Алексей Ар – Инициация (страница 41)
Звук падения тел Николай воспринял с легким удовлетворением.
Все просто! Чешуйчатый обогнул повозку. Глубоко вдохнул и занял ударную позицию. Согласно расчетам, враг появиться из-за повозки через несколько секунд…
Маневр уклонения бросил Николая под телегу. Пусть бронированные недотепы встретят пустоту, их цель тем временем перекатится к борту, где нет угрозы. Нет?! Николай чудом заметил дугу стального выпада и извернулся, ткнувшись ухом в прутья клетки. Вражеский меч скользнул вдоль груди, едва не достиг тела пленницы. А она даже не вскрикнула, хоть и почувствовала близость смерти.
Охотник волевым усилием погасил боль от раны. Необходимо забыть обо всем и сосредоточиться на новой троице противников, сталь бросить на сталь…
— Ты умрешь!
Черный филигранно вывел клинком ударную кривую.
Между столкнувшимися лезвиями холодом вспыхнули искры.
Стоп! Уход, с использованием борта телеги в качестве опоры, швырнул Николая в кустарник, благоухающий розовыми цветами. Треск и пустота… Где враги?!
Мертвы.
Рос огляделся. Победа за ним, и цена приемлема. Пара синяков и царапин сойдут к вечеру. А вот новую куртку жаль — Средоточие кромсало одежду в темпе циркулярной пилы.
С неприметной усмешкой Николай придвинулся к повозке и от увиденного мгновенно посерьезнел. Прижавшись ко дну клетки, девушка испуганно смотрела на то, что ей мерещилось во тьме. Справа чуть взбрыкнул конь, и она моментально развернулась…
— Кхм, — кашлянул Николай. Ставшая привычной «маска» удалена за ненадобностью.
Девушка, на удивление, обрадовалась.
— Кто вы?
— М-м… друг.
Он понял, что ему импонирует улыбка собеседницы. В ней, как и в ее хозяйке, присутствовал свет — непонятный, но определенно умиротворяющий.
— Сейчас освобожу.
Иллитерий без труда перерубил замки. Дверца клетки со скрипом открылась, но реакции на протянутую Николаем руку так и не последовало.
— Я не вижу, — разобралась в причинах заминки леди. — Простите.
И она извинилась! Сказала о веской проблеме столь обыденно и попросила прощения. «Чудная», — покачал головой Николай, касаясь ее запястья. Остальное дело нескольких секунд. Он бережно помог девушке выбраться на волю и подсадил в седло. Затем, особо не церемонясь, покидал мертвецов на телегу.
— Они мертвы, да? — по-детски округлила рот недавняя пленница. — Надо похоронить.
— Не нам.
Николай подстегнул запряженных лошадей — вскоре повозка скрылась за поворотом. Расклад пока обнадеживал. Следы он убрал, препятствий впереди не предвиделась, новоявленная спутница успокоилась. Но стоило Охотнику взгромоздиться в седло позади девушки, как его рука мгновенно оказалась во власти ее пальцев.
— Вы рядом… Простите, не знаю, как вас зовут.
— Ник.
— Я Тэо, дочь правителя Брита. Но вам, наверное, неинтересно. Я слышала истинных рыцарей не интересуют ранги и сословия.
Николай перебирал взглядом пятна темневшего неба, стараясь не обращать внимания на фантазии попутчицы. Она вольна думать о нем и мире в каких угодно оттенках. Дочь правителя… Каков шанс встретить венценосную особу при первом спуске на берег? Каков шанс спасти ее из рук захватчиков? Ситуация Николаю резко разонравилась. В совпадения он не верил. Но для построения жизнеспособной теории заговора не хватало данных.
— Куда мы едем?
— Туда, откуда вас привезли, — не задумываясь, ответил он.
— Но мне нельзя обратно в город. — Девушка беспомощно улыбнулась.
— Сам знаю, — буркнул Охотник. В Брите девушек сажают в клетки.
Он осмотрел лесной сумрак на предмет подходящего для лагеря места. Устроит любая полянка — не слишком удаленная от дороги и, вместе с тем, сокрытая от посторонних взоров. Спустя минут десять различил за деревьями уединенную лужайку, точно созданную для отдыха. Мягкий травяной ковер и парочка поваленных деревьев, чьи вывороченные корни могли обеспечить укрытие путнику.
— Поворот, — скомандовал Николай. — Устроимся на ночлег, и вы мне все расскажите. А дальше посмотрим.
— Конечно. — Она доверчиво кивнула.
