Алексей Аржанов – Придворный медик. Том 5 (страница 25)

Но не всех это остановит. В случае такой войны пострадают все. Инфекция снова распространится на весь мир. Обязательно найдутся хитрые люди, которым удастся пересечь границу. Затем они же перелетят в другие страны, создадут очаги инфекции там. И всё.

Только конченый идиот может всерьёз рассматривать биологическое оружие, как способ борьбы с другим государством. Нет, это полный бред. Не могу я в это поверить!

— Проклятье, — выругался дядя и положил руку на свой живот. — Прости, Павел, я как-то не предусмотрел. У меня в доме даже есть нечего. Давай пройдёмся до соседнего квартала? Там есть неплохой ресторан. Сразу скажу, дворяне туда обычно не ходят. Но тем лучше для нас. В этом заведении нас точно никто искать не будет.

— Пойдёмте, перекусить не откажусь, — согласился я.

У меня желудок скоро сам себя переварит. Могу поспорить, что в организме уже запустились процессы аутофагии — когда организм переваривает собственные клетки.

В каком-то смысле аутофагия — очень полезный процесс. Тело знает, с чего нужно начать убийство организма. В первую очередь при голодании перевариваются именно повреждённые клетки. Некоторые учёные полагают, что аутофагия — один из способов профилактики злокачественных опухолей.

Но во всём нужно знать меру. Некоторые люди чересчур увлекаются таким голоданием, и это приводит не к профилактике, а как раз наоборот — к уничтожению полезных клеток.

Когда мы выдвинулись к выходу из дома, я почувствовал, как изменилась атмосфера. Не знаю, что случилось, да и передать словами магические колебания не так уж и просто. Ощущение, будто что-то сломалось.

В это доме и так была не самая приятная атмосфера, но за пару минут до выхода в ресторан я испытал очень сильные изменения в окружающих меня жизненных аурах.

Странное чувство… Обычно такое происходит, когда умирает человек. Может, я забыл выключить «массовый анализ» и случайно уловил скоропостижную смерть какого-нибудь пожилого человека из соседних домов?

Нет. Непохоже. Анализ отключен.

Надо бы осмотреть дом Ушакова. Но не сейчас. Он и меня начнёт подозревать, если я вдруг начну вести себя странно. Тем более не исключено, что за нами продолжают слежку, и все эти необычные ощущения связаны с действиями преследующих нас лекарей.

Некоторые маги умеют искажать жизненную энергию. Играют на ней, как пьяный музыкант на расстроенной скрипке.

Как только мы вышли из дома, я заметил, как Мот выпрыгнул через форточку в кусты. Кот-оборотень выглядел напряжённым. Похоже, ему, в отличие от меня, всё-таки удалось осмотреть дом. И он остался не в восторге от увиденного.

Мы прошли пару кварталов, заняли столик в небольшом ресторане под названием «Царская кухня».

Царского там было маловато. В углу заведения оказался бар, около которого тёрлись сомнительные личности. Мы проигнорировали их пристальные взгляды.

Сделали заказ, я решил не мелочиться и попросил приготовить белковый салат и куриную грудку. Надо же задобрить свой желудок!

— Тут безопасно. Нас точно потеряли из виду, — с облегчением выдохнул дядя. — Это хорошо. А теперь послушай меня, племянник. Сегодня тебе возвращаться домой не стоит. Предлагаю покинуть Санкт-Петербург. А ещё лучше — уехать из Российской Империи. Я смогу это устроить.

— Я не могу на это пойти. У меня здесь брат. И куча незаконченных дел. Тем более убегать от проблем я не привык, — парировал я.

Позади послышался чей-то пьяный крик. Несколько перепивших мужчин затеяли драку, но двое из них упали около барной стойки и моментально вышли из игры.

Я вновь почувствовал изменение жизненной ауры. И кое-что понял. Нужно действовать.

Меня зовут.

— Я действую ради твоего блага, Павел. Я не хочу, чтобы ты погиб, как твои родители. Понимаешь меня? — настаивал Ушаков.

— Да, дядя, — кивнул я. — Разговор сейчас продолжим. Мне нужно отлучиться на пару минут.

Я направился в сторону туалета. Мне захотелось встретиться с Мотом. Узнать, что ему удалось выяснить. Он уже в уборной, ждёт меня.

Но около бара в меня врезался мужчина, которого только что поколотили другие пьянчуги. Он громко икнул, дыхнул на меня перегаром.

А затем, поправив сползающую на бок фуражку, прошептал:

— Не верь ему, Павел. Он ведёт тебя в ловушку.

Меня не столько удивил тот факт, что какой-то алкаш решил поделиться со мной советом. Больше меня поразила его личность. Побитый, изгвазданный в грязи мужчина был моим учителем. Не знаю, что здесь делает Бражников и как ему удалось так замаскироваться…

Но дело набирает новые обороты.

Глава 15

— Валерий Николаевич? — убедившись, что Ушаков за мной не следит, прошептал я. — Что вы тут делаете?

