Алексей Архипов – Сквозь лёд и снег (страница 4)
— Меня зовут Чан, мы рады видеть вас на нашей станции! — продолжил он, — я начальник этой станции, это мои два заместителя, главный инженер и ваш будущий напарник, пилот сновигатора «Red Dragon», инженер связи, старший лейтенант Лу Цзын Лао.
Второй китаец вышел из общей группы и, улыбаясь, сделал поклон в сторону пилотов.
— Очень приятно! — ответил Зордакс, — я капитан Зордакс, ваш пилот приписан к моей группе. Мы очень рады сотрудничеству в целях нашей миссии и надеемся на успешное выполнение общих задач экспедиции «Polar Navigation».
— Это Фрэя, капитан первой группы, — Зордакс уважительно указал в её сторону, — с остальными пилотами команды у вас будет возможность познакомиться по ходу нашего визита.
— Очень хорошо! — ответил Чан, — а теперь прошу вас, — мои помошники проводят вас к комнатам, на дверях вставлены таблички с вашими позывными, через сорок минут я приглашаю вас в столовую на торжественный ужин в честь нашей встречи. К сожалению, на станции по-русски говорю только я и Лу, поэтому, если возникнут сложности, вы можете связаться со мной через диспетчера по рации в ваших шлемах, а сейчас я должен идти, извините.
— Все отлично! Никаких проблем! — учтиво ответил ему Зордакс.
Группа китайцев, двинулась в сторону жилого корпуса, пилоты проследовали за ними и разошлись по своим комнатам.
Обстановка на станции была позитивная и доброжелательная. Отличное освещение, чистота и приятный цветочный запах. Персонал приветливо улыбался, их внешний вид и интонация выражали абсолютное расположение к себе. В целом весь этот позитивный настрой предвещал хороший отдых перед завтрашним утренним рейсом.
На ужин была традиционная китайская кухня: лапша, много разных экзотических овощей, салатов, соусов, кусочки белого мяса куры на пару.
— Если кто-нибудь не наелся, то я могу предложить вам обычных пельменей, — сказал вдруг Чан, обращаясь к членам команды, — у нас на этот случай тоже все предусмотрено, так как не все люди имеют привычку к китайской народной кухне.
— Нет — нет, спасибо! — ответила Фрэя, — все очень питательно, вкусно и необычно!
Остальные члены команды поддержали ее утвердительными кивками и жестами.
— В конце нас ждет традиционная чайная церемония, — продолжал Чан, — вы наверняка знакомы с культовыми именами китайских чайных сортов?
— Конечно же! — ответил Вэндэр, — традиции китайского чаепития давно вошли в повседневный быт русских людей.
— У нас на станции хороший выбор, — продолжал Чан, — но я хотел бы остановиться сегодня всего на четырех сортах: двух видах Да Хун Пао и двух Те Гуань Инь. Также есть и несколько сортов Пуэра, но его я не рекомендовал бы пить на ночь, лучше с утра.
— Конечно — конечно! — подтвердил Хэлбокс, — чашка Пуэра перед долгой дорогой — это то, что нужно!
— Тогда вам придется встать на час раньше, — продолжал Чан, — я лично буду ждать вас здесь же и проведу церемонию, захватите с собой свои термосы, я думаю, что у вас будет минутка, чтобы глотнуть чайку по дороге.
— Это великолепное предложение, — сказал Аксель, — мы так и сделаем!
— В любом случае, даже если завтра кто-то не захочет рано вставать, то у Лу с собой будет достаточный запас разных сортов для вашей команды на время всей миссии, так что это не последняя ваша чайная церемония в течение всего нашего общего долгосрочного сотрудничества.
— Это просто восхитительно! — добавила Фрэя в самом конце.
Чайная церемония длилась чуть больше часа. Все это время Чан и Лу общались с командой пилотов, задавали разные вопросы о подробностях уже пройденного маршрута и нюансах пилотирования, рассказывали разные истории, делились полученным опытом. В конце ребята поблагодарили китайских друзей за ужин и гостеприимство и начали расходиться по своим комнатам, готовясь ко сну.
— Подъем в 8:00, завтрак в 8:30! — громко предупредила Фрэя.
— Вас понял, командир! — ответил Вэндэр.
Все остальные утвердительно промолчав, разошлись. Кэтрин и Аксель пошли спать вместе. Аксель давно уже встречался с Кэтрин. Они познакомились еще задолго до экспедиции, и перед самым ее началом он сделал ей предложение. Вся команда давно была в курсе этих отношений, поэтому никто даже не обращал особого внимания на их близость.
— Приятных сновидений, Аксель, — шутливо подколол его Вэндэр, — не забудь выспаться.
— Отстань, — улыбнувшись, ответил он.
Его абсолютно не трогали посторонние шутки, они с Кэтрин любили друг друга и оба были счастливы.
