Алексей Болотников – Бессмертный полк Теси. Помним, гордимся, чтим… (страница 9)

https://pamyat-naroda.ru/heroes/memorial-chelovek_dopolnitelnoe_donesenie68260373/

Белоусов Петр Алексеевич24. 1899. Место рождения: Минусинский район. Русский, беспартийный, колхозник. Дети Василий, Владимир, Валентина. Призван Минусинским РВК в 1942 г. Гвардии рядовой, стрелок. Дата поступления на службу: 1941? Последнее место службы: 89? гв. сд. Награжден орденом Славы III степени как пулеметчик 284 гвардейского стрелкового полка. Воинская часть: 284 гв. сп 95 гв. сд Прибалтийского фронта. Кто наградил: 25 гв. сд 2 284 гв. сп, 95 гв. сд Прибалтийского фронта. Дата подвига: 09.03.1944. Из наградного листа: «Ручной пулеметчик первого отделения батальона 284 Гвардейского стрелкового полка, 95 Гвардейской стрелковой Полтавской Краснознаменной дивизии представлен к ордену „Славы 3 степени“. В Отечественной войне участвует с 1942 г. на Юго-западном фронте, Воронежском и втором Украинском фронте. Ранения: 01.09.42 г., 08.07.43 г., 07.01.44 г., 09.03.44 г. В бою, в районе села Елено-Косогоровка 09.03.44 года товарищ Белоусов, выдвинувшись вперед, вел по противнику меткий огонь из ручного пулемета, чем прикрывал наступление пехоты. Будучи контужен, он продолжал вести огонь, сражался до последнего момента, когда получил тяжелое ранение. Представление от 20 марта 1944 г.»

Пропал без вести 03.10.1943 г. Украинская ССР в/ч ПП 11627. Архив: ЦАМО, ф. 58, о. 18002, д. 46. См. Минусинский список.

https://pamyat-naroda.ru/heroes/podvig-chelovek_kartoteka1000152565/

Береговенко Ефим Харитонович. 07.03.1912. Приезжий. Место рождения: Катеринопольский район Черкасской области. 3 класса. Шофер. Работал на транспорте ПГМ-52. На передовой не был, работал в тылу по ремонту транспорта. По приказу командующего подвозил боеприпасы на место назначения. Награжден орденом «Знак почета» 11.01.1957 г. Проживал в с. Тесь по адресу ул. Октябрьская, 17.

На ресурсах интернета сведения не обнаружены.

Бессонов Анатолий Васильевич*. 1927. Призван 30.11.1944 г. После окончания войны жил и работал водителем в Минусинске.

На ресурсах интернета сведения не обнаружены.

Болотников Константин Борисович. 5.01.1917—13.02.1993. Место рождения: д. Лялино Агинской волости Канского уезда (ныне Саянский район) Красноярского края. В Тесь с родителями переселился в 1928 году (в коммуну «Большевик», в местечко Заготзерно), с третьего класса учился в Тесинской ШКМ. Отец Борис Дмитриевич. Жена Матрена Федоровна Болотникова (Филатова), дети Раиса (1938), Алексей (1950), Александр (1956). Призван 07.1943 г. Служил в 695 отдельном батальоне связи в качестве телефониста-морзиста. Ефрейтор. Участвовал в боях за освобождение Южного Сахалина от японцев. Демобилизовался в ноябре 1945 г. Окончил техникум советской торговли (г. Ачинск) и Канский библиотечный техникум. Вернувшись в Тесь, работал в должностях продавца, завсклада, товароведа, секретаря сельсовета, библиотекаря (апрель 1950 г. – май 1970 г.), учетчика в колхозе. Награжден орденом Отечественной войны II степени, медалью «За Победу над Японией», юбилейными медалями. Избирался депутатом сельсовета. Оставил несколько тетрадей дневниковых записей. Умер в с. Тесь.

https://pamyat-naroda.ru/heroes/podvig-chelovek_yubileinaya_kartoteka1518214620/

Из книги «Константин Болотников. ОТЧИНА. Книга вторая. ОТЕЦ»:

«…8 августа по-особому прозвучала тревога. Ранцы осматривать не стали, а собрали палатки, т. е. ликвидировали свои «дома», гнезда. Собрали матрацы, одеяла, выгнали под открытое небо, час, два, пять – вот и ночь, а отбоя нет. Ночевали под кустиками, на одежде, спасаясь о холода и дождя в шинели и плащ-палатке. Утром, только успели проснуться, услышали новость, к которой готовились все годы службы, – началась война с Японией.