Он мечом раздвинул полог ветвей и осторожно направил коня вперед. Головы мягко коснулись еловые лапы. Охотник спешился, на миг позабыв о слепоте спутницы. Лишенная возможности последовать его примеру она скромно кашлянула. Ее протянутая рука уткнулась в смолистую кору и дрогнула.
— Не доглядел, — опомнился Николай, бережно помогая Тэо спуститься на землю. Какая она утонченная — хрустальный цветок, а не девушка…
— Я уже внизу, — покраснела она.
Охотник торопливо убрал руки с ее талии. Выругал себя за несообразительность и отвел даму к импровизированной древесной скамье, затем развел костер, мгновенно отбросивший тьму прочь, и молча направился в глубь леса. «Окликнет», — настила мысль. Вот сейчас… Единственные звуки окрест — шорохи и скрипы. А большего и не требовалось. Нескончаемая лесная песнь символизировала близость ужина. Оставалось только мобилизовать охотничьи способности…
К костру Николай вернулся с добычей. Еще на подходе к оранжево-багровому трепету пламени осознал, что обстановка изменилось. Пламя бросало на стену деревьев излишне резкие контрасты, да и сама поляна разительно преобразилась. У навеса корней появились неровные охапки ветвей, собранные Тэо.
— Ник. — Как ни тихо он двигался, она услышала.
— Ты поработала, — кивнул Охотник. Сам не зная почему, добавил: — Молодца.
Она вспыхнула улыбкой… и украдкой потерла правую руку. Видно, ею и подбросила в костер дров. Николай присел подле дамы и грозно нахмурился.
— Руку покажи… Не эту, правую.
— Мне не больно, — торопливо сказала она, изучая никому неизвестную даль.
Пустая, но милая бравада. Николай терпеливо занялся лечением. Потратил три бэрга на мазь из неведомого уголка Средоточия. Сказать кому — не поверят. Местные, знакомые с нравом приближенного Кронуса, — наверняка. Тэо улыбнулась и ночь отступила, столь лучезарна улыбка.
— Могу я…
Здоровой рукой она коснулась его лица. Почувствовала согласный кивок. Ее пальцы крыльями бабочки скользнули по щекам, лбу, носу…
— Сила, благородство, ум…
— Как насчет злости, зашоренности и кретинизма? — отстранился Николай. Ему хотелось есть, а может быть даже и жрать.
— Таких не чувствую, — снисходительно улыбнулась она.
— Вот только не надо так улыбаться. Терпеть не могу.
— Простите.
Ее любимое слово. Рос досадливо фыркнул и занялся дичью, вертелом и прочими атрибутами кулинарного искусства.
— Десять склянок, время хав… есть.
Он разделил жаркое и весь отдался процессу насыщения.
Чего у Средоточия не отнять — это таких вот моментов. Причудливые тени извивались среди кустарника и деревьев, потрескивали дрова, пахло дымом, чьи белесые ленты тянулись к звездному небу. Ночные птахи выводили замысловатые трели, гармонирующими с золотистыми в свете костра чертами спутницы.
Она ела… Подобной высоко-эстетичной и спокойной работы челюстями Николай не видел ни у кого. Это расслабляло. Да что там говорить — даровало необъяснимый покой. Включись рядом генератор счастья, он бы и то не оказал более яркого воздействия на разум Охотника, снедаемый противоречиями.
— Я слышал, в Волонии беспорядки, — нарушил молчание Николай.
Ему требовалась информация, чтобы элементарно выжить при новых вводных, но при виде потускневшего лица Тэо он тут же проклял себя за несвоевременный интерес.
— Я расскажу. — Девушка сгорбилась и замерла. — Как ты, наверное, знаешь, Волония — страна городов. Ее название с древнего хардайского так и переводится… Как сотня государств в одном. В каждом из городов своя армия, свой правитель и свои порядки. При необходимости города объединяют силы, но происходит это столь редко, что многие уже не помнят Единую Волонию… Тебе интересно?
— Я бы записал, да бумаги нет.
— Тогда к главному, — виновато сказала Тэо. — Брит один из крупнейших городов в округе — великий, древний, непоколебимый и мудрый. В годы правления моего отца Рата город достиг небывалого расцвета, но… Все рухнуло в один момент. Рата предал брат, — поникла девушка. — Добряк Кон… Знаешь, на праздник первой листвы, он всегда дарил мне игрушки. А потом… Я до сих пор не верю в его измену, просто не верю.
— Мир способен удивить.
— Нет, — отчаянно тряхнула она головой. — Должно быть, кто-то повлиял на Кона. В народе поговаривают о маге, чье имя — Тень…
Пламя костра приникло к земле, затих лес. И никакой видимой опасности. Доверяя охотничьему чутью, Рос постарался успокоиться и вернуться к речам собеседницы.