Алексей Архипов – Антарктический беглец (страница 29)

— А посмотреть нельзя? — спросила она.

— Да не знаю, вообще не желательно наверно, — ответил Миядзаки, — то есть вот именно этого вопроса мы как раз и не касались с нашим управлением, поэтому не лучше надо.

— Ну ладно, жаль, конечно, — раздосадовано ответила Фрэя.

— Не расстраивайся. Приезжайте лучше потом, — и посмотрите и пообщаетесь, он довольно общительный, кстати.

Так они просидели, пока с японской станции не прибыл огромный двухвинтовой вертолёт экстренной службы эвакуации. Вместе со спасателями и техниками основной группы на борту также были Кохэгу Такаги и учёный Ахикиро Танака, который постоянно суетливо и взволнованно следил за действиями службы.

Поверх чёрных костюмов на них были ярко-красные куртки типа «Аляска» с пышным серым мехом по краю капюшона и чёрной эмблемой-логотипом станции «Купол Фудзи» на спине в виде сочетания сложного японского иероглифа с инженерно-технологической тематикой, заключённого в треугольную форму.

Прибывшие на место специалисты путём недолгих манипуляций быстро подняли крышку кабины сновигатора «HIRAN», собрали два раскладных трапа, осторожно извлекли тело биомеханического андройда из

глубоких недр кабины пилота и переложили его в специальный прозрачный мешок-носилки, после чего все очень быстро исчезли внутри вертолёта, который также незамедлительно поднялся вверх и улетел, как только дверь салона захлопнулась за последним из них.

— Ну и что теперь будем делать? — спросила Фрэя.

— База, эвакуация прошла успешно! — начал доклад по рации Миядзаки, — жду подтверждения и дальнейших указаний.

— Эвакуацию подтверждаю! — ответили ему через несколько секунд, — за сновигатором выслан буксировочный вездеход. Вы можете возвращаться на станцию.

— Всё, мы свободны, возвращаемся назад! — с облегчением произнёс Миядзаки.

— Даже как-то скучно сразу стало, — сказал Хэлбокс, — наступил выраженный психологический дефицит приключений.

— Это у тебя от лазания по горам, — ответил Аксель, запуская двигатели.

— Ладно, — скомандовал Джонс, — возвращаемся в свободном режиме!

Сновигаторы по очереди начали расползаться в разные стороны от совсем недавно чрезвычайно активного «Хирана», который остался здесь, посреди холодной суровой Антарктиды в полном одиночестве, как поверженный в схватке с рыцарями античный дракон.

Путь до станции был недолгим и по обыкновению довольно нескучным для Хэлбокса и Вэндэра, а также остальных членов команды, которые периодически переговаривались между собой в эфире на тему последних впечатлений и ощущений от рискованных действий при поимке беглеца. К тому же, свободно двигаясь в отличных путевых и погодных условиях с хорошим скоростным режимом, все члены группы находились в остром предвкушении поздравлений с удачно выполненной миссией, а также тёплого душа, вкусного обильного ужина с употреблением саке и торжественными тостами в комфортной обстановке японского классического дизайна, но теперь уже в абсолютно расслабленной от каких-либо забот и обязательств победоносной форме.

Спустя сорок минут команда уже заходила на стартовый полигон «Купол Фудзи». В холле их ждала целая делегация, включающая многочисленных представителей, как персонала самой станции, так и других служб, базирующихся здесь.

— Позвольте мне сейчас от лица всей Японии, — без помощи переводчика торжественно начал Тахакаси, выйдя на несколько шагов вперёд из общей массы собравшихся, — поздравить вас с победой и удачным завершением этой сложной миссии, а также поблагодарить за неимоверную помощь в сохранении статуса нашего уровня безопасности проведения научно-экспериментальных опытов в сфере новейших технологических разработок будущего. И в знак нашей признательности на память об этой миссии мы хотим преподнести вашей команде этот скромный сувенир. С этими словами он протянул Джонсу позолоченную медаль в виде того самого логотипа станции «Купол Фудзи», который они уже видели на корпоративных куртках Такаги и Танака во время эвакуации Рэя. Медаль была точно такой же треугольной формы размером с ладонь. Её отдельные элементы были выполнены с применением лазерной насечки и гравировки различного рода тончайшими микротекстурами в стиле японской каллиграфии. Сама медаль была уложена в специальный футляр, обшитый изнутри пурпурным бархатом, а снаружи выполненный из натурального красного лакированного дерева. Края футляра были сглажены и закруглены, задняя часть имела плавную округлую форму, в отличие от обычных ровных плоскостей. К футляру прилагалась специальная монолитная подставка такого же исполнения, позволяющая держать всю композицию под углом в сорок пять градусов к горизонтальной плоскости поверхности.

