Алексей Беркут – Сеятели. Книга 4. Скрижали бытия (страница 4)

Не успели буквально пару месяцев.

Теперь это все было зря.

В уже страшном прошлом.

Тимофей быстро перехватил выглянувшую из угла глаза слезу, так чтобы Семен не заметил.

Нехорошие мысли сверлили его разум. Хотелось просто лечь здесь, на этой подземной стоянке и больше не вставать. Пустота. И без разницы, умереть от истощения или от нападения пришедших бандитов или животных.

Можно было бесконечно просто сидеть и бессмысленно думать, что скоро все наладится. Нет. Уже ничего не будет. Только чувство ответственности и обещание отцу вывело Тимофея из ступора. Ну и тот факт, что Семен дергал его за рукав и громко ныл.

Тим встал, показал младшему знак замолчать, прижатым ко рту пальцем и они пошли обратно на улицу.

Юноша проверил крепления ремней у Семена, дал ему энергетический батончик и даже не взглянув на карту в смарте, поехал по дороге, ведущей прочь от Актобе.

Семен дремал, вокруг стало почти абсолютно темно. На дороге тоже была тишина, ни сзади, ни навстречу уже пару часов Тим не наблюдал машин.

Переживать времени не было, он все пытался понять, что делать дальше.

«Не сдаваться, никогда не сдаваться. Даже если в нокауте, в отключке. Не сдаваться. Пока жив, нельзя сдаваться» – неожиданно вспомнились слова его тренера по боксу.

В какой-то момент он заметил боковым зрением отблеск справа. Почти сразу сбросив скорость, Тим развернул машину и поехал обратно. Увидел небольшой полуразбитый съезд с шоссе он свернул и буквально через двадцать метров оказался у небольшого придорожного кафе и магазина.

Юноша заглушил мотор, проверил спит ли брат. Вылез из машины, аккуратно закрыл дверцу и направился к зданию. Обошел его вокруг, не нашел жилой пристройки, ни огорода, ни собак, ничего, Тим почти беззвучно порадовался, сжав зубы в ухмылке и в кулаки. Потряс ими и направился к двери. Затем увидел несколько садовых тележек ближе к левому углу. Две из них оказались даже не примотаны цепями.

Недолго думая, Тим схватил одну тележку и резко бросил в витрину.

Грохот и звон стекла раскатисто отразился от кирпичных стен и машины, и пошел гулять по степи. Все. Дальше отступать было некуда.

И некогда.

Он схватил вторую двухколесную и более устойчивую тележку, перекинул ее в торговый зал и перешагнув кирпичный бортик сам оказался в полутемном помещении, освещаемом лишь дежурными микросветильниками и беззвучной сигнализацией, отблескивая от хромированных деталей оборудования и стеклянных витрин, они размывали темноту. Глаза быстро привыкли и сориентировавшись среди стеллажей Тим не стал терять время на рассуждения.

Он бегал по заранее продуманному маршруту. Накидал в тележку пару десятков консервов, две упаковки с полуторалитровыми бутылками воды, нашел полку с галетами и скинул почти все себе в тележку, затем сгреб полсотни шоколадных батончиков с орехами и нугой, закинул несколько пачек спиртовых салфеток, две большие упаковки спичек, два баллончика с жидкостью для розжига, по три пакета с сахаром и солью, захватил десяток упаковок с черным перцем, напоследок захватил два набора ножей, упаковку пластиковой посуды, забросил десятка полтора пакетиков лапши быстрого приготовления и несколько упаковок с сухофруктами и орехами.

Глаза парня разбегались, но он понимал, что время поджимает. В любую секунду здесь должны были появиться или группа быстрого реагирования, или владельцы магазина, или просто окрестная шпана.

Тим быстро выкатил тележку на стоянку, заехал за угол здания, где была машина. Начал быстро перегружать все добытое в багажник, без разбору кидая быстро-быстро вещи.

– Ты что ограбил магазин? – воскликнул заспанный Семен, выглядывая из-за переднего сиденья.

– А ты разве хочешь голодать? – нервно и раздраженно ответил Тим, – помолчи, мелкий. Нужно быстро уезжать отсюда.

Перекинув упаковки с водой, Тим поднял уже довольно легкую тележку и вытряхнул остатки запасов в багажник.

Едва он успел сесть за руль, как впереди увидел десяток светящихся бодро дергающихся огоньков. Три пары слева и две справа, со стороны находившейся в нескольких километрах дальше по трассе автостанции к магазинчику быстро приближались несколько машин.

Тим не стал долго думать, завел машину и в полной темноте задним ходом рванул в невидимую степь. Машину кидало из стороны в сторону, подбрасывало с кочки на кочку, скрип и шелестение доносились из багажника, недовольное покряхтывание и стоны со стороны младшего брата.

Только когда фары преследователей превратились в крохотные точки парень развернул машину и начал уходить дальше через степь, изредка поглядывая на карту в смарте и пытаясь сориентироваться относительно основной трассы и ближайших оврагов.

