Алексей Ар – Осевая метка (страница 35)
-Разбейте лагерь. Но без фанатизма. Крыса, проверь ближний радиус. Замес со мной.
Бойцы чуть посветлели лицами. Не хотят ребятки соваться к ячейке – чуют последствия и хотят оттянуть момент истины. Опять же, плохо контролируют эмоции. А умник оживился, готовясь удовлетворить вечный информационный голод. Он без слов подступил к спуску и одним рывком сорвал цепь. Замок звякнул и упорхнул в сторону, не выдержав конкуренции с гео-силушкой.
-А теперь представь, как что-то прыгает на тебя изнутри, - посоветовал я.
Боец осознал и отступил на шаг, торопливо беря оружие на изготовку. Шест, примостившийся по флангу, постучал пальцем по виску – мол соображай камрад, жизнь-то одна. Согласен, иногда мало просто думать, надобно еще и соображать.
Постояли, напряженно прислушиваясь. Вязкая тишина давила на уши. Город точно по сигналу затих, притаился. На наручах требовательно мигнуло зеленым. Не ссать оператор – сказал «а», говори «б».
Я подцепил створку, откинул и прицелился в сумрак подвала. Стертые ступени уводили в глубину метра на три. Резче запахло кислым. Другой вопрос – то химия или а ля натурель? Сенс не показал угрозы, хотя отравляющие вещества могли не попадать под определение флуктуации.
Давай, Джимми, двигай. Пора.
Вдох-выдох. И шаг.
Спустился быстро и сходу мазнул прицелом по углам. Несколько стеллажей, разбитые фанерные ящики, на полу разлито что-то темное. У одной из стен грудой навалена детская обувь. И более ничего. Рядом тяжело задышал спустившийся Замес.
-Че там? – спросили сверху.
-Пусто, - ответил умник. Тише добавил: - Ведь пусто командир?
Я не отрывал взгляда от обуви. Почему, сука, детская? Почему… Хватит, оператор.
Мотнув головой, подступил к кучке и поворошил ногой. Хрен поймешь, но мне и не надо. Прямой угрозы нет, а к запаху уже притерпелся. Сигнал звал в дальний от входа угол, где серели куски бетонной заливки, не затронутые черными пятнами.
Затягивать не стану, потому как подвал откровенно давил на психику. Гляжу, и Замес часто сглатывает, тиская шмалабой. А нам еще спускаться.
Приложил ладонь к полу, чувствуя шершавый холодок текстуры. Прием, железная - персонал прибыл. Кусок пола, под аккомпанемент далекого гула, послушно сместился, обозначив провал шахты 1,5 на 1,5 метра. Лица коснулся легкий порыв воздуха. Эт че? Разница в давлении?
-Командир? – донесся требовательный голосок Ивы. - Статус?
Действует правильно – почти горжусь.
-Лагерь разбейте, - повысил я голос. – Спускаемся.
-Принято.
Металлические скобы в стенке шахты как новые, внизу виден розоватый отсвет. На эталон гостеприимства не тянет, но смене много и не требуется. Проход чист и с виду безопасен. Дело за малым – спуститься.
15 метров глубины одолели под напряженное сопение. Ступили на пол тоннеля и первым делом навелись на узкие нити плафонов, скудно тлеющих у спуска. Сам тоннель невелик - просто обрубок в десяток шагов, нейтральная бетонная пустота. Конструкт привычный, знакомый и почти родной. Врезка в реальность машинерии Аади если правильно понимаю суть.
-Вроде норм, - приободрился Замес.
В голове удивительно ясно, точно с мозгов сдернули пыльный мешок, дозволяя узреть. Я мотнул дулом влево – двигаемся, боец, не задерживаем. И сам пошагал к глухой стене.
Пару хлопков ладонью по преграде оживили древнюю машинерию. Вновь загудело и входной створ в несколько рывков обрушился вниз. Вот и родные пенаты, можно сказать.
Зал в привычном минималистическом убранстве. Рекреационная зона с удобными диванчиками и абстрактными картинками из цветных линий, подсвеченных мягким светом плафонов. Центральный пульт с угловатыми приборами в стиле ретро-футуризма. Монитор, на котором уже кружи лого Аади. Цилиндр операционной кабины, опутанный шлангами, а рядом стойка репликатора. Чисто, пусто и немого уныло.
Замес выдохнул. Прям как точку поставил.
Да уймись уже, железная. Осталось преодолеть метра три, и мы сольемся в электронном экстазе. Вот только есть у меня сомнения – если активность ячейки отследят, то покой нам, сука, только снится.
-Жди, - сказал я Замесу и проковылял к пульту.
Присев на жестковатое креслице, не располагающее к отдыху, несколько секунд изучал зеленый трилистник на экране. И таки озвучил сомнения:
-Прошлый сигнал отследили торговцы. Ячейку скомпрометировали, и она самоубилась. Не хотелось бы повторять, будучи внутри, да?
Приборы ровно гудели, в глубине стен послышалось несколько ритмичных щелчков. А и насрать – оператор предупредил, а остальное пусть решает умница-разумница машина.
-Твою ж... – Я бахнул пятерню в модуль сенс-контакта и приготовился впитывать.
Строчки мелькали, заставляя напрягаться в попытке уловить смысл.
-И тебе не хворать. – Я чутка расслабился.
Машина приняла доклад и среагировала должным образом. Прям симбиоз года. Есть шанс, что люди в черном не постучатся в ворота, отмеченные проклятием Федота. Но шанс – лишь вероятность, так что булки расслаблять не следует.
В глазах мелькали непонятные фантомные мушки. Бесит. И накатившая слабость бесит.
В буковках точно притаился электронный испуг. Что машина, боишься опять остаться одна? Когда цель близка и все такое. Я поднялся и принялся медленно разоблачаться.
-На процедуры? – встрепенулся Замес, примостившийся на диванчике.
-Бди. А лучше сходи проверь команду и бди.
-Само-собой.
Операционная кабина раскрылась с тихим шорохом. Манящая глубина с розовыми отсветами чертовски притягательна, держу в курсе. Хочется свернуться калачиком и выпасть из реальности. Но придется постоять, слушая как активизируется машинерия за матовыми створками.
А затем сознание тупо выключилось. Как по щелчку.
Почти вежливо, как по мне. Я прислушался к ощущениям. Разница есть, скрывать не стану - и хорошая такая разница, точно операторское тельце напичкали стимуляторам по самое не балуйся. Хочется творить и насаждать. Во мне было до хрена боли, с которой уже почти сроднился. А теперь ниче так – бодренько.
Самоанализ отложим на потом. Есть приоритеты, машина права. А значит вновь добро пожаловать на контакт.
Ладонь под сенсор контактом кольнуло, и мышцы свело короткой судорогой.