Собравшиеся дружно зааплодировали. Все были счастливы, радостно улыбались, подходили к нашим пилотам и по очереди жали им руки с поздравлениями. Вечером того же дня был устроен торжественный ужин. Отбытие команды на станцию «Восток» было запланировано на следующий день. Это был по истине счастливый и удачный конец в данной миссии, но ещё не все приключения для наших героев в ближайшее время.

ГЛАВА XVI. УТРО СЛЕДУЮЩЕГО ДНЯ

Фрэя проснулась в объятиях Джонса, с явными последствиями вчерашнего торжества. Она аккуратно выбралась из постели и добралась в полумраке до холодильной секции для напитков, откуда быстро извлекла маленькую бутылку с живительной минералкой и с наслаждением выпила половину. Из другого края комнаты послышалось протяжное страдальчески утомлённое «И мне-е-е!». Она взяла с собой ещё одну бутылочку и вернулась обратно в постель.

— Я думала ты спишь, — сказала она Джонсу.

Джонс присосался к бутылке, пока полностью не осушил её до характерного звука мнущегося пластика.

— Я сразу проснулся, когда ты вылезла из кровати, и тоже захотел пить, — ответил он сонным голосом и продолжил спать, перевернувшись на живот и уткнувшись лицом в подушку.

— Ну ладно, — ответила Фрэя и тоже залегла, натянув повыше одеяло.

В половине двенадцатого в дверь комнаты постучали.

— Кто там? — громким голосом спросил Джонс.

Дверь приоткрылась и из-за неё послышался голос Каташи Миядзаки:

— Джонс, тебя вызывают из управления программы, какая-то подполковник Сударева. Я сказал, что ты перезвонишь через пол часа, собирайся.

— Сейчас буду! — резко ответил Джонс и быстро поднялся с кровати.

Он начал в спешке собираться, умываться и приводить себя в порядок, как будто его вызывают на живой разговор, а не на линию удалённой связи. Осушив ещё одну бутылку минеральной воды и, причесавшись, он быстро поцеловал в щёку, ещё спящую Фрэю, и вышел за дверь своей комнаты.

Пройдя по коридору до лифта, он спустился на второй этаж, где располагался центр управления спутниковой связи и сел пред монитором в кресло, где обычно проходили короткие видеозвонки на рабочие каждодневные темы без официальных формальностей. Джонс подождал несколько минут, после чего их соединили.

— Приветствую вас капитан Джонс! — начала своё обращение подполковник Сударева в как всегда подтянутой строгой и очень серьёзной форме, — поздравляю вас с ещё одной успешно выполненной миссией. В штабе высшего управления программы вами остались очень довольны.

— Спасибо, подполковник! — бодро ответил Джонс.

— Теперь перейдём к сути моего обращения к вам, — продолжила она, — сегодня после обеда вы должны будете отбыть обратно на станцию «Восток», однако в связи с вновь возникшими изменениями в программе модернизации технологического сопровождения программы «Полярной навигации» вам и вашей группе приказано прибыть на станцию «Амундсен-Скотт», где вы пробудете ещё какое-то время, пока не закончатся все испытательные тренировки с применением концепции нового вида оружия для сновигаторов, которое будет использоваться в дальнейших проводимых состязаниях. Вам всё понятно?

— Так точно, подполковник! — ответил Джонс.

— Отлично, капитан! — ответила Сударева, — тогда мы в штабе будем ждать от вас и вашей группы ещё одних хороших новостей. Да, и вы можете предать своим друзьям, что перевод денежных вознаграждений за выполненную миссию уже подготовлен и ждёт отправки через несколько часов. Он всех вас порадует, обещаю. Если у вас нет вопросов, тогда всего доброго, капитан.

— Вопросов нет! До свидания, подполковник! — сказал Джонс, после чего их разъединили.

Джонс вернулся в свою в комнату в несколько противоестественных чувствах. С одной стороны он был доволен тем, что получил признание высокопоставленного начальства и имел хорошие новости для своих подчинённых относительно финансовой части завершённой миссии. С другой стороны его несколько напрягал фактор неизвестности на следующем этапе, так как он был плотно связан с очень негативными воспоминаниями о провокационном поведении американского пилота в конце первой миссии, и тут на него опять нахлынули мысли о том неприятном разговоре с Фрэей во время их отпуска в Крыму у Акселя с Кэтрин. Он сел на кровать и задумался.

Фрэя проснулась, обняла его сзади руками, заведя их с боков, и положила ладони на грудь, а голову на плечи.

— Я что-то пропустила? — спросила она нежным сонным голосом, не открывая глаз.

От её волос донёсся приятный запах бальзама-ополаскивателя. Джонс сразу немного подразмяк и расслабился.