Алексей Аржанов – Доктора Звягина вызывали? Том 2 (страница 12)

– Не знаю, – беззаботно пожал плечами невролог. – Эта фраза каждый раз срабатывает, и ты мне что-то рассказываешь.

– Да ты и сам обычно в курсе всего, – пожал я плечами. – Не знаю правда, как тебе это удается.

– Секрет фирмы, – гордо ответил невролог. – Но вообще я тебе хочу сказать спасибо.

– За что? – удивился я.

– Та история с больничными. Ты не выдал меня главному врачу. Как и не выдал Станислава Валентиновича. И Елену Александровну, хотя уж её бы я точно не стал жалеть, – фыркнул Совин.

– Со Станиславом Валентиновичем я поговорил сам. Тебя нет смысла выдавать, это не мое дело. Я это не поддерживаю, но не считаю нужным устраивать доносы, – спокойно ответил я.

– А как же Людмила Владимировна? – хитро прищурился Антон Эдуардович.

– Тут немного другое. Не хочу вдаваться в подробности, просто некорректное поведение, – проговорил я.

– Понял. Ну в любом случае, спасибо. Знаешь, я тоже завязал с этим делом. Подумал, что мне это не надо, – сказал невролог.

– Я очень этому рад, – улыбнулся я. – А теперь мне надо бежать.

– Может, пива вечером выпьем? Завтра же выходной, – предложил Совин.

Сегодня определенно все хотят меня куда-нибудь позвать!

– В другой раз. Дела, – ответил я.

– Свидание? Ну ничего, я всё понимаю, – понял всё по-своему Антон Эдуардович, и, как обычно, убежал куда-то в неизвестном направлении.

Ага. Проникновение в полицию и вытаскивание оттуда заключенного – чем это не сивдание.

На втором этаже поликлиники меня поймала уже Елена Александровна, терапевт. Они все меня тут ждали, стояли что ли?

– Михаил Алексеевич, добрый день, – протянула она. – Как ваш выезд?

– Хорошо, Елена Александровна, – кивнул я, ожидая её стандартную просьбу.

– Михаил Алексеевич, а выйдите сегодня за меня в ночь в стационар? – задала она привычный вопрос. – Ко мне должны внучку привести…

– Выйду, Елена Александровна, – неожиданно для неё ответил я. Ведь в этот самый момент у меня созрел план, как обеспечить себе алиби.

– Ой, как хорошо! Спасибо вам! Я обязательно вас отблагодарю, – расплылась в улыбке Елена Александровна. – Ой, я тогда домой побежала.

– Бегите, – улыбнувшись, кивнул я.

Женщина тут же поспешила ретироваться, боясь, что я передумаю. Я же добрался, наконец, до своего кабинета.

Возле кабинета неожиданно встретил свою мать, Марию Анатольевну. Вот уж кого я точно не ожидал увидеть сегодня.

– Добрый день, Миш. Можно с тобой поговорить? – робко спросила она.

– Добрый день, Мария Анатольевна. Конечно! – я распахнул для неё дверь кабинета. – Вы чего мне не позвонили-то?

– Не хотела, чтобы Паша знал, – ответила она, присаживаясь на стул. – Беда с ним. Вот сказала ему, что в магазин ушла, и к тебе прибежала.

– Что такое? – взволнованно спросил я.

– Приступы у него какие-то. Сильные боли появляются, кричит, стонет. Причём только по ночам. Утром он встает, и ничего даже не помнит, – рассказала Мария Анатольевна.

– А ночью что-то говорит? Где болит, как болит? – начал расспрашивать я.

– Ничего, – покачала женщина головой. – В том-то и проблема. Я вот и подумала, Миш, сегодня же пятница. Приходи к нам переночевать, завтра выходной как раз. Сам посмотришь.

– Мария Анатольевна, но ведь это не шутки. Я не знаю, какого рода эти приступы, чем они вызваны. Вам надо было сразу вызвать скорую! Давайте положим его в терапевтическое отделение для полного обследования, – предложил я.

– Миша, да он же не согласился! – воскликнула Мария Анатольевна. – Он же врачей не любит, сам знаешь. В прошлый раз пока так сильно у него живот не заболел – и не подумал никуда обратиться. Приходи к нам, пожалуйста.

– Хорошо, приду, – согласился я. У меня запланировано важное дело, да и в стационаре сегодня дежурство. Но я не мог отказать в этом вопросе.

