Алексей Антонов – Ёж (страница 9)

– Ты там привидение увидела? – Сандаль подошел к ней и помог снять с плеча треногу. – Ты куда так разогналась?

– Блин, ребят, было чувство, будто кто-то идет за мной, клянусь, он был за моей спиной! – Юля положила теодолит на землю прямо там, где стояла, какое-то неприятное ощущение незащищенности звенело тонким неприятным звоночком в голове.

– Не пугай меня, – Женя была известной трусишкой, и всякие страшные истории на ночь глядя ее совсем не радовали, – не было там никого, это все у тебя в голове, – она покрутила пальцем у виска, – нефиг ночью по тайге бродить, я еще засветло сюда пришла.

– Юль, я слышал, как ты ломишься через тайгу, кроме тебя, там никого не было! – Миша усмехнулся. – Может, конечно, и был, но крался как вампир, тихо и бесшумно.

– Вы задолбали, хватит пугать! – Женя уже не шутила. – Вы же знаете, не люблю я эти истории с кошмарами, идите есть лучше.

– Боря не пришел еще? – Юля подошла поближе к костру, рядом с ярким пламенем было как-то поспокойнее.

– Не могу с ним связаться, похоже, аккумулятор у его рации сдох, он еще на Большой земле барахлил, заряжался в ползаряда. – Сандаль подошел к своему рюкзаку и извлек из него капитанский ром, который остался у него еще со времен, когда они с Борей работали в окрестностях Владивостока. – Апперитивчик, девчонки? – Он поднял руку с бутылкой рома вверх, привлекая к себе внимание прекрасной половины их экспедиции.

– Жги, Миша, мне как раз не помешает, – Юля плюхнулась рядом с костром и взяла банку тушенки, уже заботливо открытую Женькой. – Где Боря-то потерялся, я видела, как он с точки снялся вместе со мной, – она посмотрела во тьму, которая уже полностью поглотила тайгу, и в свете костра были видны только стволы деревьев, окружающих поляну.

– Сначала заинтриговал вечерними разговорами, теперь в лесу запропал. – Женя капризно надула губки и приняла алюминиевую кружку с ромом из рук Миши.

– Боря – мальчик большой, не переживайте, не потеряется, – Сандаль вручил вторую кружку Юле, – ну что, за прекрасный ужин в самом романтическом месте на земле! – Он поднял свою кружку вверх и, не чокаясь, выпил. – Хороший ром, однако.

Юля и Женя медленно потягивали огненную жидкость, все-таки ром был достаточно крепок и залпом его выпить, как Миша, они не могли. Они быстро прикончили по банке тушенки, и Сандаль плеснул себе рома в кружку.

– Что за разговор-то у него к нам? – Юля взяла сигарету у Миши и закурила, не было ничего лучше в этот миг, чем долгожданная дымящая палочка. Ром приятно согревал внутри, и недавние страхи ушли куда-то за невидимый горизонт. Втроем они полулежали вокруг костра, смотрели в его теплое изменчивое пламя и медленно вели беседу.

– Да так, ничего особенного, – Сандаль решил отмалчиваться, – придет, все сам расскажет.

– Что он там, грибы что ли собирает? – Голос у Женьки был уже весьма захмелевшим, со своими сорока килограммами она могла не пить ром, а просто его нюхать, эффект был бы тот же.

– Ну да, грибы, чем ему еще заниматься? – Миша приподнялся на локте и окинул тайгу взглядом. – Ром скоро подойдет к концу, будем грибы курить для настроения по вечерам. – Он вновь кинул взгляд в темноту.

– Что там, Миш?

– Идет вроде кто-то… – Сандаль встал и придвинул карабин поближе. В этих краях без оружия человек себя чувствовал, как нудист на Красной площади. Миша повсюду таскал с собой принадлежавший еще его отцу карабин. Рос Гео же, в лице начальника их отдела, вручил каждому из них по травматике, с девочками был проведен строгий инструктаж по пользованию оружием, и даже по прибытии «в поле» ими была произведена пара-тройка выстрелов по листикам на деревьях. Ни та ни другая не имели разрешения на ношение травматического оружия, но, благо, в тайге все эти бумажки проверять было попросту некому.

– Боря, наверно? – Женя придвинулась ближе к огню, ее еще в аэропорту Миллениум напугал диким зверьем, обитающим в тайге, и она инстинктивно тянулась к спасительной соломинке.

– Может, и Боря, – Миша снял карабин с предохранителя, его фигура выделялась на фоне костра темным пятном, он был спокоен, но палец на курок положил, – а может быть, и мишутка забрел.

– Хватит жути наводить, – Юля тоже встала с земли, – Боря топает наверняка, медведь бы шума наделал тут. – Она улыбнулась, глядя на Женьку, глаза последней расширились и стали похожи на два бездонных озера, в которых играли блики горящего пламени.

– С мишками у меня особые отношения, – Сандаль весело усмехнулся, – как-нибудь расскажу вам эту историю.