— Цыц, Паша! — звучно икнув, ответил Бражников. — Иди куда шёл. В нужник собирался? Вот и замечательно. А я скоро к тебе присоединюсь. Поболтаем. Заранее извиняюсь за то, что сейчас сделаю. Это — конспирация.

Бражников толкнул меня двумя ладонями в грудь.

— Отшёл от меня! Путаешься тут под ногами, — пробормотал Бражников. — Ходят тут всякие… Людям культурно отдохнуть не дают.

Не в лекари ему надо было идти, а в театральное. Вот там бы мой учитель точно смог раскрыть весь свой потенциал!

Каждый раз смеюсь в голос, когда вспоминаю, как он во время проверки обдурил всю императорскую клинику. Ходил по кабинетам, притворялся то ли бомжом, то ли алкоголиком. То ли и тем и другим одновременно.

А все метались, прямо как в произведении Гоголя. Искали, куда же делся наш «ревизор». Что ж, Бражникову я доверяю на все сто процентов. А вот Ушакова подозреваю ещё с самого начала дня.

Сначала переговорю в туалете с Мотом. Потом послушаю, что мне скажет Бражников. Возможно, Валерий Николаевич сможет пролить свет на происходящее.

Хотя не стану скрывать, он меня своим появлением удивил. Одно дело, когда я встречаю Бражникова в клинике, на острове Елагина или в ордене лекарей.

Но тут он как будто бы случайно оказался. В городе, который находится далеко за Санкт-Петербургом. Совпадением это быть не может.

Началась очередная игра, в которую меня пытаются затащить сразу несколько сторон. Что ж, ладно. Посмотрим, чем это закончится.

Я прошёл в туалет. Людей внутри не оказалось. Зато над дверью кабинки торчала чёрная морда моего кота-оборотня.

— Наконец-то, хозяин! Заходите скорее! — попросил он. — Мне многое удалось узнать.

Я решил не рисковать. Спрятался в кабинке вместе с Мотом, закрылся изнутри, затем усадил кота на бачок унитаза. Мота это, разумеется, только разозлило. Он у меня очень чистоплотный фамильяр. Даже будучи уличным котом всегда следил за своей гигиеной.

Но сейчас нам уже не до этого.

— Ну, рассказывай, — прошептал я. — Только перед началом своего отчёта лучше скажи, как ты себя чувствуешь?

— Всё уже позади, — кивнул Мот. — Спасибо за беспокойство, хозяин. Мои магические каналы полностью восстановились. Теперь снова могу превращаться в кого-угодно. Даже в бегемота. Правда… Если честно, мне в его шкуре не понравилось. Чувствую, у меня на всю жизнь останется психологическая травма из-за произошедшего!

— Так подробно расписывать свои эмоции не надо, — перебил его я. — Детали обсудим позже. Давай лучше перейдём к делу. Ты сказал, что за мной следят. Удалось определить, кто эти люди?

— Обычные лекари. Очень заурядные, гораздо слабее тебя, — объяснил Мот. — Человек десять — пятнадцать. За всеми уследить не смог. У меня, может, и девять жизней, но глаза только два.

— Лекари, значит? А знакомые запахи ты смог уловить? Есть среди них кто-то из императорской клиники? — поинтересовался я.

— Нет. Но один вонял так, что своим запахом мог запросто перебить всех остальных. Кстати, от тебя так пахнет каждую субботу. Я раньше думал, что ты спиваешься. А оказалось, что ты встречаешься с этим человеком по выходным, — заключил Мот.

— Да. Этот человек нам не враг. Валерий Николаевич Бражников. Мой учитель. Значит, он тоже следил за мной? Вместе с другими лекарями? — уточнил я.

— Определенно. Они действовали в команде. Следили за вами двумя от самого императорского двора, — объяснил Мот. — Потом потеряли вас из виду. Но снова вычислили, когда мы вышли из дома твоего дяди.

— Ты слышал их переговоры? С какой целью за нами следят?

— Мне удалось подслушать их беседу лишь один раз. Я услышал только одну фразу, — Мот прокашлялся, а затем повторил слова преследователя низким голосом: — «Этого подонка убить мало! Если ситуация выйдет из-под контроля, живым его брать не будем», — Мот снова прокашлялся. — Как-то так!

— Судя по тому, что мне сказал Бражников, речь шла не обо мне. Валерий Николаевич бы не пошёл против меня. В этом я уверен. Вернее… Пошёл бы, но только в крайнем случае. А я ничего подобного пока что не сделал. У него нет повода меня преследовать.

— Я тебе гарантирую — они здесь за твоим дядей. А уж если учесть, что я нашёл у него в особняке, то…

Дверь в туалет распахнулась. Воздух тут же заполнило запахом перегара.

Мот замолчал. Я жестом попросил, чтобы кот больше не издавал ни звука. А затем вышел из кабинки.

— Чёрт бы тебя подрал, Павел! — выругался вошедший в туалет Бражников. — И как ты умудрился ввязаться в такую ситуацию? Что? Только не говори мне, что этот урод так просто тебя обманул! Тебя же как рыбу на крючок поймали! Не могу поверить, что ты так просто сожрал эту наживку!