Алексей Аржанов – Класс: Боевой Целитель. Том 1 (страница 3)
Я осмотрелся.
Вокруг — покосившиеся избы, грязные тропы. Деревня. Маленькая, бедная.
Люди оглядывались на нас. Женщина с вёдрами поспешно отвернулась. Мужик у кузницы сплюнул.
А у изгороди стояла кучка детей.
Они смотрели на меня. И шептались.
— … как он вообще выжил после стычки с монстром?
— … говорят, твари в лес его уволокли…
— … он же не дышал, когда тело нашли…
— … отец что-то сделал, колдовство это…
— … на руку его взгляни!
Дети замолчали, когда я посмотрел на них. Разбежались.
Что это было? Возможно, это и есть причина, по которой погиб мой предшественник. Встреча с неведомым монстром. Звучит жутко.
Холодок пробежал по спине.
— Не обращай внимания, — буркнул Бажен. — Детвора всякую чушь болтает.
Но голос его прозвучал неуверенно.
Мы остановились у края тропы. Внизу, за холмом, расстилались бескрайние болота. Серо-зелёная жижа, торчащие мёртвые деревья. Испарения поднимались, скрывая горизонт.
— Вон туда тебе надо идти. Скитальцы говорят, что ведьмак живёт в двух километрах от нашей деревни. Но из наших туда никто не ходил. Как спустишься с холма — сразу же пересечёшь Черту. Если доберёшься до ведьмака — считай, что тебе повезло.
Он помолчал. Потом добавил тише:
— Хотя… Знаешь, Лад, мой тебе совет. Добрый совет. Если доберёшься до ведьмака — забудь про отца. Он уже не жилец. Это последняя еда, что я принёс. Больше не будет. К вечеру он захлебнётся — я видел такое. На этом мой долг ему будет выплачен. Лучше набейся к ведьмаку в ученики. Может, он тебе мозги вправить сможет. В деревне тебя всё равно ничего доброго не ждёт. Харитон с тебя шкуру спустит.
— Спасибо за совет, — ответил я. — Но я попробую отцу помочь. Не хочу его бросать.
Бажен удивлённо моргнул. Потом усмехнулся.
— Ну надо же. Ты, может, и лободырный, но храбрый. Удачи, пацан.
Он потрепал меня по голове и ушёл.
Я вернулся в сарай. Покормил отца предшественника размоченным хлебом — по чуть-чуть, чтобы не подавился. Взял кусок вяленой говядины. Прихватил вилы — тяжёлые. Пока что это — лучшее оружие, которое я могу себе позволить. Отправляться туда с голыми руками нельзя. Чем-то же я должен себя защищать?
И направился к болотам.
По дороге мимо меня прошмыгнула та же кучка детей.
— Смотрите! Лад-дурачок с вилами куда-то попёрся!
— Кабы никого не заколол!
Но один мальчишка, самый младший, сказал тихо:
— А вдруг он правда… того?
— Цыц! Отец велел молчать!
Они убежали.
Я покачал головой и начал спускаться с холма. Скорее всего, настоящую правду они никогда не узнают.
Деревня осталась далеко позади. Болота встретили меня вонью гниющей тины. Я прощупывал вилами каждый шаг. Несколько раз земля проваливалась под древком — и я обходил стороной.
Мухи. Комары. Испарения щипали глаза.
Вскоре впереди показалась светящаяся линия. Она шла через болота, уходя куда-то за горизонт. Мерцала слабым серебристым светом.
Черта.
Я замедлил шаг. У самой границы, прямо перед светящейся полосой, лежали кости. Птичьи — мелкие, белёсые. Череп какого-то зверя, наполовину утонувший в трясине. И ещё что-то крупнее — рёбра, торчащие из грязи, как пальцы.
Ни одна тварь не переходила Черту изнутри. Они умирали, пытаясь.
Я сглотнул. Поднял вилы крепче. Сделал глубокий вдох.
Я переступил через неё.
И сразу почувствовал тяжесть. Будто на грудь положили камень. Тревога сжала горло. Воздух стал гуще. Звуки — приглушённее, словно болото поглощало их. Даже свет изменился — стал серее, мутнее.
Здесь опасно. Но пути назад нет.
Ничего! Я и в прошлой жизни через многое прошёл. Тоже рос в деревне. Учился изо всех сил, чтобы пробиться в медицинский университет. На грани смерти я никогда не был, но всё же воли у меня не отнять. Если уж что-то задумал — буду идти до конца.
Я продолжил идти.
Прошло два часа. По ощущениям, я уже бреду через эти вонючие болота целую вечность. Скорее всего, за спиной уже больше двух километров. Должно быть, я близко. Если, конечно, Бажен мне не солгал.
В глазах появилась рябь. Сначала я подумал, что это из-за парящих вокруг меня газов. Но вскоре рябь превратилась в буквы. А буквы в слова. Прямо перед моими лицом возник повисший в воздухе интерфейс.
И всё-таки это не галлюцинации. Интересно, что система выдаст мне на этот раз? Боевой целитель? И что же это должно значить?
На всякий случай я помахал перед собой рукой, но текст никуда не исчез. Появилось новое сообщение.
Витальность? Другими словами, здоровье? Ещё бы оно не было ниже нормы! Предшественник за последнюю неделю ничего кроме хлеба не ел!
В груди вспыхнуло тепло — приятное, живительное. Оно расползлось по телу волнами, и я почувствовал, как силы понемногу возвращаются.
Какие жизни были спасены? Речь о тех пациентах, которым я помог ещё перед смертью? Да, их действительно было трое. Получается, за них я получил по… по десять Эссенций Жизни? Числа казались абстрактными, но ощущение было реальным — каждая спасённая жизнь оставила след тепла в моей груди. Интересно, почему она учитывает то, что случилось фактически в другом мире?
Но рядом с этим теплом пульсировал холод — исходящий от чёрной метки на руке. Пустота. Ноль. Баланс был нарушен, и тело это чувствовало.
Проклятье, да о чём вообще речь? Какой баланс? Какие ещё Эссенции?
Пока я шёл, было много времени, чтобы подумать. И сконцентрироваться на своих ощущениях. Внутри явно что-то изменилось.
И всему виной рана на руке, от которой исходило два потока — теплый и холодный. Я их отчётливо чувствовал. Даже при том, что продолжал пробираться через болото. Смотрел вперёд и концентрировался на собственных ощущениях: внутри тела и внутри своего сознания.
Тёплый поток был сильнее — он пульсировал ровно, напоминая биение сердца. Живой. Наполненный энергией. Холодный же тянул слабее, но настойчиво, будто голодное существо, требующее пищи. Два потока. Жизнь и смерть? Спасение и убийство? Думаю, если улучшить концентрацию, то я смогу взаимодействовать с каждым по отдельности.
А для открытия новых навыков нужен баланс. Очень интересно выходит.
— И… Что мне нужно сделать, чтобы восстановить баланс? — прошептал я вслух, чувствуя, как метка на руке пульсирует.
Ответ не заставил себя долго ждать.