Наши войска на Сахалине перешли границу у Хандасы и сражаются с японскими солдатами. В этот и в следующий день весь дербинский гарнизон опустел. Рвались туда, в огонь. Нам надоело все тыловое до мозга костей. Война – это наш полезный труд, за который нас, солдат, хлебом кормят. Война – это близкий конец одного из двух: победы или смерти. Середины нет…

До Онор доехали на машине. Дальше пошли пешком. Прошли километров тридцать. Масса солдат здесь боролась с болотом; строили дорогу. Перейдя границу, стали ощущать запах пороха: развороченные дома, блиндажи, убитые люди и животные, запах гари. Рассказы о первых военных эпизодах, о японских «кукушках», о смертниках и т. д. Все это угнетающе действовало на необстрелянное сердце солдата. Мурашки ползали по спине. В так называемой «японской Хандасе» жили в палатках, в лесу. Кругом траншеи, блиндажи – оборона. Недалеко в лесу стояли дальнобойные орудия, о которых мы узнали после того, как они первый раз часов в двенадцать ночи открыли огонь. Мигом сон пропал. Земля дрожит, как от озноба, в воздухе долго висит вой летящего снаряда, затихая при удалении, и через несколько секунд – взрыв снаряда. После чего наступает пугающая тишина. Тишина на войне страшнее грохота орудий и взрывов бомб. Каждый шорох в лесу скребет за сердце, вдруг сейчас из-за куста выскочит японец…

А вот однажды собрались мы на обед. Вдруг кто-то закричал, что недалеко «кукушка» стреляет. Командир батальона дает приказ: «Прочесать лес». Мы все в лес. Отбежал и я метров на сто, и все разбежались. Оглянулся – вокруг никого. Кругом один. Жутко стало. Вдруг меня увидит японец, а я его нет и – напорюсь…

С неделю мы здесь стояли, дивизия дралась на передовой, разворачивая доты, уничтожая японцев. Борьба шла жестокая. Раненые отправлялись в тыл, и здесь все помещения были забиты ими. Наша очередь была не за горами.

Телеграфная связь здесь почти не употреблялась, а потому большинство телеграфистов были вроде резерва. И поэтому мы ждали приказа идти на передовую. Но такого приказа не последовало, пришла весть о капитуляции Японии. Японцы прислали парламентеров. Парламентеры были, якобы, из младшего командного состава. Наше командование их не приняло. Больше никто не пришел, а поэтому был дан приказ: продолжить наступление. Загремели пушки, застреляли пулеметы – опять началась бойня.

Японцы пристреляли дорогу и не дают проскочить. Стали бить туда из орудий. Наконец замолчали японские минометы. Опять двинулась вперед.

Пришли в первую японскую деревню. Меня поразило обилие шелка в каждом доме. В каждом селе мы использовали японские шелковые одеяла и матрацы для ночлега. Утром посмотришь – даже на улице, в грязи, валяются эти матрацы.

Теперь мы шли из деревни в деревню без длительных остановок. Гражданских японцев ни души ни в одной деревне не встречали, поэтому смело заходили в каждую фанзу. Но случались переходы и жуткие. Жутко было проходить селения, где поработала артиллерия, авиация наша. Разрушения, пожары, трупы японских солдат. Встречались трупы и наших солдат, неубранные. И нам приходилось хоронить прямо в пути, у дороги. Однажды под вечер мы пришли в большой населенный пункт. Там были склады с продовольствием японской армии. Обшарили. Доброго ничего не нашли, но набрали консервов, какого-то вина. Откуда-то пришла весть, что где-то здесь действуют японцы. Мы обшарили окрестность, никого не нашли. Но в селе ночевать побоялись. Отошли километра два. Но сон не шел. Чувствовал, что должна быть тревога.

Часов в двенадцать ночи поднялась стрельба. Все соскочили без команды. Я думал, по нам стреляют японцы. Выскочил на улицу, залег за углом, навел винтовку неизвестно куда и лежу. Друзья стреляют куда попало. Но нигде никого нет. Мало-помалу затихло. Видно, надоело зря стрелять. Утром нашли убитого японца. Наверно, нечаянно наткнулся на нас, и его подстрелили, хотя он и не собирался на нас нападать. А может быть, он и не один был. Никто ничего не знает. Но для нас важно одно, что мы «пробиваемся с боями». Дней через пять мы догнали свой батальон в г. Найро25. Там, кроме нас, было много и других частей.

Здесь остановились. Этот город был военным городком японцев. Находится на берегу залива Терпения. До 1945 года принадлежало японскому губернаторству Карафуто, с аэродромом и ангарами для самолетов, хотя японских самолетов мы не видели здесь за всю войну. Здесь впервые мы встретили мирных японских граждан, которые от мала до велика, встречая, приветствовали нас, прикладывая руку к козырьку, даже будучи без какого-либо головного убора, рты изображали подхалимскую улыбку. Все мужчины и женщины в штанах, в цветных шелковых халатах. Здесь мы уже не заходили в дома. Хотя были исключения для некоторых смельчаков, которые, нарушая приказания командования, заходили в дома к японцам, грабили их или обманом забирали ценные вещи, вино, спирт. Некоторые за это поплатились жизнью, получив из-за угла нож в спину, вино с ядом или наказание от нашего командования.

Через два дня пошли дальше. «Приключений» в пути не было, а без приключений как-то скучно стало. Тогда наши солдаты давай поливать из винтовок без всякого повода. Перепугали командиров, и нам «прочитали мораль». Пришли в г. Серитори26. Завели в сад. И никуда не выпускают под страхом нападения бандитских групп японцев. Дело к ночи. Ночлега во всем городе не нашли. Расположились под открытым небом. Натащили соломы и расположились. Наутро собрались двигаться дальше.