Алексей Булыгин – Числовек (страница 11)

Стас и следователь сели на стулья, расположенные по периметру кабинета, но на разных сторонах. Начальник следствия разместился за перпендикулярно приставленному к основному столом. Владимир Львович остался в своем кресле, подчеркивая находящуюся ненамного выше в классификации руководящую должность.

Он и взял первое слово:

– Приветствую всех участников. Сегодняшнее наше небольшое совещание посвящено материалам Станислава Алексеевича по незаконной миграции. В подробности вдаваться не вижу смысла, присутствующим суть дела ясна. – Владимир Львович начал повышать тон, его ноздри расширились, появилась нарочито растянутая и неприятная на слух интонация – И мне непонятноо, какие у нас тут возникли сложности со следствием. Рекомендации ваши выполнены в полном объеме, не так ли, Станислав Алексеевич?

– Так точно – Стас ненадолго повернул голову в сторону вопрошающего.

– Два плана мероприятий, около 30 пунктов, если я не ошибаюсь – Владимир Львович отвернулся налево в сторону окна и продолжал разговор с ним – Ответьте мне, почему наше же следствие, не ментовское какое-то, которому посрать на нас, у них своих дел полно, отказывается возбуждать уголовное дело по имеющимся материалам?! – в конце он развернулся к начальнику следствия и широко раздвинул руки в разные стороны.

– Владимир Львович – вежливо и максимально корректно обратился к нему Аблаев – Дело не в том, что мы отказываемся. Даже наоборот, Михайлов докладывал, что это живое и настоящее дело, в вашем отделе на данный момент самое перспективное к возбуждению. Просто собранных сведений действительно недостаточно для доказывания субъективной стороны преступления. Нам нужен умысел, а полученных в разговорах и переписке сведений недостаточно. Дмитрий со Стасом разговаривал по этому поводу, верно?

– Так точно – опять подтвердил объект повествования.

– Понимание у оперативного сотрудника сути необходимого мероприятия есть. Я не вижу никакой проблемы в его проведении, но так понимаю, что у Вас другое мнение на этот счет?

– Да. У меня другое мнение. Вы – то, блядь, просто нам сейчас устно сказали и все. А нам потом этот диктофон арабу вручать, инструктировать его. А вдруг он спалится? Я не согласен.

– Если Вы так переживаете за ответственность, то давайте мы ее разделим.

– Давайте – Владимир Львович с выдохом подался с кресла вперед и уперся руками на стол – давайте – интонация набирала тон – Напишите мне свои письменные рекомендации, где будет четко прописано: дать диктофон главному подозреваемому и отправить его на беседу с другими подозреваемыми. Я хочу свою жопу прикрыть. Почему я всегда должен жопой гвозди дергать?

– Если проблема была только в наличии бумаги, то почему Вы мне сразу об этом не сказали? Зачем друг у друга время тратить? – спросил Аблаев, его манера речи стала более напряженной.

– Что значит проблема в бумаге была? – в глазах Владимира Львовича блеснуло отсутствие самоконтроля – Да у меня в отделе Скрипачев в год под десять штук типовых уголовных дел настрижет и все, мне похуй. Я свой план на год за его счет выполню. Там дела то – пять бумажек и вперед. Мне вот эта возня с вами счастья не прибавляет. Мне это дело нахуй вообще не нужно! Ебитесь как хотите.

Следователи с явно удивленным видом переглянулись. Стас старался не производить на лице никаких эмоций, устремил взгляд в пол и сжал скулы. В голове промелькнуло множество нецензурных определений для Владимира Львовича. Объект повествования отдал немало времени и сил на это дело, самое интересное дело Стаса к этому моменту службы.

– Мы подготовим Вам еще одни письменные рекомендации – старался сохранить такт Аблаев – если Вы не против, мы пойдем заниматься дальше своими задачами и закончим совещание.

– Не против – коротко отрезал Владимир Львович, насупился и уставился налево в окно.

Стас вышел из кабинета последним и закрыл за собой дверь. Аблаев сразу направился к лестнице, Михайлов знаком руки поманил объекта повествования за собой в сторону от двери.

– Это что было? – одновременно удивлялся и улыбался следователь – так если ему это дело нахуй не нужно, то нам тем более.

– Дим, прекрати. Вот такая твоя реакция меня точно не устраивает. Мне не похуй, это же мое дело и я над ним работаю.

– Да ладно тебе. Мне все в принципе понятно. Ты меня предупреждал.

– Ну, вот смотри, зато можешь убедиться во всем воочию – тоже улыбнулся Стас – для меня это норма, привыкли мы в отделе уже давно.

– Не очень хочется к тому привыкать. Очень странная манера общения.

– Привыкнуть можно, смириться не хотелось бы.