Что касается Фрэи, Джонса и Зордакса, то этот любовный, если можно так выразиться, треугольник только набирал обороты. Зордакс начинал
потихоньку догадываться о чувствах Фрэи, хотя скорее уже серьёзно подозревать. Ее отношение и поведение изменилось после появления в ее группе нового пилота Джонса и ему это очень не нравилось, но прямых бесед он пока не заводил. Все трое не стремились превращать цели и задачи миссии в любовную драму, тем более, что двое капитанов несли особую ответственность за происходящее в группах, а Джонс держался скромно как новичок. Но все это, несомненно, могло иметь в будущем очень серьезные последствия для них.
ГЛАВА V. ЗЕМЛЯ МЭРИ БЭРД
Земля Мэри Бэрд — часть территории Антарктиды, лежащая на побережье тихоокеанского сектора Южного океана между Шельфовым ледником Росса на Востоке и Землей Элсуорта на западе (примерно между 103-м и 158-м градусами западной долготы). Толщина льда в среднем 1000–2000 метров, местами до 4000 м. Основание ледникового покрова часто лежит ниже уровня моря. Высочайшая точка — гора Сидли (4181 м). Земля Мэри Бэрд омывается морем Амундсена.
Земля получила свое название в 1929 году в честь жены Ричарда Бэрда, американского авиатора и полярного исследователя, который в 1929 году первым пролетел над Южным полюсом и руководил четырьмя крупными антарктическими экспедициями.
На часах было 8:20 утра, когда члены команды начали выходить из своих комнат. «Доброе утро!» — поприветствовал Чан пилотов в столовой. Он сидел вместе с Лу и Хэлбоксом и разливал по чашкам черную жидкость с резким характерным ароматом Пуэра.
— Хэлбокс, хитрюга, ты не мог меня разбудить? — с разочарованным упреком спросил Вэндэр.
— Ну уж извини, ты знал всё заранее, надо было вставать самому, — ответил Хэлбокс.
Троица сидела в сторонке и медленно поглощала чай, аромат которого простирался по всему корпусу.
— Я сейчас к вам присоединюсь, — сказал Вэндэр.
Когда в 7:00 Хэлбокс пошел умываться, чтобы попасть на чайную церемонию, как и договаривался с Чаном, Лу уже не спал и занимался ушу прямо в столовой. Выглядело это как медленный плавный танец. Как позже выяснилось, Лу Цзын Лао оказался очень непростым китайцем. Он исповедовал Буддизм, изучал Конфуцианство и каждое утро занимался упражнениями ушу, а в свободное время периодически медитировал в состоянии глубокой релаксации. Поговаривали, что он даже иногда спал в позе Лотоса. Он был не особо разговорчив, но в тоже время всегда открыто шёл на контакт и говорил строго по существу.
— Наш следующий пункт назначения — станция «Конкордия», — начала предстартовый инструктаж Фрея после завтрака, — шестьсот две и девять десятых мили, время в пути от четырех до шести часов, средняя скорость сто — сто пятьдесят узлов. Мы пройдем эту дистанцию через землю Мэри Бэрд. Сначала стартует первая группа с интервалами пять минут. Далее на дистанции двигаемся в разнобой независимо друг от друга, маршруты выбираем сами, требования безопасности те же. Вопросы есть?
Никто из команды ничего не ответил.
— Тогда вопросов нет! — продолжила она, — сновигаторы готовы, прошу пилотов занять свои места в машинах!
Команда двинулась к выходу, надевая на ходу гермошлемы. Перва группа начала стартовать в 9:05. Через двадцать минут со стартовой позиции начали выезжать сновигаторы второй группы. Погодные условия были превосходные, солнце медленно начинало свой световой цикл, в светло-коричневом рассвете сновигаторы уходили друг за другом вдаль через стартовый коридор пульсирующих ярко-зеленых маяков, оставляя красивые сиреневые, бирюзовые и синие полоски от ионных двигателей, завихряющиеся вместе со сполохами снега при ускорении в турбулентных потоках ионных рабочих масс. Штурманбот сообщил о выходе из зоны станции «Тайшань».
Пилоты шли по снежной равнине уже больше часа, когда в рациях прозвучал голос Вэндэра.
— Ребята, я в ста восьмидесяти пяти милях удаления, моя ультразвуковая локация рельефа местности определяет высокую холмистость поверхности, сбросил скорость до ста узлов, будьте осторожны, я уже устал постоянно подпрыгивать.
— Сейчас поскачем от души! — произнёс Хэлбокс.
— Что там у тебя, Фрэя? — опять прозвучал в рации голос Вэндэра.
— Ситуация та же, переключила работу пневмогидравлики подвески в режим «Very Softly», скорость не сбрасываю, иду пока на ста двадцати узлах. Джонс, у тебя что?
На этом месте некоторым членам команды показалось, что Фрэя как-то переживает именно за Джонса, хотя по принципу переклички пилотов все выглядело достаточно логично. Особенно это не понравилось Зордаксу.
— Я изменил продольный крен, опустив заднюю часть корпуса, тем самым получил хороший угол прохождения трамплинов, скорость не сбрасываю пока, иду на ста двадцати, но подскакиваю как сайгак, — ответил Джонс.