– Ох, здорово, Мишенька! Я побежала тогда. Не говори, что я приходила только. Лучше придумай что-нибудь, почему ты вдруг пришел, – попросила женщина.

– Не скажу, – пообещал я, лихорадочно думая.

Сегодня последний шанс вызволить Пономарёва. Машина за ним придёт завтра с утра. Значит, мне нужно успеть всё, везде и сразу. Хорошо, что такая возможность есть.

Как только мама вышла за дверь, я закрылся и объявил общий сбор.

– Итак, наступил день «икс», – начал я, когда передо мной появились мои клоны.

– Ага, – односложно ответил Николай. Странно, не похоже на него. Где привычные едкие комментарии из разряда «день икс уже наступал на этой неделе»?

– В принципе, мне всё понятно, Михаил Алексеевич, – в свою очередь произнес Виктор. – Первый пункт – это удачно добытое вами ночное дежурство в стационаре, которое обеспечит нам алиби.

– Именно, и на него пойдёт Николай, – кивнул я, не обращая внимания на кислую от моих слов физиономию клона. Ну, хоть это не меняется. – Главное, встретиться с утра в условленном месте, чтобы никто ничего не заподозрил. Я менять лица не умею.

– А почему тогда снова не отправить на дело нас? Мы можем принять любую внешность, и, даже если засветимся, подозревать будут не тебя? – недоуменно спросил Николай.

– Потому что я сам хочу вызволить Пономарева. Это принципиально, – отрезал я. – Ну так вот, Николай дежурит в стационаре…

– А мы с вами идём в полицейский участок. Я отвлекаю внимания полицейских с помощью своего метода, – подхватил Виктор.

– Вы уже прям спелись, смотрю, – вздохнул Николай. – Болтайте, а мне надо присесть. Голова что-то кружится.

Я обеспокоенно покосился на странно побледневшего клона. Что это с ним творится? Устал после леса?

– Михаил Алексеевич, давайте продолжим, – перевел моё внимание Виктор. – Я отвлекаю, вы достаёте Пономарёва. Всё верно я прочитал в вашей голове?

– Да, всё так, – кивнул я. – Только уточни, как будешь отвлекать? Какой ещё метод?

– Эффектный, – ответил Виктор со странной улыбкой. Похоже, что-то успел придумать прямо сейчас. Ладно, я доверюсь ему. Виктор меня ещё ни разу не подвел.

– Только после этого тебе придётся навестить моих родителей, – произнес я, – сам я не могу, буду занят Пономаревым. Но я им обещал.

Это было вынужденное решение. Разумеется, я сам очень хотел провести время с родителями. И очень переживал за состояние своего отца. Но всё-таки вызволить Пономарева для меня задача первостепенной важности.

– Я видел у вас эти мысли, Михаил Алексеевич, и не очень их понял. Какой в этом наш интерес? – внезапно спросил Виктор.

– В смысле? Это же родители, – недоуменно ответил я.

– Но ведь они для вас никто. Зачем приплетать их в этот план? Я мог бы вам помочь с Пономаревым. А родителям скажете, что у вас дежурство, – настойчиво проговорил Виктор.

– Нет, я так не могу. Они всё равно остаются моими родителями, и им нужна помощь, – отрезал я.

– Хорошо, Михаил Алексеевич. Как скажете, – тут же кивнул Виктор. – Только в гости к ним придётся прийти уже среди ночи. Ну, тогда скажу, что работы много было. Можете на меня положиться.

Я обернулся и посмотрел на странно притихшего Николая. Что-то меня в нем тревожило, но я не понимал что.

– Николай, ты в порядке? – осторожно поинтересовался я.

– Да, – кивнул он, отвечая очень односложно, – не парься.

– Ты точно сможешь сегодня подежурить в стационаре? – задал я ещё один вопрос.

– Точно. Я справлюсь, – кивнул Николай

Странно, обычно он успевает отпустить тысячу комментариев за время обсуждения. Может, чем-то расстроен? Обязательно надо поговорить с ним позже.

Итак, мы отправились на дело. Николай послушно побрёл в стационар, мы с Виктором же домой. Для подготовки и ожидания ночи. На дело мы решили пойти, когда на улице полностью стемнеет, и уже не будет людей.

Дома Виктор снова засел с ноутбуком, что-то там усиленно читая.