Алексей Баев – Грехи и погрешности (страница 31)
Нарисованный деградантом.
Художником…
Да… Ноябрь не располагает к хорошему настроению.
Ыги
– Ты понимаешь, какая штука, дочь… – Владислав Андреевич вдруг умолк и обхватил пальцами подбородок. – Нет. Ты мне не поверишь… Ладно, проехали. Он опёрся кулаком о ступеньку крыльца и, шумно выдохнув, поднялся на ноги. – Иди-к лучше чайник поставь. Пополдничаем. У меня и трубочки есть твои любимые. Со сливочным кремом. Не откажешься, надеюсь?
Вера, не сделав даже попытки исполнить просьбу отца, решительно потребовала:
– Па! Заикнулся – рассказывай. А уж верить или нет, буду решать сама, хорошо? В тридцать-то лет я могу себе это позволить? Или… или боишься, что я засомневаюсь в твоей адекватности?
– Да ничего я не боюсь, – проворчав, отмахнулся мужчина. – Просто, Верочка…
– Что – просто?
– Ничего. Пойдём в дом. Отчего-то ветер сегодня слишком холодный. Штормить, наверное, будет…
Со стороны это выглядело забавно. Худенький мальчуган в синеньких плавках бегал туда-сюда, словно заведённый, по белоснежному песку, при этом активно жестикулировал, покрикивая что-то типа: «Ыги! Ыги!». В море, метрах в десяти от береговой линии плескался дельфин. Он менял направления заплыва вслед за разворотами мальчишки. Иногда выскакивал из воды и крутил эффектные сальто.
– Ыги! – восторгался пацан, от души хлопая в ладоши.
– Крр-иии! – радостно отвечал ему дельфин, чтоб тут же скрыться с глаз и вынырнуть в совсем уж неожиданном месте.
Да, забавно.
Владислав Андреевич в полной мере насладился бы этим бесплатным цирком, кабы не мрачные мысли… Что делать?! Что можно сделать, когда уже всё – всё! – перепробовано. И ничего не помогает…
Сколько минут пожилой человек просидел так, практически ничего не видя и не слыша, не мог бы сказать, наверное, он и сам. Очнулся, когда почувствовал, что кто-то легонько тронул его за плечо.
– Эй, вы чего?
Подняв голову, Владислав Андреевич увидел перед собой молодую худенькую женщину в лёгком ситцевом сарафане. Она протягивала ему маленькую серебристую рыбёшку с сиреневыми хвостиком и плавничками. Рядом, переминаясь с ноги на ногу, беззастенчиво улыбался давешний малолетний дрессировщик.
– Я? – пожал плечами мужчина. – Да так, задумался… Интересная у вас рыбка. Который год здесь живу, таких ни разу видеть не приходилось. Как она называется?
– Понятия не имею, – пожала плечами женщина. – Её Славка вам принёс. Сказал, что поможет.
– Спасибо, Славка, – Владислав Андреевич в одну ладошку принял дар, другой потрепал мальчугана по вихрам. – Слушай, парень, а чему она должна помочь?
Мальчишка, резко присев, ушёл из-под руки мужчины, отвернулся к морю и громко закричал:
– Ыги, Ыгииии!
Через секунду из воды показалась чёрная блестящая голова. Славка начал отчаянно жестикулировать. Дельфин несколько раз пронзительно вскрикнул и вновь скрылся из виду. В ту же секунду мальчуган повернулся к женщине, легонько толкнул, чтоб привлечь внимание, и когда та оторвала взгляд от моря, молча отжестикулировал теперь ей. Женщина кивнула.
– Славка говорит… – обратилась она к Владиславу Андреевичу.
– Что Славка делает? – изумился тот. – Он… он у вас что? Глухонемой? Ох, беда. Моя жена – сурдопедагог, всю жизнь с такими ребятишками работает… Работала. Искренне вам…
Пожилой человек, наконец, поднялся со скамеечки, не зная, как выразить своё сочувствие. Ещё эта нелепая рыба в руке…
– Не стоит! – отмахнулась женщина и открыто улыбнулась. – Мы с сыном прекрасно друг дружку понимаем. – Правда, Славка?
Мальчишка кивнул и снова заулыбался, обнажив крупные белые зубы.
– Ладно, беги, играйся, – вновь заговорила женщина. Она легонько шлёпнула пацана по заду и, когда тот унёсся, обращалась уже к мужчине. – Так вот, про рыбку. Славка сказал, что она поможет справиться с болезнью. Только её нельзя ни жарить, ни варить. Надо есть сырой. Ежедневно. Вы, если хотите, чтоб ваш близкий человек выздоровел, должны приходить сюда каждое утро. Ыги вам будет приносить, а Славка передавать. Во всяком случае, так Ыги говорит.
– Простите, кто говорит? – Владислав Андреевич наморщил лоб.
То, что он сейчас услышал, решительно не укладывалось у него в голове.
– Дельфин, – пожала плечами женщина. – Ыги. Так его сын зовёт. Вы ж сами всё видели. Нет?
– Но… – мужчина вновь уселся. Почему-то ноги отказывались держать.
