Алексей Архипов – Антарктический беглец (страница 19)
— Последние нагрузочные прогревы были сделаны час назад, — сказал подошедший к команде Каташи Миядзаки, — Тахакаси и Такаги велели пожелать вам счастливого пути и удачи. Штурманбот выдаст координаты и определит направление. Наш антарктический беглец находится в двух часах пути отсюда. Сегодня у вас будет возможность почувствовать его резвость и нрав. Характер у него особенный я вам скажу.
И Миядзаки злостно улыбнулся.
— Идти сегодня будем вместе. Я буду постоянно держаться крайней правой стороны, мне так удобнее заходить на атакующий вираж, хотя уверен, что до этого не дойдёт.
— Почему? — коротко спросил Джонс.
Миядзаки ещё раз улыбнулся.
— Этого шустрика здесь пока приходилось штурмовать только мне, — продолжил Миядзаки, — нас вообще двое здесь всего: я и Кен Хаттори по прозвищу «Фризер»(«Freezer»), это покемон такой был в виде ледяной птицы Феникс, если помните. Кен ушёл в отпуск и сломал ногу на горном велосипеде, да и толку от него тут мало было бы, — вам же объяснили позицию? Нужно умудриться окружить Рея минимум с четырёх сторон и держать так, ну я думаю минуты две хотя бы. Это будет очень нелегко сделать, поэтому вот что: держитесь одной группой, не расходитесь далеко друг от друга. В течение первого часа я буду уходить вперёд, а вы догоняйте меня и пусть кто-то из вас попробует меня обогнать. Чей сновигатор самый быстрый?
Джонс подумал немного и сказал:
— Ну, наверно мой и Кэтрин. Но там вообще-то у нас ещё «Progressor» у Хэлбокса не слабый, да и манера езды соответствующая. Тяжело в общем однозначно ответить, но могу сказать, что самый медленный был у Акселя в прошлый раз.
— Ладно, — ответил Миядзаки, — главное с самыми быстрыми определились. Значит, как я уже сказал, в течение первого часа вы втроём по очереди начинаете заходить вперёд и подрезаете меня. Я заодно сравню, что у нас по скорости выйдет. Можете вдвоём пробовать и периодически мешайте мне, — местами меняйтесь у меня перед носом влево-вправо, влево-вправо, а я уже сориентируюсь по обстоятельствам, похоже это будет на захват или нет.
— А что у него за машина? — спросил Джонс
— Да то же самое, что и у меня, — ответил Миядзаки, — да это вообще и не его машина, а Кена. Такой же «Хиран»(«HIRAN»), как у меня, только раскраска другая. Плохо конечно, что со временем мало, — вам бы всем покататься на нём основательно, чтобы понять, какие плюсы, какие минусы, тогда удобней было бы и уверенности больше в действиях.
— А минусы какие на ваш взгляд? — спросил Джонс.
— На мой взгляд никаких, в этом-то вся и проблема, — ответил Миядзаки и снова спокойно так и тихо состроил саркастичную гримасу.
Джонс тоже чуть было не рассмеялся, но вовремя спохватился, ведь речь шла о серьёзном риске.
— Так, ладно я понял задачу, — ответил Джонс, — сейчас объясню всё ребятам подробно, и выдвигаемся.
— Хорошо, давайте! — ответил Миядзаки, — не забывайте главное — я всё время иду справа с самого края, за меня не заходите. Там потом посмотрим, кто из вас самый манёвренный окажется, ему придётся занять крайнюю левую сторону.
— О´кей! — коротко произнёс Джонс.
Через несколько минут команда уже начала грузиться в машины, разогревать двигатели и выходить на старт. Погода была хорошая, за исключением очень низкой температуры за бортом. Наблюдалась небольшое ухудшение видимости в пределах нескольких миль в виде белой полупрозрачной мглы в окружающем пространстве. Диспетчер «Купол Фудзи» проверил радиосвязь с каждым пилотом в отдельности. Группа начинала выдвигаться. Пилоты один за другим в свободном порядке покидали стартовый полигон.
Как только чёрная пирамида «Купола Фудзи» стала совсем маленькой и незаметной где-то позади, а впереди распростёрлась только одна огромная белая долина, в эфире прозвучал голос Миядзаки:
— Приготовьтесь, я начинаю уходить вперёд!
— Хорошо, — спокойно ответил Джонс, двигаясь на скорости сто двадцать узлов.
Было видно, как вдалеке справа маленький силуэт серебристо-чёрного Хирана довольно резво и легко начал ускоряться и быстро уходить вперёд на форсаже.
— Ну что, приступим? — сказал Джонс через несколько минут, после начала тренировочных манёвров.
— Я готов! — ответил Хэлбокс.
— Я тоже готова! — ответила Кэтрин.
— Тогда делаем так! — скомандовал Джонс, — я пойду на обгон первым, вы догоняете нас по бокам, выстраивая треугольник. Фрэя, ты замыкаешь нашу фигуру сзади, образуя ромб, а Аксель и Вэндэр строго держат твой тыл по бокам, образуя основание ромба. Такую фигуру нужно выстроить и сохранять всё время при возможных манёврах идущих впереди, а мы точно будем часто маневрировать.
— Хорошо!
— Я понял! — послышались отзывы в эфире.
Джонс начал отрываться от основной группы и уходить вперёд. За ним, как и положено выстроились Кэтрин и Хэлбокс. На мониторе штурман — локации было видно как двигающаяся красная точка «Хирана» начала уходить в сторону при приближении синей точки «Быстрого Вектора» Джонса. Остальные разноцветные точки также начали корректироваться относительно верхних двух, сохраняя строй.
