Алексей Болотников – Звон отдаленных лет. История Тесинской школы 1861—2016 (страница 4)
Среди общеобразовательных школ, учрежденных земствами, с 90-х годов стали появляться и специальные учебные заведения. Для сельского хозяйства нужны были люди, разбирающиеся в агрономии, нужны были и специалисты для других отраслей местного хозяйства, усложняющегося с развитием капитализма. Например, квалифицированные мастера были нарасхват на многочисленных кустарных промыслах
2.2. История начального Российского образования4
Первым учреждением для управления образованием в Российской империи стала Комиссия об учреждении народных училищ, созданная в 1782 году и двадцатью годами позже ставшая частью Министерства народного просвещения, утверждённого манифестом императора Александра I от 8 (20) сентября 1802 года «Об учреждении министерств» в целях «воспитания юношества и распространения наук».
После смерти Александра I и восстания декабристов реакционный откат российской системы образования продолжался. Уже в мае 1826 года императорским рескриптом был образован специальный Комитет устройства учебных заведений, которому было поручено немедленно ввести единообразие в учебную систему, «дабы уже, за совершением сего, воспретить всякие произвольные преподавания учений, по произвольным книгам и тетрадям».
В основу своей деятельности Министерство народного просвещения положило императорский рескрипт 1827 г., в котором, в частности, отмечалось: «Почитая народное воспитание одним из главнейших оснований благосостояния державы, от Бога мне врученной, я желаю, чтобы для оного были постановлены правила, вполне соответствующие истинным потребностям и положению государства. Для сего необходимо, чтобы повсюду предметы учения и сами способы преподавания были, по возможности, соображаемы с будущим вероятным предназначением обучающихся, чтобы каждый вместе со здравыми, для всех общими, понятиями о Вере, законах и нравственности приобретал познания для него нужные, могущие служить к улучшению его участи, и, не быв ниже своего состояния, также не стремиться чрез меру возвыситься над тем, в коем ему суждено оставаться».
В первые годы правления Николая I была четко сформулирована государственная идеология просвещения. Основным документом, закрепившим основы образовательной политики в России, стал новый Высочайше утвержденный 8 декабря 1828 г. «Устав гимназий и училищ уездных и приходских, состоящих в ведомстве университетов: С.-Петербургского, Московского, Казанского и Харьковского».
Существенное отличие нового Устава от прежнего заключалось в том, что приходские и уездные училища утратили свой характер подготовительных учебных заведений для дальнейшего постижения гимназического курса. Каждый из существовавших в России типов учебных заведений получал завершённый курс учебных предметов, необходимый для соответствующего образования в течение трёх лет. Министерство народного просвещения и его органы на местах стали контролировать деятельность приходских училищ, которые теперь служили «приготовительными» заведениями, после окончания которых можно было продолжить обучение.
Одна из основных идей реформы 1828 г. состояла в том, что школа обязана не только обучать, но и воспитывать детей, причём дело воспитания должно находиться в руках государства. Эта идея была не нова и занимала умы отнюдь не только представителей правительственного уровня, её разделяли многие деятели русской культуры. В частности, в знаменитой записке А. С. Пушкина «О народном просвещении», поданной Николаю I, поэт выступил за развитие государственного воспитания.
Утвержденный Николаем I Устав 1828 г. впервые заложил прочные основы для народного образования, указав начальным и средним учебным заведениям пути их дальнейшего развития. Введение нового Устава потребовало от Министерства народного просвещения принятия определенных мер по его дополнению и разъяснению, поэтому вступление в силу всех пунктов нового документа оказалось возможным только с 1832 г., когда в Комитет учебных заведений были представлены и утверждены новые учебные планы гимназий и уездных училищ.
