Алексей Болотников – Тесинская пастораль. №5 (страница 15)
Не улетайте, лебеди, на юг!
Без вас нет песни нежной и красивой,
Тускнеет свет, уходит милый друг,
А без него не буду я счастливой!
Не улетайте, лебеди, на юг!
Не рвите сердце, душу не терзайте.
Без вас любви разорван прочный круг…
Я вас прошу, молю: не улетайте!
Но лебеди опять спешат на юг!
В прощальном вальсе вновь покружит стая,
Неслышно упадёт на землю пух,
И незаметно клин вдали растает…
Маме
Покойся с миром, добрая моя,
Господь тебя да не осудит строго…
Покойся с миром, нежная моя,
Пусть к небесам ведёт тебя дорога.
Пусть боли и тревоги все уйдут,
Печали и заботы канут в лету,
Пусть ангелы подругой назовут…
Ах, мамочка, ты заслужила это!
Родная наша, трудно без тебя,
Без глаз твоих, что ласково светились.
Прости, что мы не сберегли тебя,
Надежды наши и мечты не сбылись.
Прости, что редко виделись с тобой,
Вниманья очень мало уделяли.
Мы вечно были заняты собой,
Своей судьбой… Ах, если бы мы знали!
Любимый человек наш, дорогой,
Так горько, что не передать словами.
Так много нашего ушло с тобой,
Так много твоего осталось с нами…
Сказка
Знаю притчу одну. Рассказала мне мышь:
– Наповадился Змей да на Русь заходить,
Стариков да детей изводить да гнобить.
Собрался русский род. Тут и стар, тут и млад —
В общем, целый народ, все кричат, все галдят.
Говорит стар седой с метровой бородой:
– Хто пойдёть на врага? Хто сразится с Змеёй?
За забором худым мужичонка стоял.
Он не пил, не курил, никому не мешал,
Не моргал, не сопел, не сказал ничего,
Кашлянуть не успел, как седой на него:
– Чё, как пень-то, стоишь? Чё, как сыч, оробел?
Аль холерой какой, аль чумой приболел?
Крыши нет у тебя. Ну чего те терять?
Ни детей, ни жены не видал, твою мать!
Коль погибнешь в бою, значит, будешь в раю!
Там така благодать… Вот те зуб, говорю!
Коли Змея убьёшь, тоже в рай попадёшь.
Только здесь, на земле, словно царь, заживёшь!
Мужичок промолчал, ничего не сказал,
Прыг в седло на коня и на нём ускакал.
А куда ускакал, нам то знать не дано.
А людская молва говорит лишь одно:
Он Змеюку тую раскромсал, затоптал,
Прыг в седло на коня и опять ускакал…
А куда ускакал? То неведомо нам.
Может, в земли чужие, да понравилось там.
Крышу он приобрёл, и покой, и уют.
Ведь не зря ж говорят: Там-де лучше, чем тут.
А родимую Русь Змей другой приглядел,
Всё захапать решил: там удел, здесь надел… 
