили нас очень хорошо. На площади все это организовали, насколько возможно было. Аппаратуру поставили. Потом мы ездили по частям 58-й армии выступали, которая там дислоцируется, в Цхинвале.
Доброжелательно осетины к ним относятся. Для них это была большая катастрофа, когда весь «Град»