Реформа образования на основе нового Устава преследовала цель сохранить сословное образование. Так, приходские училища предназначались «для распространения первоначальных сведений между людьми самых низших состояний», а училища уездные должны были «доставлять детям городских обывателей, вместе со средствами нравственного образования, те сведения, кои, по образу жизни их, нуждам и упражнениям, могут быть наиболее полезны». Наконец, учреждение губернских гимназий имело двоякую цель: «доставить способы приличного воспитания тем из молодых людей, кои не намерены или не могут продолжать учение в университетах, а готовящихся вступить в оные – снабдить необходимыми для сего предварительными знаниями».
Обновленная программа обучения потребовала значительных усилий Министерства в написании новых учебных пособий, для чего был создан Комитет для рассмотрения учебных пособий, действовавший до 1831 г. За это время было рассмотрено 1960 рукописных и печатных материалов. Кроме того, сами члены комитета приняли участие в составлении 39 учебников.
Принятие нового школьного закона, безусловно, отразилось на деятельности Министерства народного просвещения, во главе которого 19 ноября 1833 г. встал граф Сергей Семёнович Уваров – представитель одного из старейших дворянских родов России. В этот же день последовал Всеподданнейший доклад нового министра российскому императору. В основу деятельности Министерства закладывалась широкая программа, построенная на принципах приоритетного начала русской государственности и культуры. Именно из уст министра народного просвещения С. С. Уварова (в его обращении к попечителям учебных округов 21 марта 1833 года) прозвучала печально знаменитая формула «православие, самодержавие, народность». Русские профессора должны были читать теперь «русскую науку, основанную на русских началах» (П. Н. Милюков).
Министерство продолжило попечение о подготовке учителей для уездных и приходских училищ. В некоторых гимназиях даже содержались специальные стипендиаты, которые по окончании становились народными учителями. Одновременно с этим были предприняты шаги и по улучшению материального положения преподавателей.
В 1849 г. пост министра народного просвещения занял Платон Александрович Ширинский-Шихматов, представитель татарского княжеского рода. Он был не новичок в управлении Министерством: при С. С. Уварове руководил одним из департаментов, а в его отсутствие заменял министра.
Смена руководства министерства совпала с революционными событиями в Европе. Назначая на должность нового министра, император напутствовал его словами: «Закон Божий есть единственное твёрдое основание всякому учению».
В 1850 году новый министр, Ширинский-Шихматов, докладывал Николаю I, что «все положения науки должны быть основаны не на умствованиях, а на религиозных истинах и связи с богословием». Он же писал, что «лица низшего сословия, выведенные посредством университетов из природного их состояния… гораздо чаще делаются людьми беспокойными и недовольными настоящим положением вещей…».
В университетах и других высших учебных заведениях была отменена выборность ректоров, проректоров и профессоров – они теперь прямо назначались Министерством народного просвещения. Поездки профессоров за границу были резко сокращены, приём студентов ограничен, была введена плата за обучение. Для всех факультетов стали обязательными богословие, церковная история и церковное право. Ректоры и деканы должны были наблюдать, чтобы в содержании программ, в обязательном порядке представляемых профессорами перед чтением курсов, «не укрылось ничего, несогласного с учением православной церкви или с образом правления и духом государственных учреждений». Из учебных планов была исключена философия, признанная – «при современном предосудительном развитии этой науки германскими учеными» – ненужной. Чтение курсов логики и психологии было возложено на профессоров богословия.
Были приняты меры к укреплению дисциплины среди студентов, т. е. к гласному и негласному надзору за ними: так, инспектору Московского университета предписывалось посещать «в разные часы и всегда неожиданно» квартиры казённокоштных студентов, контролировать их знакомства, посещение ими церковных служб. Студенты были одеты в форму, регламентировалась даже их причёска, не говоря уже о поведении и манерах.
П. А. Ширинский-Шихматов не стал предпринимать никаких усилий по реорганизации Министерства народного просвещения. Главной задачей он считал проведение в жизнь мер, направленных на усиление правительственного контроля над деятельностью учебных заведений на всей территории империи. Значительное внимание министр уделял вновь выходящим литературным произведениям, полагая, что они должны прежде всего способствовать воспитания духа гражданского, патриотического.