Алексей Аржанов – Придворный медик. Том 5 (страница 41)

Есть только один вариант — осознанно пойти прямиком в его ловушку.

— У тебя мой дядя? — изобразил удивление я. — Вот так сюрприз! Ты уж прости, я совсем забыл, что хотел тебя с ним познакомить. Совсем заработался. Хорошо, что ты предупредила, а то я бы к вам вообще не пришёл.

— Давай скорее! Мы тебя ждём. В магазин можешь не заходить. Всё, что нужно, я уже приготовила.

— Да, Павел, ты уж поспеши! — издалека послышался весёлый голос моего дяди. — Нигде не задерживайся. А то я тебя знаю! Заболтаешься с коллегами или другими дворянами и всё — пиши пропало. Тебя уже не дождёшься.

Я положил трубку. Его посыл мне был предельно ясен. Ушаков намекнул, чтобы я никому не рассказывал, где он сейчас находится. Вовремя же он сделал следующий шаг. Я только что обсудил сложившуюся ситуацию с императором. Уже завтра на Ушакова начнётся такая охота, что ему придётся навсегда бежать из Российской Империи. Бежать или сдаваться.

Но недооценивать своего противника нельзя. Николай Антонович оказался самым хитрым игроком из всех, кто плёл интриги вокруг меня и моей семьи.

И он продолжает это делать.

Остаётся лишь один выход. Идти в квартиру Дарьи и решать вопрос в одиночку. У меня достаточно сил, чтобы ему противостоять. Правда, есть два отягчающих обстоятельства.

У него очень много артефактов. Я знаю свойства лишь нескольких. Остальные для меня — загадка. Козырями Ушаков забил оба рукава.

Так плюс ко всему рядом будет Зорина. Трудно концентрироваться на схватке, когда постоянно приходится кого-то защищать. Уверен, Ушаков сделает всё, чтобы использовать Дарью как живой щит.

Хорошо ещё, что Кирилл находится во дворце. Как же всё-таки повезло, что я не позволил ему выходить в школу раньше времени. Во дворец Ушаков никогда не проникнет. Там мой младший брат в полной безопасности.

Но Дарья, в отличие от нас с Кириллом, живёт не во дворце. Её покои находятся в жилых комплексах на территории императорского двора. А во двор, как показала практика, проникнуть не так уж и трудно — всё из-за идиотов, которые подвергли хаосу всю структуру службы безопасности.

Все обстоятельства для Ушакова сложились просто идеально. Одно не могу понять… Откуда этот ублюдок узнал про Дарью? Я никогда не рассказывал ему о своих отношениях. Вообще старался не делиться с этим человеком ничем личным. У него был доступ только к исследованию моих магических каналов. И больше ни к чему.

Я прошёл через весь императорский двор. Остановился у входа в подъезд Зориной. И сходу почувствовал, что наверху что-то не так. «Массовый анализ» не дал никаких результатов. Будто квартира Дарьи была покрыта каким-то куполом. Спрятана от моего взора.

Он всё продумал. Ушакову ведь известно, какими силами я владею. Большую часть моих навыков он мог хорошо изучить через мана-канальный томограф. Однако он не знает, какие улучшения я получил совсем недавно.

К примеру, о том, что я полноценно освоил «магический анализ», он точно не знает. Да чего уж тут говорить? Я и сам не в курсе, какую силу дала мне последняя открытая дверь, с которой мне помог Александр Кацуров. Эта сила себя до сих пор не проявила.

Я поднялся к квартире Зориной. Постучался в дверь. Старался действовать спокойно, не показывать Ушакову свою враждебность. Будет лучше, если он подумает, что я действительно готов играть по его правилам.

Однако дверь никто не открыл. А вот это уже нехорошо. Значит, что-то изменилось. Возможно, Даша сама догадалась, что с моим дядей не всё так чисто.

Усиление слуха мне тут тоже не поможет. Квартира не пропускает никакую магию. И это проблема. Так бы я мог подслушать, что происходит внутри. Узнать, с чем мне придётся столкнуться ещё до того, как я войду в квартиру.

Благо у меня есть ключи от квартиры Дарьи. Она дала мне их на всякий случай. Вот теперь-то они мне и пригодятся.

Однако повернуть ключ я не смог. Потому что дверь и вовсе не была заперта. И это настораживает.

Я прошёл внутрь, пересёк тот невидимый барьер, который не пропускал внутрь магическую энергию. Сразу же проверил, не отрезало ли мне доступ к магии.

Нет, она при мне. Просто теперь, наоборот, моя сила не распространяется за пределы этой квартиры.

Выглядит всё это так, будто я и вправду добровольно ступаю в тщательно подготовленную для меня ловушку.

Однако теперь мой «массовый анализ» работал прекрасно. И я не почувствовал присутствия живых людей в квартире. Тут пусто…

Я прошёл на кухню, обнаружил накрытый стол, две чашки с уже остывшим чаем и записку. Знакомый почерк. Это сообщение писал сам Ушаков. Я много раз видел, как он заполняет документацию. Кроме того, «молекулярный анализ» подтверждает, что на бумаге есть следы его жизненной энергии.

