Алексей Александров – Первый маркграф (страница 3)
Дирижабль, особенно боевой, в этом плане ближе к паро-магическим големам. Имеет по всему «скелету» сложную систему рунных цепочек, и при условии магической подпитки от штатных магов, обладает неплохой защитой.
Даже транспорт «Буревестник», на котором я в Вольную марку прилетел, при атаке стаи виверн довольно долго держался. А тут краса и гордость империи – флагман воздушного флота. И лезть на него со стандартным экипажем, особенно учитывая тот факт, что на борту свита третьего принца… Это поступок не столько храбрый, сколько глупый. Конечно, островитяне не дураки, и взяли на борт усиление. Но прийти они могли только из одного места – маленького островка в Зеленом море, на котором расположена крупная военно-морская база. А ее резервы не безграничны. Даже если они выгребли всех магов с незадействованных в операции дирижаблей, вдобавок прихватив тех магов, что входят в экипаж броненосцев, то расклад все равно не в их пользу.
Нет, количественно, у островитян магов может даже больше, чем в свите принца. Но качественно…
В экипажи что воздушных, что морских кораблей входят по большей части адепты да подмастерья. Причем не самые талантливые, из тех, кому в магическом плане выше мастера не скакнуть при всем желании. Да и того мастера они получат только к старости, когда не о магии нужно думать, а о боге. В империи их много, есть из кого выбирать. Именно такие маги, что из древних родов, что выходцы из простолюдинов или коронной знати, чаще всего идут делать карьеру в армию, морской и воздушный флот. Все равно у фольхов им не светит подняться. А в армии и на флоте такой маг может сделать неплохую карьеру.
Да половина адмиралов и генералов такие вот вечные «адепты»! Еще процентов тридцать – одаренные недомаги, вроде меня. И только двадцать процентов старших офицеров приходится на совершенно лишенных магии простаков. Да и из тех половина, это выходцы из родов фольхов, которым «повезло» родиться без дара.
А у принца в свите сплошные мастера да магистры, плюс несколько мэтров магии. Те же маркизы Пор Асгер и Андер Инадр потенциальные архимагистры, а то и архимаги. Хотя и станут ими скорее всего в глубокой старости. Иначе они бы не считались наследниками своих домов. У старых родов фольхов с этим делом строго. Личная сила и потенциал ценятся как бы не больше кровных уз.
Тем более маги островитян разбросаны по разным воздушным кораблям, а у нас они все собраны в единый кулак, способный вышибить не только пару зубов, но и отправить противника в глубокий нокаут.
Вот если бы план повара-предателя сработал, и ему бы удалось не только подать сигнал, но и попотчевать свиту принца особым завтраком, чтоб с «горшка» не слезали. Вот тогда бы играть с нами в гляделки островитяне не стали.
– Пожалуй, ты прав, – согласился принц, вновь потирая руки. – Теперь мне даже жаль, что они не нападают.
Он что, все еще скучает? Ищет приключений, на свою пятую точку? И это после всего, что с ним произошло в Вольной марке? Мне вот этих приключений выше крыши. Согласен поскучать год, другой, третий. Вплоть до старости. Да кто же даст?!
Хотя, в этот раз я полностью на стороне принца. Островитяне как-то слишком обнаглели. Самое время дать им укорот, чтобы уползли на свои острова зализывать раны и какое-то время в империю не совались. По крайней мере, не делали это столь нарочито и нагло.
– Сейчас нападут… С разрешения Вашего Высочества, – многозначительно протянул я, покосившись наверх, намекая на ночные приключения.
– Хочешь пустить сигнальную ракету? Думаешь, они на это клюнут? – догадался третий принц, смерив очередным задумчивым взглядом сопровождающую нас эскадру. На его губах появилась злая, кровожадная усмешка, больше похожая на оскал разозленного волка. – А давай! Всегда полезно напомнить островитянам, что мы не голожопые туземцы и давно уже не их колония. А то в последнее время они слишком обнаглели… Наверх не поднимайся, возьми ракеты на мостике. Эй, кто тут есть из офицеров?! Проводи ласса Велька. Будут спрашивать, скажите, что я разрешил.
– Следуйте за мной, ласс, – отозвался на призыв один из офицеров-воздушников, сопровождавших принца.
Покинув стрелковую галерею, мы поднялись по узкой винтовой лестнице. Корабельный мостик «Вершителя Судеб» находился в носу гондолы, на верхней, примыкающей к оболочке палубе.
Охранник, дежуривший на входе во вторую святая святых дирижабля после паровика, внимательно посмотрел на моего сопровождающего.
– Приказ принца, – коротко пояснил офицер. В кают-компании воздушников представляли, но имени конкретно этого лейтенанта я не запомнил.
Понятливо кивнув, охранник освободил проход, пропустив меня и лейтенанта-воздушника на мостик.
С интересом оглядываюсь. Прежде бывать на мостике воздушного корабля мне не доводилось. Да и на дирижабле я лечу второй раз в жизни.
Что у нас тут?
