Алексей Аржанов – Придворный медик. Том 5 (страница 4)

— Да-да. Если женщина не пытается тебя зарезать или застрелить, — ответил Кирилл.

Наизусть выучил наш кодекс.

Пришлось ему уточнить этот момент, потому что из гильдии убийц по наши души запросто могла явиться женщина. И если бы в этой ситуации Кирилл сплоховал из-за своих принципов — мы бы могли проиграть эту войну.

— Мне когда паспорт оформляли, сказали, что я теперь смогу ходить в школу. Причём прямо здесь! — Кирилл светился от счастья. Давно я его таким не видел.

— Да, в императорском дворе чего только нет, — ответил я. — И больница, и школа. Даже небольшой детский сад имеется.

Всё для удобства проживающих здесь дворян. Родителям трудно контролировать поездки своих детей в другие районы Санкт-Петербурга. Плюс ко всему, для многих это может быть опасно. У всех есть свои враги. Почему бы не похитить ребёнка прямо перед школой? Легко!

Потому самая престижная школа столицы находится именно здесь — на территории императорского дворца. Она небольшая. В каждом классе там не больше пяти человек. Обучение во многом индивидуальное. У каждого свой план.

Причём я отметил очень большой плюс. В этой школе девочки и мальчики учатся отдельно друг от друга. И учителя тоже делятся по полу. Это одно из лучших достоинств системы образования Российской Империи.

Многие детские психологи считают, что именно так и должно проходить обучение. Над мальчиками шефствует мужчина, над девочками женщина. Конкуренция между полами лишь мешает учебному процессу.

В моём мире эту теорию так и не реализовали. Она исчезла вместе с Российской Империей. Но лично я считаю, что это разрушать не стоило.

Настоящий учитель может стать вторым отцом для мальчика. Наставником. Разве может женщина-учитель воспитать защитника Родины? Может ли мужчина-учитель обучить девочку, как стать хранительницей очага?

Может, кто-то со мной поспорит, но я в этом очень сильно сомневаюсь.

Здесь Кирилл получит хорошее образование. В этом я уверен.

— Учти, братишка, тебе будет трудно адаптироваться, — напомнил я. — Ты ведь пропустил больше месяца обучения.

— Я уже в одиночку смог нагнать всю программу! — заявил Кирилл.

— И всё же здесь программа другая. Завтра ты впервые посетишь местную школу. Постарайся найти общий язык со своими наставниками. И со сверстниками тоже. Если будут проблемы — говори мне. Обсудим.

— Можешь на меня положиться, Паш. Не подведу! — улыбнулся Кирилл.

Что ж, вроде я не так уж и плохо справляюсь. Детей у меня в прошлой жизни никогда не было. И младшего брата тоже. В целом, Кирилл мне в сыновья годится, если говорить о возрасте моей души.

Но… Отношусь к нему я именно как к брату. Наверное, потому что поначалу сам был во многом от него зависим. Он стал моим ключом к адаптации в новом мире. Так что я считаю его равным себе. Просто не таким опытным, как я.

Всё воскресенье в императорском дворе шли разборки. Во время вечерней прогулки я увидел Аристарха Биркина. Он шёл в свой дознавательный корпус. Видимо, нейролекари решили его выписать на этих выходных.

Хотя Биркин в принципе уже давно был готов к выписке. Просто симулировал симптомы, чтобы подольше побыть с Владыкиным. Он не мог упустить возможность помучить психолекаря напоследок.

Теперь Владыкина в императорской клинике нет. Значит, и Биркину нет смысла там оставаться.

Но, чёрт меня раздери, эта улыбка… С какой же радостью он бежал к себе на работу. Константин Романов, Громов, Мельников и прочие их приспешники сегодня очень сильно пожалеют, что пошли против Империи.

Не могу сказать, что мне нравятся садистские методики Биркина, но какая-то часть меня даже радуется, что эти подонки наконец-то получат по заслугам.

Количество моих врагом значительно сократилось.

Но те, что остались, резко обрели слишком много власти.

Владимир Коршунов теперь контролирует охрану всего императорского двора. Захарьин хоть и находится в заточении, но вскоре его выпустят. В этом я уверен. А теперь он главный лекарь. Мой непосредственный начальник. И это — очень большая проблема.

Но всё это меркнет на фоне онколекаря. Аскольд Платонов для меня даже хуже Биркина. Аристарх Иванович получает удовольствие от пыток людей. Но в основном он мучает только провинившихся заключённых.

Платонов же подвергает страданиями невинных. Больных людей. Нет… Этих слов не хватит, чтобы описать всю ситуацию. Он мучает онкобольных пациентов, чтобы создать новый препарат.

И это делает его самым отвратительным человеком из всех, кого я когда-либо знал. Кто такой Константин Романов в сравнении с ним? Просто жадная завистливая сволочь, которая решила предать Родину и занять трон.

