Алексей Ар – Осевая метка. Шехар (страница 12)

-Да там... - начал Замес оправдывающимся тоном.

-Не, не, пусть сходят, насладятся, - перебила друга Ива.

И вот уже помывка не помывка - не то качество, не тот уровень для просвещенных душ. Я молча дал отмашку Шесту, подхватил собранные вещи и шагнул за порог. Намеки мне не нравятся, а зубоскалить не хочется. Лучше, как говорится, нагрянуть и оценить.

-Помнишь куда идти? - оглянулся я на подопечного.

-Да там не сложно, - успокоил боец и бодренько зашагал по улице.

Пока идем, есть шанс присмотреться к ближнему окружению дома. Иными словами, к другим домам, почти ничем не отличавшимся от пристанища смены. Срубы, модульные конструкты, каменные коробы, сложенные в приступе нелюбви к удобству, вагоны и контейнеры, переделанные с долей фантазии. Грязь, чернота, сумрак и тяжелый дух, что сочился из подворотен, расписанных непритязательными художествами. Люди - человеческий планктон в извечном напряжении. И неплохой такой эмоциональный контраст, складываемый из агрессии и апатии. Один плюс - в трущобах легко затеряться.

Пару-тройку улочек и перекрестков миновали, не сбавляя темпа. Окрестные развалы стали чуть почище, а пространство меж зданиями - чуть пошире. На вывесках торговых точек виднелась уже не просто пара корявых слов, а почти композиция со смыслом.

-Вот, - тощий ткнул в композицию, составленную из трех пассажирских вагонов.

По мне, так просто ржавая железная колбаса, обложенная мусором и кустарниковым сухостоем. Пахло гнильем и тухлятиной.

-Баня, - прочитал я над входом. Кратко, лаконично, по смыслу.

Ну что сказать, помылись мы быстро и почитай дешево. Отскребли мясной храм, хоть и словили негатива от сервиса, а точнее от отсутствия такового. Рябой мужик преклонных лет получил плату, ткнул кривым пальцем в кабины и растворился в сумраке. Но лучше так, чем никак, согласитесь.

-Реально Сранька, - процедил тощий, на прощание засадив дверью об косяк. Из глубины вагона послышалось злобное бормотание.

-Ты чист и просветлен, - попенял я бойцу.

-Да?

-Даже не сомневайся. А теперь идем.

Все познается в сравнении. На нас приличный хоть и мятый прикид цивильного кроя, лишняя сбруя упакована в рюкзаки. Мордахи чистые, хоть и подсвеченные синяками. Образы целостные и без мутной гнильцы - на тощего глянешь и сразу понятно, чем озабочен человек по жизни. А значит самое время проверить, насколько далеко сможем продвинуться к Оси, если тупо зашагаем в нужную сторону.

-Не напрягайся, - посоветовал я подопечному. - Идем, смотрим, наслаждаемся видами. Пилигримам положено.

-Ладно, - в походке Шеста что-то неуловимо изменилось. Не знаю, кого он пытался изобразить, но я бы к этому подходить не рискнул.

Первый квартал, второй, третий. На улицы наползала чистота, стены набирали высоту, а геометрия построек - правильные очертания. Акустическая картина преисполнилась деловитости, а местами - празднества. Контингент стал выглядеть приличнее и вести себя более чопорно. И только черные кляксы патрульных не меняли расцветку, продолжая насаждать порядок.

Минут через сорок гвардейцы стали на нас коситься, присматриваться, а через пятьдесят - остановили и резким лающим тоном затребовали метку. Я предъявил, изучая виды впереди, слагаемые из стали, пластика и стекла. Почти мегаполис, если в первом приближении. Ярко, зализано и шумно.

-Валите назад, - буркнул патрульный, возвращая бляху. - Дважды повторять не стану.

Конечная, что называется. Проходящие мимо граждане, смотрели неодобрительно и почти брезгливо. Согласен, контраст разителен – позиционируя себя солдатами удачи, мы неумолимо проигрывали бойцам наймитам, что периодически попадали в поле зрения. Да за их броню, облагороженную непонятной символикой, можно купить зону попроще и не беспокоиться о будущем. Падла, аж завидно.

-Что-то непонятно, черти? – подступил патрульный.

Тощий проводил взглядом горожанина на велосипеде, с веселым звоном свернувшего в ближний проулок:

-Велосипед командир. Ты обещал.

Я одобрительно похлопал бойца по плечу:

-Уважаю. Реально уважаю.

Оставив позади чутка удивленного гвардейца со товарищами, мы развернулись и неспешно побрели в обратный путь. Тест пройден, хоть и с отрицательными результатами. Но будем думать, да.

