Алексей Архипов – Наследие Вермахта (страница 23)
Пилоты стояли по стойке смирно и внимательно слушали всё то, о чём говорил им Джек. Такие моменты не были для них чем-то особенно новым и часто происходили ранее при объяснении и корректировке стратегий на международных чемпионатах. Но именно сейчас они все столкнулись с совершенно иным подходом и внутренним настроем Джека, который уже всерьёз нагнетал тяжесть настоящей боевой операции, что несколько меняло психологическую картину происходящего и заставляло совсем иначе относится к тем тактическим действиям, которые будут происходить. Сам Джек продолжал свой чёткий упорядоченный ряд определений текущих позиций, ходов и возможных вариантов в предстоящей схватке, задумчиво погрузив свой взгляд куда-то в пустоту и только иногда на мгновение возвращаясь, чтобы мельком бросить его на лица пилотов.
— Теперь поговорим о тактической расстановке противника… Первая пара не просто так заняла позицию между точками выхода из зоны гор к леднику и западным хвостом хребтового пояса. Они контролируют оба подхода к основному лагерю их действий. Присутствует фактор времени, который для них очень важен и который также важен для нас. Чем раньше мы вступим с ними в бой, тем меньше у них будет шансов выбраться из образовавшегося котла конфронтации к свободным позициям за пределами Трансатлантического хребта. В этом случае, они рассчитывают на то, что для подхода к ним мы будем использовать горный коридор, чтобы сократить время почти на час. Но при этом мы теряем боевую эффективность, так как местоположение выхода из коридора просчитывается, и вас просто сразу расстреляют на выходе из него с двух сторон под таким углом, что вы даже не сможете открыть встречный оборонительный огонь. Поэтому придётся выходить на боевую позицию с западной части, чтобы подойти с полностью открытого для манёвров пространства, где ваша уязвимость будет полностью зависеть от вашего пилотирования машин. В данном случае я предлагаю вам взять как можно больший интервал боковой дистанции и подойти к ним широкой стеной, что позволит окружить их или же разбить на две части. И тот и другой вариант одинаково эффективен в плане удержания инициативы в перестрелках, а численное преимущество в соотношении четверо против двоих даёт хорошую возможность оптимального завершения боя с максимальным сокращением потерь. Огонь можете открывать первыми, впоследствии с точки зрения правовых норм для вас это не будет иметь никакого значения. Все эти вопросы не должны вас волновать, в вашу задачу входит предотвращение отхода немецкой группы на свою территорию с интересующими нас материалами на борту! У кого есть вопросы?!
В коридоре наступила пауза молчания.
— Что ж, — продолжил Джек, — ваше молчание меня в целом не удивляет. Обсуждать тут нечего и всё решит реальная обстановка на месте. Не буду тратить столь драгоценное для всех нас время и хочу пожелать вам крепкой удачи! Мы с Биллом Фишером всё это время будем наготове и выдвинемся сразу же вместе с эвакуационной группой в расположение подбитого сновигатора Ганса Майера, другие спасательные вездеходы выдвинутся немедленно в эпицентр основного столкновения, так что вы не успеете замёрзнуть, ну если только не сломаете себе шею раньше этого времени. А теперь по машинам!
Группа пилотов развернулась по направлению к выходу из коридора и направилась в машзал технического модуля. Через десять минут четыре машины одна за другой без длительных интервалов с монотонным системным гулом и свистом исходящей ионизированной топливной смеси начали отходить с территории стартового полигона вдаль, постепенно ускоряясь и поднимая в воздух обильные тучи сухого снега, наметённого недавней пургой. Курс был взят к западному хвосту Трансатлантического хребта, расстояние до которого составляло двести тридцать миль. Пурга ушла на восток, и ветер к моменту выхода со станции уже совсем прекратился, поэтому видимость была прекрасная и на всём протяжении следования по пространству Полярного Плато позволяла удерживать максимальный темп скорости движения машин. Настроение у пилотов было серьёзным и в тоже время, не смотря на свободную раскованность и спокойствие в привычной процедуре пилотирования, внутри каждого из них сейчас присутствовал фактор некоторого беспокойства перед схваткой в ином не естественном для них формате. Никто не испытывал ни сопернического стремления, ни хоть малейшего намёка на командный ажиотаж, наоборот, чувство настороженности и тревоги было для них единственным спутником, хотя это и не являлось следствием внутренних философских переживаний о правоте противоборствующих сторон. Спустя сорок минут тишину в эфире нарушил голос «Little Coldy».
— Парни, вы как?
— Со мной всё в порядке, — донёсся невозмутимый ответ «Малыша Хью».
— Со мной тоже! А ты что так забеспокоилась? — прозвучал голос «Джокера».
— Вы меня в идиотскую ситуацию поставили, теперь я не могу понять, отвечать мне или нет? — вмешался «Снеговик» с долей негодующего сарказма.
— Всё в порядке, «Снеговик»! — продолжала «Coldy» сквозь смех, — может, обсудим тактику нападения, а то моё чувство уверенности не совсем адекватно реагирует на полученную от Джека информацию?
