Алексей Андреев – Последний сын (страница 49)

— Да.

Старик одобрительно кивнул.

— Она хорошая, — помолчав немного, он продолжил: — Одна сына подняла. Муж от нее ушел, когда сын был еще совсем маленьким. Поехал искать работу в большой город. Больше о нем ничего не слышали. Нина долго ждала его. Брала сына на руки, выходила к дороге и стояла.

Рыбак повернулся к морю.

— Что вас туда понесло-то?

— Уплыть хотели, — признался Телль.

Старик нахмурился. Отец мальчика не шутил.

— Тогда вам повезло. Вы живы.

Телль с досадой бросил ветку в огонь. Им бы повезло, если бы они с сыном добрались до другого берега. Теперь же — ему жить, а Ханнесу… Выход тут только один…

— Поможете нам отсюда уплыть? — решился Телль.

Старый рыбак безнадежно покачал головой.

— Нельзя отсюда уплыть.

— Мне сына спасать надо, — просил Телль.

Рыбак подошел к Ханнесу.

— А что с ним? — наклонился он над спящим мальчиком.

— Он не слышит.

— Понятно, — с сочувствием сказал старик.

Подкладывая в костер ломающиеся в руках ветки, он смотрел на пламя и думал.

— Нет, — после долгого молчания ответил рыбак.

Телль видел, что старику непросто далось это слово.

— Мне не жалко. Мне и терять нечего, я один. Но вы… Мы просто не доплывем. Мне ваша жизнь не нужна.

К их костру бежала по дороге хозяйка. Рыбак поднялся ей навстречу.

— Нина! Вот, вышел пораньше, а тут твои, — показал старик рукой на Телля и Ханнеса.

— Нашла вас наконец, — остановившись, хозяйка наклонилась, чтобы отдышаться. — Как вы? Что с мальчиком?

***

Ханнес проснулся ближе к обеду. Он лежал у себя в постели, под двумя одеялами. В ногах кололо и щекотало. Ханнес вытащил их — они оказались в теплых шерстяных носках.

Отец сидя спал на своей кровати, откинувшись к стене.

— Папа, — позвал Ханнес.

Телль вскочил, но увидев, что у сына все в порядке, опустился обратно на кровать.

— Как ты, сынок? Ты бы не вставал.

Сев на стуле возле Ханнеса, Телль потрогал ему лоб.

— Да все хорошо! — улыбнулся сын.

— Я вижу, — согласился Телль.

— Есть хочется, — потянулся Ханнес.

Проснувшаяся поздно хозяйка не успела сделать им завтрак, сразу поспешив на работу. Разогрев сковородку, Телль поджарил лук и залил его яйцами. Съев тарелку, сын попросил еще. Телль поставил перед ним свою половину яичницы.

— Нет, это твое, — покачал головой Ханнес, отодвинув тарелку отца.

— Ешь, я еще сделаю.

— Тогда я помогу.

Сын начал было чистить лук, но вскоре уже ничего не мог видеть из-за слез и рези в глазах. Телль подвел Ханнеса к раковине. Включив воду, он стал умывать сыну лицо.

— Сам! — недовольно крикнул Ханнес.

Телль затрясся от смеха. Когда у Ханнеса все прошло, в его тарелке была новая яичница.

Поев, сын пошел в комнату. Телль стал убирать со стола и мыть посуду. Вернувшись, он увидел, что Ханнес смотрит в окно на улицу.

— Папа, — тихо позвал сын.

Подошедший Телль опустился перед ним на корточки.

— Давай сегодня далеко не пойдем, — предложил сын.

— Я думал, мы вообще проведем день дома, — удивился отец.

— Нет. Когда я еще увижу море?

Слова эти поразили Телля. Он готов был броситься к сыну, схватить его и унести далеко-далеко. Но Телля хватило лишь на виноватую улыбку. Похлопав сына по плечу, он отправился готовить обед к приходу хозяйки. Все же, она ночью сбилась с ног, разыскивая их.

Хозяйка пришла немногим позже обычного. Спросив, как мальчик, она принялась доставать на стол пузырьки, таблетки, горчичники.

— На всякий случай, — объяснила хозяйка.

Заметив на плите кастрюлю со сковородкой, она осторожно приподняла их крышки.

— Что там у вас получилось?

То ли жареная с луком картошка была действительно такой вкусной, то ли просто хозяйка давно не пробовала еду, приготовленную не ею самой, — ела она с удовольствием.

— Ну, уж посуду давай я помою, — медленно поднявшись из-за стола, хозяйка стала складывать в раковину тарелки.

— Нина, — Телль впервые назвал ее по имени. — Мне нужно спасти сына. Помогите нам уплыть отсюда.

Хозяйка оставила тарелку. Вытерев руки, она опустилась на стул, скользнула взглядом по скатерти стола и наткнулась на ноги Телля. Нина понимала, что ему очень нужен ее ответ. О том, чтобы помочь мальчику, она уже думала.

— Я не знаю, как это сделать, — беспомощно призналась Нина.

— Неужели никто не может переплыть это море? — не верил Телль.

— Могут, но никто не позволит, — глядя перед собой, говорила Нина. — Они будут стрелять. А потом принесут венок на похороны. Скажут, что исполняли свой долг и украдкой сунут денег.

— Я тоже могу дать денег. У меня есть.

Нина взглянула на Телля так, словно тот сказал лишнее.

— Кто из-за денег согласится — первый тебя и сдаст, — ей было странно, что этот взрослый мужчина не понимает столь простые вещи. — Тут нужен тот, кто хочет помочь, а не заработать.

Руки Нины перебирали бахрому скатерти стола.

— Я хочу помочь тебе и твоему сыну. Но я знаю, что это невозможно, — с болью сказала она. — Тот рыбак, который вас спас, — и он ничего бы не сделал.

Поднявшись, Телль задвинул стул.