Алексей Богородников – Королевский наместник (страница 23)

— Цунами — двухсоставное заклинание, — пропыхтела она, — сначала надо поднять волну, потом отпустить. На первом этапе, закл еще не боевой, отменить без вреда можно. Подняла бы волну как можно выше и спросила, кто они такие и что делают в моём королевстве.

Хм, то есть она не сумасшедшая. Наглая и опасная девчуля, но берега чует.

— Нельзя показывать замешательство или неуверенность перед своими людьми, надо действовать незамедлительно. — продолжила Аиша, — всё согласно учебнику Клита Длиннобородого «Капитулярий государственной мысли и управления для королей и их советников».

Какие учебники — такое и общество.

— Ладно, отставить приседания, — разрешил я.

Аиша свалилась на землю, отдуваясь.

Подошел к ней, стащил с неё сапожки, она только вяло спросила, что я делаю. За сапожками оказались короткие чулочки или длинные носочки, их я тоже стащил безжалостно. Развалившаяся в позе морской звезды на своем рюкзачке принцесса даже не спросила уже ничего, вот настолько ей стало пофиг.

Я полил свои руки, достав бутыль с королевской Аквилегией из инвентаря и начал разминать её ступни. Кая устроилась рядом с Аишей, положила её головку к себе на колени, наминая ей плечи. Ну не авантюрист принцесса ни капельки, а тут сразу импы, Нашествие, иноземцы, боссы.

Риса и Верлита принялись шарить по карманам вытаскивая разные, заныканные сладости и предлагая их принцессе, но та только лениво отнекивалась.

— Кайфушечки, — простонала Аиша, — тебе Кая такое каждый день достается?

— Не поверишь, ты первая, — не стала скрывать правду лисодевочка, — я бы обиделась, но меня уже задобрили, как там сказал Джерк, — она возвела глазки вверх, — текстильным гимном сладострастия.

Принцесса воззрилась на меня пристальным взглядом. Я торопливо вытащил медальон, повышающий магические статы на три и передал ей.

— Нормальная вещь, — оценила принцесса, — только с моим королевским медальоном власти не оденешь, а он еще на резисты к огню.

Я в общем догадывался. Иначе тут адепты Снуп Дога с килограммами ювелирок на груди расхаживали.

— Может его на браслет переделать, — предложил я, — статы не изменятся?

— Смотря кто будет делать, — рассудительно выдала Аиша, — придумаем что-нибудь. Что там по иноземцам еще?

Мы рассказали ей последние события: я о своих выводах, Кая как ящерицу-переростка обкорнала во славу Шайна. Риса выдавила, что собирала серебро и ничего интересного не было. Верлита жалобно прошептала, что всё проспала.

— Я в ваши годы в дворце сиднем сидела, — ободрила их принцесса, — о таких приключениях даже не мечтала.

К золоту Аиша осталась равнодушна, на свои соточку вяло махнула рукой, сказав, пусть полежат у меня.

— Ха-ха, полежат, — выразил я свое отношение, — я же на них лесопилку построю твоего имени.

— Главное, не бордель, — серьезно отнеслась к сказанному принцесса, а у меня ладони что-то воспылали и принялись за работу с удвоенной страстью.

— Чего мы теперь будем делать? — отвлекла нас Кая.

— Триумфально въедем в город, — предположил я, — ты будешь шептать на ухо Аише «ты всего лишь ученица мастера», дабы она не загордилась несметными толпами крестьян и горожан, с цветами приветствующих принцессу. Аиша будет делать доброе лицо и посылать воздушные поцелуи народу.

— Доброе лицо — это как? — озадаченно спросила она. — и никаких поцелуев не будет. Просто руку подниму в жесте одобрения.

— Вот помнишь, как ты смотрела после того как всех ящеров об скалы размазала цунами? — уточнил я, — мысленно вернись в этот момент и смотри вдаль. А если не хочешь им свой поцелуй транслировать, научу тебя сердечко делать.

Показал ей как устроить сердечко из соединенных пальцев двух рук. Вроде понравилось. Начала хихикая, тренироваться с Каей. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не магичила.

Провели минут тридцать в расслабоне и болтовне, подзарядились. Нервишки, расшатанные стрессом — восстановили и двинулись к мосту. И я, и Кая разведчика из королевской охраны заметили: я по мини-карте всех мемберов дружественного отряда, под своим руководством оказывается вижу, началось это с отсылки гвардейцев к мосту. Кая, само собой, обнаружением его подсветила. Взглядами мы обменялись, она поняла, что я в курсе, промолчала. А мне уже всё равно: ну трогаю я вашу принцессу за ноги, иди поплачь капитану, будешь один окопы рыть туалетные на следующей стоянке. Какая-то усталость от всего навалилась: монстров убей, город отстрой, принцессу спаси и сохрани, от врагов внешних страну убереги. А я может, как та ютубовская девушка из Нижневартовска, на море хочу. Оно вот рядом, но в этом мире его даже потрогать времени нет. В прошлой жизни: хочешь на море — увезут в психушку. В этой, хочешь на море — за тобой придут монстры. А там, на небесах только и говорят, что о море!