Тим на небольшой скорости вел машину по ухабистой степи взяв еще на пять градусов левее, сжимая руль вспотевшими руками и стараясь не проглядеть ямы и колеи на земле. Его сердце бешено колотилось, а адреналин продолжал бурлить в крови.

В багажнике лежали все добытые запасы, и он знал, что это может стать решающим фактором в их выживании. В салоне царила напряженная тишина, нарушаемая лишь недовольным звуком двигателя и шуршанием ветра. Семен сидел на заднем сиденье, закутавшись в куртку, и смотрел в окно, словно пытаясь запомнить каждую деталь этого ночного безмолвного пейзажа.

Они проехали еще несколько километров, пересекли три проселочные дороги, Тим попетлял на каждой из них, фары машин преследователей все еще были видны вдалеке, но гораздо дальше и правее. Была большая вероятность, что они потеряли их след, но Тим понимал, что каждая минута на счету и не надо расслабляться раньше времени. Он осторожно вел машину, стараясь не сбиться с выбранного курса и не попасть в овраг.

Внезапно на горизонте появились первые признаки рассвета. Небо на востоке начало светлеть, и степь окрасилась в нежные розовые и золотистые тона. Тим почувствовал, как его напряжение немного спадает. Они были далеко от города, и теперь у них был шанс затеряться среди бескрайних просторов.

– Тим, за нами больше никто не гонится? – тихо спросил проснувшийся Семен, нарушая тишину.

– Надеюсь, – ответил Тимофей, не отрывая взгляда от заросшей иссушенной травой степи. – Но лучше быть начеку.

Он включил навигатор на смарте и сверился с картой. Впереди виднелась небольшая заброшенная деревушка. Тим решил, что это их шанс укрыться и передохнуть.

Они медленно подъехали к деревне со стороны длинного песчаного холма, стараясь не привлекать внимания. До ближайших домов оставалось около пятиста метров.

Старший брат выбрался из машины и вскарабкавшись на холм, залег и несколько минут наблюдал за всеми зданиями. Не заметив никакого движения в деревне, он приметил небольшой то ли сарай, то ли амбар за третьим домом слева по улице. Ему понравился заросший невысокой серо-зеленой травой въезд в распахнутые двухстворчатые ворота со стороны неогороженного огорода со следами грядок и двух длинных полуобвалившихся теплиц.

Тим торопливо спустился с холма, на ходу стряхивая песок с джинсовки и штанов и без промедления загнал машину в этот сарай. Он хотел закрыть створки дверей, но едва задел первую, как услышал страшный скрип и понял свою ошибку. Эти звуки могли привлечь посторонних и двери вообще могли сорваться с проржавевших петель и рухнуть, перегородив выезд.

Тим решил просто загнать машину в самую глубь сарая, подальше от солнца и посторонних глаз.

– Отлично, – выдохнул он, вытирая пот со лба. – Теперь можно передохнуть.

Насупившийся Семен вылез из машины и потянулся.

– Есть хочу, – пожаловался он. – Сколько ты еще будешь надо мной издеваться. Все маме расскажу.

– Замолчи мелкий, – прошипел Тим, которого эти слова ударили жестокой реальностью, словно утюг прямо в лоб. И все же он сконцентрировался, выдохнул и ответил Семену уже почти без злости, – Я для тебя и стараюсь. Сначала нужно было убедиться, что нас никто не видел.

Тим осторожно выглянул из сарая, осмотрелся вокруг и, убедившись, что следов машины практически не заметно на траве, и движения вокруг не возникло, повернулся и подошел к машине, достал из багажника несколько пачек галет и воды.

– Держи, – протянул он Семену. – Только не шуми и сиди вон на ящике, в тени.

Семен с жадностью начал есть, а Тим достал из рюкзака бумажную карту и старый компас.

– Нужно определить место выезда на основную трассу и двигаться дальше, – сказал он сам себе, внимательно изучая карту, извилистые речки поблизости и населенные пункты.

Определившись с дальнейшим планом, юноша сложил карту и закинул вместе с компасом обратно в рюкзак.

Тим торопливо достал из рюкзака два ножа и протянул один Семену. Затем засунул рюкзак за ящики в углу сарая.

– Сиди здесь, на рюкзаке за ящиками. В машину не лезь, даже если кто появится или заведет ее. Не высовывайся, жди меня. Если что, защищай себя и кричи! – сказал он серьезно. – Я пойду на разведку. Понял?

– Да, понял, понял, – проворчал встревоженный Семен, – а ты долго?

– Нет, быстро осмотрюсь и вернусь. Молча только сиди, чтобы никто не услышал.

Тим вышел из сарая и направился к дальней окраине деревни. Он осторожно пробирался между домами, стараясь проползать под окнами и подальше от дверей, не оставлять следов, ступая только на проплешины из пожухлой, измученной солнцем травы. Вскоре он оказался на дальней окраине, где начиналась иссушенная бескрайняя степь.