Алексей Аржанов – Доктора Звягина вызывали? Том 1 (страница 2)

– Вызовов много было. Сейчас один заполню быстро, а ты отметь в журнале, пациент госпитализирован в терапевтический стационар, – ответил я, садясь за компьютер.

Вообще всё, что происходит и на приеме, и на вызовах должно фиксироваться в разного вида журналах. Вот и госпитализации заполнялись в журнале «неотложная помощь» с отметками о диагнозе, профиле стационара и прочем.

Светлана кивнула и достала журнал, а я тем временем быстро просмотрел карту пациента. Ага, атриовентрикулярная блокада на прошлых плёнках, 2 стадия. Скорее всего, пациент не принимал лечение, и течение болезни ухудшилось. Надо обязательно будет сообщить в стационар, придётся решать вопрос о постановке кардиостимулятора. Правда, здесь это операцию провести не смогут. Этого пациента придётся отправить в областной кардиологический центр, но с этим проблем быть не должно.

Я быстро заполнил все данные в электронной карте, распечатал лист осмотра и протянул Свете. Та без лишних слов вклеила его в карту и быстро списала необходимые данные в журнал.

– Ну что, пора начинать приём, – улыбнулся я. Медсестра выглянула за дверь и позвала первого пациента.

В кабинет вошла пожилая женщина лет семидесяти, одетая в старую, но опрятную одежду.

– Михаил Алексеевич, я записана на 13:20, но можете меня принять пораньше пожалуйста? Автобус в деревню через полчаса уходит. В очереди меня пропустили, – просящим тоном проговорила она.

Это была частая ситуация в моем кабинете. Из-за большого количества сельских пациентов принимать по записи зачастую оказывалось невозможным. Добирались они на автобусах, которые зачастую ходили от силы пару раз в неделю. Поэтому под моим кабинетом обычно образовывалась живая очередь. Пару раз начальство пыталось мне сказать о необходимости принимать всех строго по времени. Но после моего предложения попробовать отвести прием за меня такие разговоры прекратились.

– Проходите, садитесь, рассказывайте, – кивнул я.

– Ох, спасибо Вам большое! Как хорошо, что такой врач у нас появился! Все вас так хвалят.

– Жалобы у вас какие? – слегка улыбнувшись, я повернул разговор в нужное русло.

Если не прервать этот поток лишней информации, прием может до ночи затянуться.

– Да вот поясницу что-то прихватило у меня. А соседка-то сказала, что почки там. Вот я сразу и записалась, а с утра меня как раз подвезли, а вот обратно на автобус надо, – снова запричитала женщина.

– Не переживайте, успеете на автобус. Как давно у вас боли? – уточнил я, отмечая в карте жалобы.

– Пару дней уж точно. Я картошку копать стала, а она как прихватит, еле до дома дошла, – ответила пациентка.

– Другие жалобы есть?

– Ну, давление скачет, бывает, да и голова болит. Да кто у нас здоровый то сейчас! – вздохнула женщина.

В этом была основная проблема у многих сельских пациентов. Из-за недоступности медицины ко мне чаще всего попадали коморбидные пациенты, то есть пациенты с множеством разных заболеваний. Приходилось лечить всё и сразу, попутно составляя сложные комбинации разных препаратов, стараясь совместить лечение от нескольких патологий. Зачастую мои рекомендации имели вид своеобразного дневника: сначала три недели принимать это, потом три недели то, и так далее.

– Препараты какие-нибудь принимаете постоянно? – задал я следующий вопрос.

– Каптоприл под язык кладу, если давление высокое. А так ничего больше, – помотала головой пациентка.

Я задал ещё несколько уточняющих вопросов и перешёл к осмотру. Давление, пульс, лёгкие, пальпация почек. Поколачивание по пояснице (основной способ проверить наличие почечной патологии) ожидаемо было отрицательным. Скорее всего, обычный остеохондроз, частое заболевание моих заядлых огородников. Конечно, почки мы тоже проверим, но лечение можно расписать уже сейчас.

Я коротко перечислил Светлане основные анализы и инструментальные обследования, а сам взялся за рекомендации.

Так, миорелаксант, нестероидное противовоспалительное, витамины группы Б. Ещё надо заняться давлением, для начала попробуем ингибиторы АПФ. Дневник давления, пусть ведёт обязательно. Исключение нагрузок, надеюсь послушается, а то спину не вылечим. И повторная явка ко мне.

– В среду удобно ко мне на приём подойти будет? – уточнил я.

– Конечно, только с утра желательно, – кивнула женщина.

Я записал на повторный прием и выдал лист с рекомендациями, а моя медсестра – перечень анализов.

– Вот это сдадите завтра, это в лаборатории, это в тридцатый кабинет, это в семнадцатый. Вот это начнете принимать, самочувствие улучшится, но на повторный прием обязательно придите, мне нужно посмотреть результаты, – разъяснил я.