Штурвал, уменьшенная копия корабельного. Машинный телеграф с начищенной до блеска латунной рукояткой. Массивный компас на кардановом подвесе, штурманский стол с картой, а вернее не стол, а вертикально поставленная доска с системой линеек, как на столе чертежника. На доске зажатая в специальных тисках карта. Но какая-то непривычная, много совершенно непонятных мне стрелочек и значков.
– Чем могу помочь, ласс Вельк? – поинтересовался капитан Лигнар, явно недовольный тем фактом, что вынужден в такой момент заниматься какими-то непонятными делами третьего принца.
– Мне нужен сигнальный пистолет и ракеты. Островитяне ждут сигнала от своего шпиона. Не станем их разочаровывать.
– У них четыре вымпела, – напомнил капитан «Вершителя Судеб».
– А у нас два малых круга магов, – парировал я. – Сомневаюсь, что на этих четырех дирижаблях есть хотя бы один.
Нет, если брать всех магов островитян, разбросанных по перехватившей нас эскадре, то там можно наскрести и больше двух кругов, пусть и не особо сильных. Но удар кулаком не сравним с ударом разомкнутыми пальцами.
– Выдайте ласу Вельку сигнальный пистолет, – распорядился Лигнар, решив больше не спорить с приказом третьего принца.
Распахнув ящик со знакомой мне маркировкой, один из находившихся на мостике офицеров достал сигнальный пистолет, такой же латунный и блестящий, как и машинный телеграф.
– Какая ракета нужна? – спросил он, переломив ствол.
– Любая, – пожал я плечами. Понятия не имею, договаривался ли наш предатель на тему сигналов или нет. Думаю, все же нет. А если договаривался, то ракеты всего трех цветов: красный, синий и зеленый. Один шанс к трем – не плохой расклад, могло быть гораздо хуже.
Вынув промаркированную красной полосой ракету, лейтенант ловко загнал ее в ствол пистолета. Протянув его мне, и кивнул куда-то в сторону рулевого.
А-а, понятно! Спина широкоплечего рулевого перекрывала мне обзор, но за ним в носу находилась дверь, ведущая на небольшой округлый балкончик, судя по всему, предназначенный для сигнальщиков. Возможно, у воздушников для него существует какое-то особое название, скорее всего морское, но мне оно неизвестно.
А вот и тот самый артефактный фонарь, про который мне боцман Согер рассказывал, когда я искал способ выявить очередного предателя. Внушительная конструкция размером с мяч мало походила на привычный фонарь и была закреплена на поворотной станине, которая в свою очередь, крепилась к фальшборту.
Подняв сигнальный пистолет, я прицелился и вдавил спусковой крючок. Курок щелкнул по пистону. Шипя, словно разгневанная змея и оставив за собой длинный шлейф вонючего дыма, сигнальная ракета покинула ствол. Чуть в стороне от «Вершителя» загорелась ярко-красная искорка и понеслась к воде.
Дело сделано. Остается ждать реакции дирижаблей островитян.
Глава 2 Вершители судеб
Более меня на мостике ничего не держало. Отдав сигнальный пистолет сопровождающему, я спустился обратно на нижнюю палубу к стрелкам и магам, оккупировавшим стрелковую галерею.
За время моего недолгого отсутствия ситуация кардинальным образом изменилась. Красная ракета прибавила нашим прекрасно известным инкогнито если не храбрости, трусами островитян не назовешь, то уверенности в успехе дела. Раньше четыре «неизвестных» вымпела ограничивались нашим молчаливым сопровождением. Приотстав, болтались где-то в стороне. А теперь, выстроившись в четкий боевой порядок, рванули вперед, стремясь нагнать.
И у них это получится. В скорости они явно превосходят флагман империи. Или всему виной потерянный из-за саботажа винт?
Похоже, моя провокация сработала? Сомневаюсь, что островитяне просто решили полетать с нами на перегонки.
Я не большой знаток воздушной тактики, как и морской. Но тут ненужно быть гением, чтобы сообразить. Дирижабли противника хотят использовать свой численный перевес, а не бодаться с «Вершителем» один на один или двое на одного.
Спустя несколько томительно долгих минут четыре дирижабля полумесяцем охватили «Вершителя Судеб». Направленные прежде в разные стороны стволы орудий дернулись, тщательней беря нас на прицел.
– Сработало. Сейчас начнется! – прокомментировал эти действия третий принц. – Ждем! Первый выстрел за ними, – добавил он, выпрямившись в полный рост и скрестив руки на груди в полном пренебрежении к опасности.
Легко быть храбрецом, когда ты принц, которого всегда прикроет свита. И маг, который и сам способен позаботиться о своей безопасности. А вот все мои инстинкты вопят о том, что следует срочно искать укрытие. Окопчик там, траншею, подземные казематы крепостного форта, способные выдержать осадную артиллерию. Я не трус, но не люблю, когда по мне стреляют. Очень не люблю! Особенно когда стреляют из пушек! Особливо, когда я не в паладине или хотя бы рыцаре, а в чистом поле, без всякого укрытия. Тот факт, что мы не в поле, а в воздухе, сути не меняет. Где тут укроешься? Вся надежда только на магов.