Алексей Белый – Черный Копатель. Начало (страница 4)

Мы проговорили почти всю ночь, а когда расходились спать, он все равно напомнил, что хоть мы и не заказали металлоискатель, он скинет мне пару ссылок, а я выберу, что мне по деньгам удобнее будет. И договорились, что на следующие выходные встречаемся и едем в лес. Может, даже с ночевкой, но это уже ближе к пятнице определимся.

Глава 2

Приходя в гости к бабушке, я помню, как она часто рассказывала мне разные интересные истории. Я тогда маленький совсем был, но помню все это как сейчас. Тогда мне казалось все полусказкой, да и сложно было ребенку такое осознать. Сейчас же понимаю, насколько бабушка была далека от сказки, и что это все про наш род и наших предков она рассказывала.

А чаще всего её истории были о том, что мы, наша семья по линии отца, является потомками какого-то богатого помещика, или, как она часто говорила, пан. В то время, а это еще при союзе, и обсуждать такие темы можно было только шепотом, а лучше вообще помалкивать.

По ее рассказам, этот наш предок владел огромным богатством. У него был большой дом, где жила и вся семья, и прислуга, которая работала в доме. И было много земли. И даже свой лес, большой и густой.

Я прекрасно помню, как она, однажды, когда мы собирали грибы в лесу, сказала, что весь этот лес раньше был наш, точнее, нашего предка. Она даже показала рукой, что начинался он от поселка, и до, примерно, речки, которая сейчас превратилась просто в маленькое болотце. Неслабый такой участок по меркам любого времени.

Помню, как я восхищенно бегал по лесу, и спрашивал её, наш ли он сейчас. Она как-то грустно и уклончиво объясняла, что уже много поколений не наш. Что его давно забрало какое-то государство. Помню тогда, как я его возненавидел, за что, что они просто отобрали собственность нашего предка.

Забыл его фамилию. Хоть убей, не помню. Нужно будет спросить у мамы, может, она что вспомнит. Отца уже давно нет, а он бы точно знал. Он все это тоже знал, и очень детально, но предпочитал помалкивать, и меня просил меньше распространяться. Тогда я не мог понять почему, а сейчас понимаю, что он был членом партии, для которого такое родство уже было преступлением.

Когда я первый раз спросил его о том, правда ли, что в нашем роду был богатый родственник, то отец закрыл мне рот рукой и сказа, что да, это правда. Но я больше нигде и никогда не должен об этом вспоминать, а тем более, кому-либо говорить. И вообще, лучше забыть об этом, пока мы живем в этой стране.

Я помню, как постоянно расспрашивал бабушку про этого нашего далекого предка, потому что она не боялась говорить и рассказывать. Просил снова и снова рассказать про его дом, про все, что у него было, как он жил, чем занимался. Бабушка говорила, что имея такие огромные земли, как были у него, нужно было заботиться только об одном, чтобы вовремя собирать дань за землю. Еще помню, как она рассказывала, что к нему в гости всякие гости важные приезжали, здесь охоту им устраивали, а потом пиры да гулянья.

Вспомнил, и когда мы ходили с ней по лесу, она часто говорила, что вон там-то и там-то были у нашего помещика охотничьи дома. А там лесник его жил. Интересно, найду ли я места эти сейчас? Там ведь сто процентов что-то можно будет найти.

Но самая яркая история, которая меня просто заворожила, была про спрятанные нашим богатым предком сокровища. Тогда я все равно воспринимал это все, почти как сказку. В той стране искать сокровища, равно как и владеть ими, было невозможно. Мне так внушали, переводя все на сказочный лад, и я тогда верил. Но сейчас понимаю, что бабушка не просто так рассказывала все это. Она, пусть даже в таком завуалированном виде, хотела, чтобы память осталась. И может быть, я смогу понять это, и что-то найти, улучшив, таким образом, жизнь и себе, и будущим поколениям нашей семьи.

– Зачем он их спрятал? – как-то спросил я бабушку.

– Да кто же его знает, – ответила она мне грустно. – Но то, что спрятал, это точно. В нашей семье из уст в уста передавалась эта информация. Говорили, что там был сундук, наполненный монетами, украшениями, драгоценными камнями. Не знаю, какой этот сундук был, но спрятал он его на территории своего имения, и это точно.

– А где это имение сейчас? – Спросил я, наивно надеясь, что оно еще сохранилось.

– Осталось только место, где оно было. Я тебе обязательно покажу, но ты должен пообещать мне, что будешь держать все, что я тебе рассказываю в секрете. Это наша семейная тайна, семейная легенда, и если кому и получится эти богатства найти, я бы хотела, чтобы это был член нашей семьи.

– Обещаю, бабушка, – горячо заверил я её. И помню, что в тот момент я твердо решил эти сокровища найти. Детская наивность, вперемешку с геройством и верой в призрачную удачу.