Но есть вещи и похуже этого. Издевательство над неизлечимо больными пациентами. И теперь среди этих пациентов числится Андрей Преображенский. Бывший главный лекарь. Хороший человек.

В то же время из-за действий Коршунова осуждён Игорь Бондарев. Ещё один порядочный мужчина.

Вот им-то мне и нужно помочь. Я не обязан этого делать, но всё же игнорировать несправедливость не могу. Кем я буду, если закрою глаза на этот кошмар? Врач? Лекарь? Нет, пустое место.

Не стану отступать от своих принципов. Убийцы моей семьи уже получили по заслугам. Следующие на очереди Платонов и Коршунов.

Но первым делом нужно решить проблему с ключом.

В понедельник я пришёл на работу раньше всех. Сразу же залез в медицинскую информационную систему. Отчества помощника повара я не знал, но вычислить его не составило труда.

Феоктистов Демьян Валерьевич. Тридцать лет.

Семейный статус…

Стоп. А это что ещё такое?

В медицинской системе у многих пациентов было указано генеалогическое древо, чтобы врачи могли узнать анамнез не только самого больного, но и его родственников.

И там я нашёл неожиданную связь.

Младший помощник повара приходится братом лекарю, что работает вместе со мной.

Какое интересное совпадение… Кажется, пора кое с кем об этом переговорить.

Глава 3

Генеалогическое древо помощника повара было указано лишь частично. Но ничего подозрительного в этом нет. У людей в Российской Империи не такой обязанности — предоставлять всю информацию о себе медицинским учреждениям.

Тем более некоторые древа намеренно скрывают другие организации. Сам орден лекарей, канцелярии, военные, тайные службы и другие сообщества, которые отчитываются напрямую перед верхушкой Российской Империи.

Главное, что я смог найти сестру Демьяна Феоктистова.

И кто бы мог подумать, что ей окажется женщина, с которой я прямо сейчас состою в отношениях. Дарья Валерьевна Зорина. Странно, правда, что фамилии у них разные. Может, Дарья уже была замужем, но умолчала об этом? Сомневаюсь. Учитывая, сколько лет она училась, времени на создание отношений у неё точно не было.

Что ж, вот этим я и займусь в следующий перерыв. Поговорю с Дашей на эту тему. Вряд ли она станет скрывать от меня существование своего брата. Но… Может поинтересоваться, зачем мне это знать. Нет. Точно поинтересуется.

Такой вопрос с моей стороны будет звучать как минимум подозрительно. Но всю правду я ей рассказать не могу. Однако… Есть у меня одна идея, как можно проскользнуть между ложью и правдой.

Кстати, странно… Зорина — дочь барона. И она занимает хорошую должность в нашей клинике. Кроме неё здесь офтальмологов больше нет. Так почему же тогда её брат работает помощником повара? Учитывая, что он трудится в императорском дворце, это, несомненно, престижно. Но всё же это не работа для дворянина. Даже шеф-повар императора титула не имеет.

Что-то здесь не так.

— Павел Андреевич, к вам можно? — в мой кабинет заглянула молодая темноволосая женщина.

— Да, проходите! Приём уже начался, — ответил я. — Фамилия?

— Лопухова Инна Юрьевна, — представилась она.

Не успела она присесть на кушетку, а меня будто током ударило. «Анализ» активировался автоматически. Плохой признак. Значит, у больной по-настоящему серьёзное заболевание.

Прежде чем приступать к опросу, я даже использовал «превентивный анализ», но, к счастью, обнаружил, что в ближайшие месяцы она не умрёт. Дальше даже заглядывать не стал. Похоже, заболевание тяжёлое, но до летального исхода ещё очень и очень далеко.

Хотя магией можно было бы и не пользоваться. Я и так вижу все симптомы.

Кожа желтушная, как и склеры. Явно что-то не так с печенью или желчными пузырём. Хотя выводы ещё делать рано. Такие симптомы бывают и при других заболеваниях.

— Расскажите, что вас беспокоит? — приступил к опросу я.

— Да, Павел Андреевич, беспокоит меня многое, — вяло улыбнулась Лопухова. — Мне нужно только анализы сдать. Вот весь перечень, — она протянула мне список. — Я работаю служанкой. К людям меня не подпускают. В основном убираю коридоры. Но старший дворецкий всё равно требует, чтобы я регулярно проходила обследования.

К людям не подпускают? Интересно. Это чем же она должна болеть, чтобы её так притесняли? На ум ничего кроме ОРВИ не приходит.

Я заглянул в её электронную карту.

Ага… Вот оно что. Около её фамилии стоит жёлтая точка. Здесь таким образом отмечают пациентов, которые стоят на учёте у инфекциониста.

Причём диагноз её не указан. Значит, он скрывается. Скорее всего, речь идёт о вирусном гепатите или ВИЧ-инфекции. Методом исключения можно легко определить, от чего она страдает.