Это было сказано не случайно, многие пациенты, почувствовав улучшение, филонили и пропускали повторную явку. А потом появлялись с очередным ухудшением состояния.

– Конечно приду, спасибо доктор, спасибо! – ответила женщина, подхватывая протянутые листы.

– Это посещением не отмечаю, будет обращение? – уточнила Светлана, когда за женщиной закрылась дверь.

– Да, через неделю подадим, – кивнул я.

Посещением в нашей поликлинике считались пациенты, приходившие только на один прием. Если с проблемой можно было разобраться сразу, повторная явка была не нужна. Обращением же называлась ситуация, когда пациент пришёл два и более раз. В этих тонкостях пришлось разобраться, начав работать участковым терапевтом в своем родном городе. В Москве с этим было проще.

Довольно иронично, что спустя столько лет я снова оказался здесь. В этом городе я вырос, окончил школу, и покинул его в восемнадцать лет, полный амбиций и планов. Сколько себя помню, всегда мечтал быть врачом. Поступил в московский медицинский ВУЗ, в итоге там и осел, продвигаясь по карьерной лестнице. А сейчас жизнь сыграла интересную шутку, и я снова начал фактически сначала. С нуля.

Город был довольно небольшим, но очень уютным. Аккуратные асфальтированные дороги, красивый парк с множеством развлечений для детей, кинотеатр. Многие из молодых кадров, отучившись в больших городах, возвращались сюда работать. Единственное, что здесь страдало – это медицинская помощь.Как, впрочем, и в любом другом маленьком городе. Врачей всегда и везде не хватает, а уж в маленьких городках эта проблема стоит особенно остро, несмотря на все государственные программы по привлечению новых медиков. Неудивительно, что меня сразу же приняли без всякой стажировки и выдали два участка.

На улицах мне частенько встречались знакомые лица, правда меня теперь вряд ли кто-то узнает. Из-за эксперимента моя внешность довольно сильно изменилась, что сыграло мне на руку при побеге. Но, к сожалению, теперь мне была закрыта дорога и в родной дом, к родителям. Я не мог раскрыть им себя, чтобы не подвергать их опасности. Я нашёл выход из этой ситуации, назвавшись другом их сына, и регулярно старался оказывать им разного рода помощь.

Ещё до эксперимента я сообщал им, что не буду выходить на связь очень продолжительное время из-за секретности проекта. Поэтому они продолжали ждать своего сына, не зная, что он так близко. Рядом с ними и регулярно бывает у них в гостях. В будущем эту проблему всё равно придётся как-то решать, но пока я тщательно следил за их здоровьем, таскал им продукты (деньги они брать отказывались) и старался максимально помочь по дому, оправдывая это просьбой их сына.

– Приглашать дальше? – спросила Светлана.

Я кивнул и вернулся к приему. Некоторые пациенты приходили ко мне с других участков, наслушавшись положительных отзывов. Вообще многие терапевты у нас отказывались принимать чужие участки, но для меня любой пациент, зашедший ко мне на прием, должен получить качественную врачебную помощь. Поэтому я обычно принимал всех без исключения.

Особенно меня порадовала зашедшая уже под конец приема дочь одной из пациенток, у которой я часто бывал дома. Восьмидесятилетней женщине уже тяжело было преодолевать путь до больницы, поэтому вел я её исключительно на дому. В последнее время её состояние ухудшилось, начала развиваться старческая деменция, появилась забывчивость и рассеяность. Вовремя назначенные препараты стабилизировали состояние, и дочка с радостью расписала, как её мама воспряла духом и даже испекла любимые пирожки с капустой. Она притащила несколько этих пирожков в качестве благодарности, всучив их мне, несмотря на все протесты.

Прием закончился, и я с удовольствием потянулся, разминая затекшие мышцы. В который раз подумал, что не зря выбрал такую профессию. Мне нравится помогать людям, лечить их, общаться с ними.

– Не хотите чаю быстренько попить? – спросила Светлана, с вожделением глядя на кулёк с пирожками.

– Давай, с утра ничего не ел, – кивнул я.

Медсестра быстро разлила чай и вытянула себе один пирожок.

– Ммм, вкусные…Сто лет таких не ела! В пекарне за углом совсем не то, – протянула она довольно.

Я без лишних слов тоже взял один и принялся за поздний обед. В нашем графике работы просто не предусмотрено такое время как «обеденный перерыв». Это, конечно, не очень хорошо влияет на желудок, но тут приходится чем-то жертвовать.

Зачастую, между приемами пищи проходило часов по десять-двенадцать: завтрак с утра дома, и поздний ужин тоже дома. А так как живу я один в служебной квартире, ужины готовить мне некому, приходилось спасаться полуфабрикатами или доставкой. Так что домашняя еда и для меня была как праздник.