С бабушкой мы часто гуляли вдвоем, а в это время она мне рассказывала много всего интересного как о нашем городке, так и о предках. И эти истории она любила больше всего. И вот однажды, когда мы забрели на самую окраину нашего маленького городка, где было лишь пару брошенных полуразвалившихся старых домов, она взяла меня за руку и сказала:

– Не кричи, и пожалуйста, не показывай пальцами. Веди себя, как ни в чем не бывало, если хочешь, чтобы я показала тебе что-то важное, интересное и очень секретное. – И она приложила палец к своим губам, показывая, чтобы я молчал.

Конечно, мне хотелось это услышать, и я поклялся, что буду тише воды, и ниже травы.

И пройдя по улице с этими заброшенные домами, мы пошли дальше. Через буквально сотню метров дорога уходила в лес, но все равно было еще несколько домов, которые стояли по разным сторонам дороги. Они тоже были давно заброшены, а на некоторых участках остался лишь фундамент с кучей мусора. Я тогда не мог понять, как это жить здесь, в лесу. Это же страшно и одиноко. Хотя, я забыл одну вещь – когда там жили люди, лесу еще не было, а домов было намного больше. Говорили, что городку нашему лет четыреста, а, значит, многое здесь было по-другому. И лесов не было, и людей много жило, и деревья росли другие.

Мне казалось, что шли мы очень долго, хотя на самом деле, так всего пару километров дороги. И вышли на заросшую травой огромную поляну. Вокруг со всех сторон был большой и старый лес, а на поляне лишь трава. Дорога вела как бы к центру этой поляны.

– Вот здесь, по всем семейным преданиям, и жил наш богатый предок. Сейчас, как видишь, от дома лишь куски фундамента остались, да пару стен почти развалившихся. Дом и остатки ограды мой отец и мама еще видели. Но когда пришли большевики к власти, они разрушили все почти до основания.

– А кто такие большевики и зачем они уничтожили дом?

– Большевики… Ты только не повторяй это нигде, пожалуйста, мало ли что. А вот мне бояться уже поздно. Большевики, это самые страшные бандиты. Они убивали людей и разрушали все, что было создано до этого многими поколениями. Сами при этом ничего не создавая. Культурные ценности и религия для них были пустым словом, а история, говорили они, будет написана нами, а другой нам не нужно. Поэтому все и уничтожали, что не вписывалось в их каноны.

Мне еще мой отец рассказывал, что кто-то донес этой новой большевистской власти о том, что здесь пан богатый жил. Они весь дом вверх дном перевернули, но ничего ценного не нашли, и от злости они сначала подожгли его, а потом развалили то, что не смог уничтожить огонь. Вот, пару стен только осталось, да фундамент.

Потом и к нам с обысками приходили, так как и о нашем родстве донесли тоже. Доброжелателей и завистников всегда хватает. Благо, кто-то из местных тогда вступился, сказал, что это давным-давно было, что знают нас, и никакими богатствами мы не обладаем. Не куркули, вообщем.

– Это получается, что сокровища спрятаны где-то здесь, правильно? – Спросил я, ведь бабушка сказала, что на территории где-то.

– Получается, что да. Но может, их уже и нашел кто-то и до большевиков. Говорили, что он их и закопал, и в доме спрятал. Точно уже никто не скажет, стерлось из памяти, напутал, может кто-то. В любом случае, дома уже нет, а значит, остается только в земле искать. Отец твой, хоть и боялся партии как огня, а сам тоже полжизни искал панские сокровища. Было время, когда он чуть не помешался на них, пить начал. Потом образумился, успокоился, но искать не прекращал. Просто никто и никогда не видел, как и когда он это делал. Я вообще думаю, что он лишь по ночам ходил по этим местам.

– Вот там, видишь, – бабушка показала в сторону самых ближайших от этого места домов, жили управляющие его землями. Он и там искал. И в лесу тоже, ведь домики, и для проживания и для наездов, у нашего родственника были раскиданы повсюду.

Я попросил её не спешить домой, а сам тогда долго бродил по поляне, где пан жил. Представлял, как здесь стоял огромный дом, ходили нарядно одетые люди. Как этот наш родственник важно сидел в кресле в своем кабинете, обсуждая деловые вопросы с пришедшими к нему. Как они обедали за большим, красиво накрытым столом, и наш предок восседал во главе стола. Я видел такую картинку в какой-то книжке.

– Я их обязательно найду, – твердо заявил я в тот день бабушке. Она тогда так внимательно посмотрела на меня. И даже, как я сейчас вспоминаю, с надеждой.

– А я буду молиться, чтобы у тебя получилось. – Ответила бабушка. Вопреки общепринятым нормам того времени про богатых и богатство, она действительно хотела, чтобы я кто-то из нашей семьи нашел эти сокровища. И чтобы они послужили во благо нашей семьи.