– Вы б еще красную дорожку мне постелили, – из темноты тайги на поляну вышел Миллениум, – чего повскакивали, это всего лишь я. – Боря посмотрел на Юлю с Женей, потом перевел взгляд на Сандаля. – Я понимаю, девочки напуганы, но ты то, стреляный патрон, чего напрягся?

– Мало ли, был бы один, не напрягался бы, за девчонок страшно. – Миша поставил карабин на предохранитель и опустил его на землю. – Мало ли кто тут шляется по ночам.

– Капитанский, смотрю, распечатали, – Миллениум присел у костра и взял в руки банку тушенки, – наливай!

Миша достал ром и плеснул огненной жидкости напарнику.

– Э-э-э, не, девочкам хватит, – остановил его Боря, когда тот уже было потянулся к кружкам спутниц, – завтра я их собирать по частям не собираюсь, нам придется немного ускориться.

После прихода Миллениума стало спокойнее, Юля расслабилась и опустилась на начинающую остывать землю. Тайга теперь казалась не такой уж и страшной, все дикое зверье отошло на второй план, и можно было готовиться ко сну.

– Ты с нами о чем-то там поговорить собирался. – Женька тоже расслабилась, вытянула свои аккуратные ножки поближе к огню и посмотрела на Борю.

– В общем так, дамы и господа, новость не сильно приятная, но и плохой ее не назовешь, – он сунул вилку в банку с тушенкой и отправил в рот добротный кусок мяса, – в этих дебрях мы не совсем одни, по чести сказать, раньше меня бы это не взволновало совсем, но нынче ситуация иная.

– В смысле? – Юля пристально посмотрела на руководителя их маленькой группы, слегка приподнявшись на локте.

– По порядку, – Боря дожевал тушенку и залпом выпил ром, плескавшийся на дне его кружки, – утречком, обозревая окрестности в теодолит, видел дым, километров пять на запад, может, чуть больше. С одной стороны, ничего страшного, с другой – народец в этих краях попадается разнообразный: от беглых зеков до бабушек божьих одуванчиков, забуряющихся в тайгу на недельку другую грибочки пособирать.

– Ну, бабок мы не боимся, – Женя улыбнулась, – от зеков вы нас спасете, – она бросила недвусмысленный взгляд на Борю, – к тому же до них пять километров, не выйдут ведь они прямо на нас.

– Мы идем медленно, охотники же или браконьеры передвигаются гораздо быстрее, – вмешался в разговор Сандаль, – тут вариантов много, они могли уйти за день дальше на запад или обогнать нас в северном направлении.

– Но и могли перехватить наши переговоры, знаешь ли, девичьи голоса в глухой тайге могут подстегнуть бурную фантазию какого-нибудь отшельника, не видевшего женщину лет эдак пару. – Боря строго посмотрел на девчонок. – Слишком уж бурно у нас кое-кто засоряет эфир, да и не первый раз, когда из-за практиканток возникают проблемы, вспомнить только Алену.

Сандаль громко рассмеялся при одном только упоминании об Алене, собственно, именно этой девице он был обязан приобретенной кличкой в честь ботинка с дырами для вентиляции.

– Я убью тебя, Боря, – проговорил он, давясь смехом, – нельзя же так без предупреждения о ней говорить, это же как контрольный выстрел в голову.

Боря тоже рассмеялся, девочки недоумевая смотрели на своих спутников, которые сквозь смех пытались обмениваться какими-то отрывочными фразами, и каждая фраза вызывала новый взрыв смеха.

– Вы чего, ребят? – Женька решила прекратить это бурное веселье, оставившее ее за бортом внимания мужского пола. – Расскажите хоть, в чем дело-то, что за Алена?

Ее вопрос вызвал новую волну смеха, оба покраснели от напряжения, казалось, они сейчас задохнутся от нехватки кислорода.

– Не могу больше, – еле выдавил из себя Сандаль, – не поминай ее имя всуе.

– Подождем минут пять, пусть успокоятся, – Юля смотрела на всю эту картину, и у нее сама по себе на лице появилась дурацкая улыбка, уж больно заразительно смеялись ребята, она уже предвкушала интересную историю, которой с ними поделится Миша, рассказчик, умеющий погрузить человека в мир своих воспоминаний и оставляющий ощущение просмотренного фильма. Она хотела было вновь закурить, но решила поэкономить сигареты, как-никак, до ближайшего города со странным названием Еж им было не меньше пяти дней пути.

Спустя минут десять ребята успокоились.

– Миш, плесни рома, а? – Боря умоляюще посмотрел на спутника. – Я не хочу жить до трехсот лет, но чувствую, каждое упоминание об Алене продляет жизнь лет на двадцать, надо срочно нивелировать положение в организме.

Сандаль достал бутылку капитанского и налил всем граммов по тридцать, на этот раз Боря не возражал против того, чтобы девчонки выпили с ними за компанию.

– В общем, девочки, о чем я хотел сказать, кто бы тут ни бродил с нами, рации держим включенными весь день, эфир не засоряем, голышом не скачем, – он выразительно посмотрел на Женьку, та кивнула в ответ, понимая всю серьезность ситуации, – травматику держим под рукой, и главное, если что, сразу орите в рацию «мама».