Они как-то уловили моё настроение, и Аиша прижалась справа, а Кая слева.

— Ты же больше всех устал, признавайся! — потребовала принцесса.

— Мы сделаем тебе приятное в карете! — посулила Кая.

— Леджендс невер тайд, — пропел я принцессе, а Кае строго сказал, что не стоит молчать всю дорогу, я начну нервничать, проверять их пульс.

— А чего ты спел, — спросила нисколько не обидевшаяся на подколку принцесса, — герои никогда чего?

— Не устают, — сказал я, — сферические герои в вакууме никогда не устают, всегда готовы завалить босса покрупнее и служанку в таверне. Много делают и мало думают, слова отливают в граните. Вообще не похоже на меня. Болтаю с утра до вечера: во сне и с внутренним голосом. Врагов превозмогаю легким движением импульса, да я с ленью больше борюсь чем с ними! Но вот, насчет служанок в таверне я уже задумался…

— Эй! — негодующе воскликнули они хором.

— … Пора бы начать им давать чаевые, — сказал я в их раздосадованные мордашки. — и профсоюз не помешал бы, щиплют их всякие, может им неприятно, когда такое бесплатно?

— А что такое про… — начала любопытствовать Аиша, но мы подошли к мосту, а там уже встречающая делегация выстроилась в три колонны. Крестьяне с цветами, Джиро с каменщиками, Нир с охранниками. Нас увидели и разорались, кто во что горазд. Кто-то славит принцессу, кто-то орет про великий Шайн — разгалделись как чайки у выроненного куска пиццы на пирсе.

— Аиша, сделай что-нибудь со своими подданными уже, — попросил я.

Она им сердечко отрепетированное и показала.

Они на секунду примолкли, а затем с удвоенной силой начали любить свою принцессу воздушным путём. Просто сеанс массового горлового пения какой-то. И как они на таком крохотном кусочке уместились, того и гляди, свалится неудачливый рандомный бедолага из толпы в море.

— Риса, усиление, — попросил я и ласковым голосом принялся общаться с народом. Дескать, всё отныне будет замечательно: враги повержены, новых уже ищут, урожаи будут вдвое благодаря ее высочеству. Но её высочество в борьбе за народное счастье слегка пострадало нежными ушками.

— Вот такой, — я развел руками, показывая, — шар огня её высочество отбило, направленный на наш отряд. Послала волну воды и сбила. Но звук от столкнувшихся заклинаний был столь силен, что громкие звуки принцессе противопоказаны временно. Всех прошу успокоиться и вести себя тише. Всем отойти на сто метров назад, её высочество будет переправляться.

Они словно по волшебству стихли и дисциплинированно ушли с горизонта.

— Уф, — изрек я, отдуваясь, — интересно какая нас ждет встреча в Самуре?

Мы перешли мост, прошли до места, где королевские гвардейцы оставили на попечение крестьян из соседней деревни коней и карету, Аиша еще раз одарила всех сердечком, взгромоздились в карету и дальше всё как в тумане: свалился на коленки помягче, ноги вытянул на коленки пожестче, скрестил руки на груди и превратился во временно недоступного абонента.

Разбудили меня перед самым Самуром. Полчасика здорового сна пошли на пользу, я оживился, потребовал мои сапоги вернуть и коня для въезда организовать. Но не себе, а принцессе — народу нужны зрелища. Хлеб с меня, зрелища с неё, так и объяснил принцессе. Она на удивление была послушной и тихой девочкой: то ли массаж животворящий подействовал, то ли преисполнилась ответственности наконец.

В общем, въехали в Самур с принцессой, а там горожане стоят, ликуют, но шепотом. Джиро взял лошадку, как после выяснилось, проехался до города и мою речь у моста передал: шуметь нельзя, ушки принцессы под угрозой.

Люди радостные: прыгают, флагами машут, шапчонки вверх бросают. Я даже живописца нашего разглядел, Адри Сореда на крепостной стене. Он всё это дело рисовал живенько. Историческое событие!

Аиша улыбается даже скромненько, сердечком светит, народ радуется, а я думы думаю. Завтра надо с големами разобраться, а потом в столицу. Там уже будут разбираться со мной. Попробуют. У меня здесь такое творится, что на расследование моей деятельности времени не хватит. С гродальцами бы порешать. Сам факт обнаружения мощного королевства, не под боком, но сумевшего путь проторить до более отсталого королевства чреват большими напрягами. На этом фоне я красавчик и умница. Правда, если Аиша меня сдаст по деталям, от вопросов: с чего я взял про страшное оружие и почему в нём разбираюсь — не отвертеться. Бумажулечку надо с аркебузой нарисованной отобрать, а потом выложить королю и сказать, что у иноземцов прознал. Купил за тысячу золотых все планы и расклады, окоррупционерил полковника.