Окончание главы 4)

Глава 5

Ограниченный доступ в святая святых для граждан с пониженным социальным статусом - почитай обыденность для общества, мнящего себя развитым. Говоря простым языком – говну место у параши, что наглядно продемонстрировали товарищи гвардейцы. Да и встречные-поперечные цивилы не гнушались морщиться при виде потрепанных жизнью пилигримов. И ведь главное, сука, не боялись проявляться.

-Нужны адхары, - сделал вывод Шест, минуя очередной перекресток.

Я кивнул. Проблема и впрямь не первостатейная - стоит накинуть образ поприличнее да цацки побогаче, и граждане расцветут приветственными улыбками. Другой вопрос - где смене добыть наличность? Но забегать вперед не будем - сработаем последовательно.

Вернулись в отвоеванное гнездышко минут за 40, чуть попетляв по окрестным улочкам. Знание местности также запишу в насущные задачи. К слову, никаких значимых маркеров не нашли – лишь черно-серое полотно с оттенками коричневого. И смазанные напряжённые взгляды обывателей, старавшихся торопливо пройти мимо.

-Встречаем, - по-королевски шагнул за порог тощий.

Бойцы нашлись в комнатке, смежной с кухней – оккупировали лавки, наспех собранные из подручного материала, и выжидали. Во дворе что-то усиленно скрипело.

-И как? – с ехидцей спросила Ива.

-Стали чище, - прищурился я. – Ты, кстати, уже отжалась?

-А?

-Замес, ты какого хера не проследил? – грозно выдвинул челюсть Шест. – Командир, когда уходил, отдал четкий приказ - всем по тридцать отжиманий.

-А?

-По тридцать? -удивился я.

-Так я не расслышал, - неопределенно махнул рукой тощий. – По пятьдесят?

-Да поняли уже, - буркнула мелкая и сползла на пол. В ее исполнении отжимания – лишь короткий смазанный вихрь.

-И хрен сосчитаешь, - уважительно кивнул костлявый.

Остальные пыхтели чуть помедленней. Понаблюдав за подопечными для придачи весомости посылу, я вышел во двор. Нехай бойцы перетрут между собой в неформальной обстановке, а излишняя фамильярность с командиром чревата. Субординацию уважаю – в меру, но уважаю.

У отданного проводникам сарайчика уже обозначилось свободное пространство, на котором тихо потрескивал костерок, обложенный кирпичами. Рядом приткнулась мятая закопченная утварь и пара кусков бетона под седалища. Другое дело, что весь мусор перебазировался к оплывшей бадье, где тлели обломки. По мне, срач просто локализировался.

-Есть предложения, как избавиться от лишнего? – спросил я у Вымпела, настороженного замершего у входа в сарай. Рядом возник пыхтевший Шибзик с доской наперевес.

Отец с сыном переглянулись и слово взял малой:

-Можно дернуть службу утилизации, но придется раскошелиться. А можно позвать старьевщиков.

-Старьевщиков? - переспросил я терпеливо. За спиной послышалось учащенное дыхание любопытствующих бойцов.

-Старьевщиков, - охотно подтвердил пацан.

Помолчали с пяток секунд. Дополнительно информации не поступило. Я вздохнул:

-Кто такие и в чем плюс?

-Так собирают бесхозное, ненужное. Что поприличней пускают в обиход, остальное перерабатывают. Тем и живут. За подгон только спасибо скажут.

-Зови, - согласился я, обводя взглядом развалы. – У нас есть.

Пацан подорвался с низкого старта -только подол серой курточки мелькнул в проулке. Вымпел укоризненно покачал головой и спросил:

-Я продолжу?

Ива показательно вздохнула и была проигнорирована. Я махнул рукой, мол продолжай, и приготовился ждать. Бойцам посоветовал заняться делом и не нависать, пока командир добрый.

Пацан управился за полчаса, вернувшись в сопровождении… А вот тут я слегка засомневался с определением. Показалось, что во двор проник десяток сухих – тощий снулые фигуры в тряпье, вяло передвигавшие ноги. На заостренных грязных лицах некая посмертная отрешенность, легко принимаемая за дебелость. И потаенный вечный страх забитого зверька в глазах.

-Это что? – лаконично спросила Ива. - Да куда ты меня?!

Замес задвинул ее внутрь дома. Не обращая внимания на возню, я чуть придвинулся к группе и передо мной как черт из табакерки возник малой:

-Старьевщики, - представил он.

-Они типа живы? -уточнил я, изучая композицию.

-Грешно, - проскрипела передняя мумия. – Не обидь.