— Включите режим стабилизации дистанционных интервалов! — скомандовал Джонс, — так будет удобней следить за сохранением расстояния между сновигаторами при манёврах.
— Уже! — ответила Фрэя.
Кэтрин нажала на кнопку режима «СДИ», на экране штурман — локации между точками сразу появились тонкие чёрные стрелки векторов с изменяющимися показателями расстояний. Нажав ещё несколько раз, она добилась оптимальной информативности графического отражения взаимного расположения движущихся относительно друг друга сновигаторов, убрав таким образом лишние линии. Получилась искомая фигура ромба с основанием в виде прямой, на которую было очень удобно визуально опираться, чтобы сохранять свою позицию в общем построении.
Джонс поравнялся с Миядзаки на расстоянии полу мили боковой дистанции и, продолжая выжигать форсаж, начал медленно заходить на угол атаки в сторону его сновигатора, тем самым собираясь подрезать его. Через двадцать секунд манёвра «Хиран» на удивление Джонсу, вопреки естественной логике ухода от подрезания в том направлении, резко снизил скорость и выполнил манёвр навстречу ему, тем самым как бы проскочив под ним и выйдя с другой стороны. Мгновенно исправить ситуацию Джонсу естественно помешала инерция форсажа и он улетел далеко в сторону от линии курса «Хирана». Выровняв машину, он вновь прибегнул к подобной атаке с другой стороны, но и в этот раз ему не удалось поймать и взять под курсовой контроль пространство впереди Хирана, который сразу же уходил в сторону.
— Так, ладно! — послышался вердикт Миядзаки, — меняйтесь местами со следующим. Здесь мне всё понятно.
— Хорошо! — ответил Джонс, — Кэтрин, принимай эстафету!
Они быстро перестроились и Кэтрин начала уходить вперёд, используя форсаж. Она не стала выполнять боковые атаки, а решила просто зайти немного дальше относительно Хирана по прямой, чтобы после этого выполнить выравнивание по его курсу на большой дистанции отрыва, что было бы удобней при его постоянных уходах в сторону. Миядзаки, осознав ситуацию характерного обгона с максимальным уходом вперёд по левой стороне, просто изменил курс в правую сторону и тоже добавил форсажа, увеличив скорость до ста восьмидесяти узлов. Таким образом, Кэтрин всё время оставалась слева, так как преодолеть постоянно увеличивающееся расстояние, чтобы выполнить основательный обгон не получалось даже на форсаже. Через две минуты всем стало ясно, что ни к чему кроме серьёзного удаления от первоначального курса следования до основной цели это не приведёт, и Миядзаки предложил снова поменять атакующего в гонке.
На этот раз блистать профессионализмом наступила очередь Хэлбокса.
— Ну что, Хэл, твой выход! — скомандовал Джонс, — может ты нас чем-нибудь удивишь.
— Давай, посмотрим! — ответил он и прибавил скорости.
Хэлбокс, проанализировав все предыдущие действия, решил поступить по-своему и, также используя форсаж, начал сразу сближаться с «Хираном», чтобы обогнать его в ближнем контакте с ним, тем самым не давая ему свободы для манёвров. Для этого он увязался за ним с очень маленьким отрывом, и гонка приняла совсем другой оборот. Она превратилась в личную дуэль, что тоже не принесло желаемого результата, так как «Хиран» по своим маневровым и скоростным показателям не уступал сновигатору «Progressor» Хэлбокса.
— Ладно, — внезапно сказал Миядзаки, — давайте продолжим нашу основную миссию, так как сейчас мы просто потеряем время. До цели осталось меньше часа, надо отдохнуть и поберечь силы, они нам ещё пригодятся.
— Но мы же ничего не добились, — сказал Джонс, — неужели всё так плохо?
— Да нет, я думаю всё в порядке, — ответил Миядзаки.
— То есть? — переспросил Джонс.
— Ну, мы бы ничего и не добились сразу. Я рассчитывал на это как на случай невероятной и практически невозможной удачи. Посудите сами, мы же не каждый день пытаемся кого-то поймать маневровыми захватами на высокой скорости. Мне достаточно было увидеть технико-скоростные возможности ваших основных сновигаторов и уровень выполнения манёвров пилотами. Так что всё в порядке, будем работать дальше. А вы думали, что мы вот так вот сразу всё сделаем? Я сам ещё не очень ясно представляю себе эту картину. Проблема в командной отработке чётко сложенных манёвров с конкретной тактикой в виде постоянной смены основного атакующего или атакующих. Вы когда планировали этим заниматься, если у нас времени нет ни у кого? Поэтому, видимо, нам предстоит всё это отработать, как говориться уже непосредственно в бою. Самое главное самим не пострадать. Вот, например, если вы будете менять атакующего по кругу, совершая круговое движение вокруг цели, а я со стороны буду выбирать наилучший момент для захвата передней основной зоны перед ней. Таким образом, всё его основное внимание будет направлено на вас, чем я и воспользуюсь. Также мы можем попытаться запустить кого-нибудь из пилотов заднего фланга на максимальный обгон всей нашей основной заварухи по свободной левой стороне. Тем самым, если у него получится, конечно, мы подстрахуем передний фланг на случай выхода цели в образовавшееся свободное окно на форсаже. В общем, пробовать надо и экспериментировать. У нас ещё регламент по нахождению вблизи других станций, не забывайте. То есть так или иначе, в момент, когда у нас может вот-вот что-то получиться, нам придётся резко отступить и прекратить погоню. Рей прекращает движение достигая интервала разрыва в две — три мили, после прекращения преследования.