– Да я и сама толком не понимаю, как это происходит, – проговорила женщина, устроившись рядышком. – И решила, что всё знать мне вовсе не обязательно. Просто вижу, как они общаются. Невероятно, но Ыги прекрасно понимает сурдо-язык, а Славка слышит его речь. Но не ушами, этого б он сделать не смог при всём желании, сами понимаете, а непосредственно мозгом… Удивительные создания эти дельфины, не правда ли?
– Удивительные… – задумчиво произнёс Владислав Андреевич. – Да уж… Но как? Как он узнал о том, что у меня серьёзно болен близкий человек?
– Этого я тоже не знаю, – ответила женщина. – А вы здешний, да?
– Да, теперь здешний. Пять лет уже. С гаком, – произнёс мужчина. – Вышли с супругой на пенсию, продали квартирку в Краснодаре и купили тут, в деревушке, небольшой домик. Дети выросли, своим жильём давно обзавелись… Здесь хорошо, правда?
– Очень, – согласилась женщина. – Я даже представить не могла себе, как. Мы из Сыктывкара, здесь у родственников мужа живём. Вот, в первый раз на море решили выбраться. И сразу на всё лето… Я, кстати, Лена. А вы?
– Очень приятно, Лена. Владислав Андреевич.
– И мне очень приятно.
Несколько минут сидели молча. С интересом смотрели, как играют неугомонные Славка с Ыги. Первой заговорила Лена.
– Вы б, Владислав Андреич, попробовали… – и тут же смутилась.
– А-а, рыбку-то? – повернулся к ней мужчина. – Думаете, поможет?
– Думаю, да. Поможет, – серьёзно ответила Лена. – А кто у вас болен, если не секрет?
– Какой уж тут секрет?! Супруга, – вздохнув, ответил Владислав Андреевич. – Меня-то почти не узнаёт уже. Четвёртый год пошёл… Альцгеймер. Слыхали?
– Это та, которая сурдопедагог? Жуть какая, – поёжилась женщина.
– Точно, жуть, – согласился мужчина. – Все средства перепробовали. И никаких результатов. Только хуже становится.
– Не все.
– А? Ну да, – невесело улыбнувшись, Владислав Андреевич посмотрел на рыбёшку в собственной ладони. – Не все… Ладно, Лен, пойду я. Чем чёрт не шутит, правда?
– Идите, Владислав Андреевич, – женщина поднялась с лавочки. – Отчего-то мне кажется, что всё получится. А завтра приходите. Обязательно. Славка вас с Ыги познакомит. Хотите?
– Очень, – улыбнулся на прощание мужчина. – Счастливо вам, Лена. И спасибо. Большое…
Он приходил на берег каждый день часов в одиннадцать. Когда не было погоды, и Славка сидел дома – в шторм Лена сына на улицу не пускала – сам становился у кромки воды и кричал: «Ыги! Ыги!». И дельфин неизменно появлялся. Смотрел на Владислава Андреевича – идентифицировал. А потом уходил под воду и возвращался через несколько минут с маленькой чудесной рыбкой, осторожно зажатой в зубах.
Как и обещала Лена, Славка их – мужчину и дельфина – познакомил на следующий же день. Правда, пришлось лезть в совсем ещё не парно́е июньское море. Ыги тогда весело ткнулся клювом прямо в грудь Владислава Андреевича, чуть не утопив того на мелководье. Но всё равно было смешно. И ни капельки не обидно.
Покормив супругу с ложечки, помыв и дождавшись, когда та уснёт, Владислав Андреевич частенько возвращался на берег. Маленький тихий пляж в крохотной бухточке манил теперь не только пейзажами и свежим морским бризом. Там был Ыги. И Славка.
Однажды, – произошло это недели через три или четыре после знакомства, – мужчина поймал себя на мысли, что прекрасно понимает пацана без всяких слов. И не просто понимает, а говорит с ним. На языке жестов. Да, немножко неуклюже, но почти без ошибок. И, самое удивительное, осознав этот факт, он понял, что слышит Ыги. Не придумывает себе невесть что, а слышит по-настоящему…
– Ну, как там, поправляется твоя Маша? Помогают ей мои рыбки?
Владислав Андреевич поднялся с песка, на котором они со Славкой строили высоченный замок, повернулся к воде и, прищурившись от яркого солнца, отжестикулировал:
«Удивляться – но – да. Она – прекратить – ходить – себя – под. Вчера – смотреть – на – я. Я – понимать – она – узнать – я. Пока – имя – я – не – назвать».
«Ничего, назовёт и по имени, – пронёсся в голове ответ Ыги. – Нужно время»…
Заканчивалось лето. Самое удивительное лето в жизни Владислава Андреевича.
Было немножко грустно – Славик с Леной готовились к отъезду. Он вызвался отвезти их в Новороссийск на своей машине.
– Я заеду за вами в три. Думаю, пары часов нам хватит, чтоб добраться до вокзала.
– Тут дороги-то всего ничего. Полсотни километров, если не меньше, – улыбнулась Лена. Впрочем, согласилась. – Но, пожалуй, да, Владислав Андреич. Вы правы, лучше заранее. Мало ли, на дорогах могут быть заторы.
Они шли с пляжа по утоптанной дорожке. Славка бежал впереди. С Ыги он уже распрощался. Даже бесшумно поплакал. Но, как известно, детские слёзы сохнут быстро…