– На этой философской ноте давай разойдемся. Я сегодня пишу рекомендации, быстренько их подмахиваю у Аблаева и отношу в секретариат. Завтра они у тебя, дальше заряжай Ахмеда.

– Ибрагима – поправил его Стас – да понятно что дальше делать – Давай – объект повествования развернулся и направился к себе рассказывать соседям по кабинету об очередном мини-представлении.

Стас открыл дверь и не смог сдержать улыбки. Кирилл инстинктивно приподнял голову от монитора, чтобы посмотреть кто вошел:

– Оооо, ну что там? Давай рассказывай – он откинулся на стуле и уперся спиной на угол между стеной и сейфом, устроился поудобнее и приготовился к рассказу. Александр, не скрывая своего интереса, отложил ручку в сторону.

Стас в общих чертах, но с красочным приведением ряда цитат Владимира Львовича сообщил коллегам суть прошедшего совещания. Максимально точную передачу реплик начальника он посчитал неким своим обязательством перед другими сотрудниками отдела. Большинство других оперов обычно тоже не стеснялось поделиться своим опытом общения с Владимиром Львовичем, но только в проверенных кругах слушателей. Само наличие такого руководства невольно сплачивало коллектив перед общей проблемой.

Вдоволь поудивлявшись тем вещам, которые стали для них повседневностью, но, при этом, не перестали их же самих и удивлять, кабинет вернулся к своей работе перед мониторами.

Спустя некоторое время, пока сотрудники готовили свою еженедельную статистику, еще в верхней одежде к ним зашел опытный коллега и, как он сам себя называл, старший товарищ – Евгений Сергеевич. Он работал в Управлении более двадцати лет и был одним из немногих, кто помнил уволившихся еще в 90-ых годах и периодически развлекал коллег историями о тех временах. Некоторые из нынешних руководителей когда-то ходили у него в подчиненных, знал Евгений Сергеевич много лишнего и о многих. Он был среднего роста, его черные волосы уже давно тронула седина. Благодаря периодическому посещению спортзала его фигура выгодно отличалась от силуэтов ровесников своей стройностью. Евгений Сергеевич всегда был гладко выбрит и аккуратно одет.

– Привет гениям оперативной работы! – начал он со своего обычного обращения.

– Евгений Сергеевич – по очереди поотрывали себя со стульев и пожали ему руку обитатели кабинета.

– В столовку с нами пойдете? – заодно спросил Стас – время как раз к обеду.

– Да как он пойдет, у него наверняка очередной пост – усмехнулся Александр.

Евгений Сергеевич сменил широкую улыбку на нарочито серьезное выражение:

– Вообще-то, для темных, хочу сказать, что сейчас у меня осенний мясоед.

– Звучит как порода собаки – под общие ухмылки заметил Стас.

– Тьфу на вас всех, антихристы – Евгений Сергеевич показательно развел руками в стороны и упер их в бока – Ну ничего, я к этому отношусь философски, религия к вам придет с возрастом, это пока вы молоды, полны сил, глупы. Не доросли еще – ближе к последней фразе он начал ехидно улыбаться.

– Мне не нужно прожить еще десять лет, чтобы осознать, что в нашей стране существует некий общественный институт, выходящий за рамки нашего законодательства. Имена у них вымышленные, экономическая деятельность налогами не облагается, при этом за каждую процедуру требуют деньги, на прилавках прейскурант висит как в любом магазине – Стас отклонился на стуле и внимательно смотрел на Евгения Сергеевича, произнося свои реплики.

– Тут я полностью согласен со Стасом – разговор поддержал Александр – недавно был крестным у знакомых, три тысячи рублей. Им эту цену сразу же озвучили, не типа пожертвуйте сколько сможете, а конкретная сумма за определенную услугу – Александр начал постепенно повышать голос и широко жестикулировать руками – Ну и что это за херня? Я еще молчу, сколько бывших зэков оседает в нашей церкви.

– В общем и целом, церковь себя полностью дискредитировала. Чего стоят только часы патриарха за несколько тысяч долларов, которые на фото замазали, а про их отражение на столе забыли, не помню что за мероприятие было, но это легко загуглить – Стас начал приводить примеры, припрятанные в его памяти на случай подобных переговоров – или фотографии старика на яхте, не похоже, что на ней он был по церковным делам.

– Так, вы чего на меня накинулись, просто поздороваться зашел – от улыбки Евгения Сергеевича не осталось и следа – Александр, тебе просто встретился некорректный священник. Есть предлагаемая сумма пожертвования и ничего более, если ты по каким-то причинам не можешь ее осилить и отдашь меньше, то никто тебе не откажет крестить детку.

– А зачем же тогда вообще этот прейскурант? – Александр начал грызть свою гелевую ручку и от возбуждения стал немного выкатывать глаза – что-то не верится мне, что эта цена не конечная и подлежит обсуждению.