— Ты что сдрейфила? — моментально осёк её «Малыш Хью» и сразу же продолжил, — тут нечего обсуждать, обычный бой, как на соревнованиях. Подходим к ним вплотную, окружаем и разносим в хлам, затем едем дальше!
— Ладно! Хотя бы убедилась, что вы себя нормально чувствуете, — несколько недовольно, сохраняя серьёзную интонацию голоса, гордо ответила Джесси.
Диалог неожиданно продолжил «Джокер».
— На самом деле она права, «Хью», — хотелось бы знать заранее, как они будут реагировать при наступлении? Согласись, просто идти напролом и вести встречный огонь — это слишком простой и кратковременный манёвр, после которого они просто резко развернутся и сядут нам на хвост. В этом случае двое из нас сразу превратятся в мишени.
— Ну и что ты предлагаешь? Взять их в кольцо и водить вокруг них ковбойские хороводы? — немного раздражённо спросил «Малыш Хью».
— Именно! А почему нет? — ответил «Джокер», — лучше будет закрутить вокруг них кольцо сразу, используя одного нападающего для отвлечения внимания, а уже затем, когда они будут окружены, пикировать из него к центру, нападая со всех сторон. Таким образом, мы будем сохранять оптимально ограниченную площадь развёртывания боя, чтобы не тратить время в продолжительных погонях, удаляясь в разных направлениях.
— Хорошо, тогда заходим правым флангом вперёд, а левый фланг будем использовать для отвлекающей атаки. Я пойду крайним справа. Кто из вас будет отвлекать — решайте сами! — сказал «Малыш Хью».
— Ладно, я пойду крайней слева, — отозвалась «Little Coldy», — может, получится сбить кого-нибудь сразу.
— Что скажешь, «Снеговик»? — спросил «Джокер», подразумевая расстановку в центре ряда.
— Я использую дальнобойные орудия, поэтому мне лучше заходить на атаку с более отдалённой дистанции. Значит, пойду рядом с «Coldy», а ты тогда держись впереди за «Малышом Хью», — отозвался «Снеговик».
— Ну, вот и договорились! — уверенно произнёс «Джокер».
Настроение в группе заметно оживилось, к тому же до зоны огибания хребта осталось всего десять миль. На горизонте уже начала появляться вытянутая полоса горных массивов, заметно редеющая к своему хвосту. И вот, уже спустя пять минут ведущий в группе, которым был «Малыш Хью», начал постепенное отклонение влево на скорости сто девяносто узлов, заметно кренясь при этом одной стороной фюзеляжа вниз и поднимая вверх напористый поток снега, попадающий в турбулентную линию ионизированных рабочих масс, спиралевидно вытягивающихся за его сновигатором и постепенно выгибающих на фоне белого снежного пространства такой же плавный поворот. За ним, немного сбавляя темп на вираже, шла «Little Coldy», за ней «Снеговик» и «Джокер». В этом месте группа постепенно переходила из области Полярного Плато на пространство Равнины Бэрда, до точки соприкосновения с немецкой оборонительной парой оставалось чуть меньше пройденного пути.
— Не сбавляем темп! — прозвучала в эфире команда «Малыша Хью».
Машины выровнялись по курсу и продолжили своё стремительное ускорение в направлении шельфового ледника Росса, с каждой минутой всё больше и больше сокращая расстояние и время до своей неизбежной полярной дуэли, которая уже сейчас, ещё не начавшись, несла фундаментальное эпохальное значение для обеих её сторон.
ГЛАВА XV. ПЕРВАЯ СХВАТКА
Эберт Кляйбер сидел внутри своего «Juger Wolf» и спокойно ждал, наблюдая сквозь ветровое стекло кабины немногозначительное волнение пейзажа окружающей белоснежной пустыни и отдалённого пояса горных хребтов, которое заключалось лишь в лёгких ветреных порывах, поднимающих и закручивающих небольшие вихри снега то там — то здесь, а также на вершинах гор и между ними на скатах у их подножия. С достаточной степенью регулярной систематичности он то и дело обращал внимание на экран основного спутникового радара, масштаб которого был выбран с учётом слежения только за интересующей зоной в радиусе нескольких десятков миль. По всей Антарктиде от разных станций, так или иначе, могли постоянно перемещаться различного рода грузовые, строительные, научные и геологоразведочные экспедиции, поэтому отслеживать более объёмное по площади пространство было нерационально. Эберт и Харман, как собственно и Ганс были отставными офицерами ВВС Германии. Немецкое руководство не стало долго плутать в трёх соснах и по показателям результативности всех пилотов Программы за первые два года её существования приняло решение комплектовать новые группы специалистами именно такого профиля. В Германии нашлось бы не очень много людей, чьих предков мужского рода в чётвёртом поколении обошёл бы стороной боевой фронт Второй Мировой Войны, и так же как у Ганса с Йозефом, прадеды Эберта и Хармана являлись ветеранами. Прадед Эберта был лётчиком-истребителем