Да с моими способностями можно в следственном отделе работать. Кого угодно смогу вычислить, даже отпечатки снимать не надо.

Я поднял лист бумаги, пробежался глазами по сообщению Николая Антоновича.

«Прости меня, племянник. Очень неловко вышло. У нас с твоей подругой изменились планы, поэтому пришлось разминуться. Как прочтёшь, выдвигайся к музею, в которым ты однажды встретился со своим учителем. Думаю, ты догадываешься, о каком месте я говорю. И ни в коем случае никому не сообщай, куда ты идёшь. Я слежу за тобой. Даже сейчас. Если хотя бы одна живая душа узнает, где я нахожусь, твоя Дарья сразу же умрёт. И поверь мне на слово, один мой артефакт может сделать так, чтобы она страдала перед смертью. У тебя один час».

Вот ведь сволочь… Прикрывается Зориной и выманивает меня за пределы императорского двора. Пытается отвести подальше — туда, где нас никто не увидит.

Музей… Дом, в котором жил Александр Кацуров. Я был там со своей медсестрой. И случайно наткнулся на Валерия Бражникова.

Откуда он всё это знает? Неужели он следил за мной уже тогда?

Погодите-ка… Но ведь в тот момент я ещё даже не начал посещать орден лекарей. Мы с Ушаковым ещё не познакомились. Получается, что он следит за мной уже очень давно. Возможно, с тех самых пор, как погибли наши с Кириллом родители.

Непонятно только, что он подразумевает под фразой «я слежу за тобой даже сейчас». Откуда у него такая возможность? Не может же он быть везде и сразу. Возможно, один из артефактов даёт ему такую силу…

Либо он просто блефует. В любом случае рисковать Дашей я не могу. Да и чьё-либо подкрепление мне не поможет. Если я не справлюсь с Ушаковым, то с ним не справится никто.

Перед тем как отправиться к месту встречи, я внимательно осмотрел квартиру Зориной. Время у меня ещё есть. Лучше разведать обстановку и приготовиться к встрече с Ушаковым.

И задержался я не зря. Мне удалось найти небольшую металлическую сферу, которую дядя спрятал под обеденным столом. Именно она была причиной возникновения магической блокировки.

Я решил немного поэкспериментировать. Проверил, могу ли я отключить этот артефакт своей новой способностью. Но как только ощутил, что моя мана утекает в никуда, сразу же раздавил сферу, крепко сжав её в ладони.

Значит, уничтожить артефакт можно только физическим путём. Магия тут бесполезна.

Я бросил взгляд на стол. Заметил, что на нём и вправду лежит альбом с фотографиями семьи моего предшественника. Вот засранец… Он ведь никогда особо не был близок с Булгаковыми. Откуда у него мог взяться этот альбом?

Скорее всего, стащил. Такие люди, как он, заранее прикидывают, что им может пригодиться в будущем для шантажа или других махинаций.

Добираясь до музея Кацурова, я старался продумать хоть какой-то план. Пока что у меня есть всего два варианта как быстро закончить противостояние с Ушаковым. Первый — убить его повреждающей лекарской магией сразу же, как только мы встретимся. Создать аневризму в его головном мозге и заставить её взорваться. Самый быстрый способ положить конец этой битве и спасти Зорину.

Но есть один нюанс. Если Ушаков заранее активирует антимагический артефакт, то я ничего не смогу с ним сделать. И он тут же убьёт Дарью, как и обещал.

Значит, остаётся последний способ…

Посмотрим, получился ли у меня им воспользоваться.

Прибыв в музей Кацурова, я отметил, что во всём здании выключен свет. Едва заметное свечение было лишь в одной комнате. Но свет с трудом пробивался через плотные занавески. Должно быть, Ушаков ждёт меня там.

Точно… А ведь, если мне память не изменяет, сегодня музей не работает. Интересно, каким образом этот ублюдок смог проникнуть внутрь?

Ответ не заставил себя долго ждать. В фойе я нашёл тело охранника. Спасать его было уже поздно. Кожа иссохла, тело сжалось. Будто из него всю жизнь высосали.

То же самое Ушаковы попытался сделать с Бражниковым. Чудо, что старик вообще смог пережить такую атаку.

— Проходи, Павел. Не стесняйся, — позвал меня Николай Антонович, когда я подошёл к кабинету, в котором некогда работал Александр Кацуров.

Дядя ждал меня внутри. И Дарья тоже. Она сидела на стуле, совсем не двигалась. Смотрела в одну точку, будто её заморозили. Я даже не сразу понял, что передо мной Зорина. В таком состоянии она больше походила на выставочный манекен.

— Что ты с ней сделал? — процедил я.

— Ничего необратимого, — улыбнулся Ушаков. — Всего лишь потратил на неё свой единственный кристалл подчинения. Она у тебя слишком уж дерзкая. Никак не могла успокоиться. За пределы императорского двора вывести её было нетрудно. Она слушалась меня и без магии, хотя уже начала понимать, что на самом деле я использую её как приманку. Но потом ей стукнуло в голову выцарапать мне глаза. Пришлось утихомирить.