Алексей Александров – Первый альянс (страница 7)
Но желание, чтобы дочь наконец-то остепенилась, не отпускало. Нет, как закончит академию, нужно срочно выдать ее замуж. Да и внуков хочется. Есть у него на примете несколько приличных кандидатов… и один неприличный, но довольно интересный.
А то, что они вроде бы в ссоре, только добавляет отношениям остроты, как хорошая приправа. В больших количествах – губит блюдо, а в должных – раскрывает вкус.
Свести Ланиллу и Гарна было бы замечательно…
Ригор Загим и раньше поглядывал на молодого тогда еще пажа с заметным интересом. Даже если забыть про все странности и быстрый взлёт, Гарн Вельк обладал если не всеми, то большинством качеств, которые почтенный магнат хотел бы видеть у своего зятя.
Да и про счастье единственной дочери забывать не стоит, а Гарн ей как минимум интересен. Браки по расчёту самые крепкие, когда расчёт правильный!
Проблема в том, что теперь многое зависит от самого Гарна Велька. А маркграф – не паж, и может подыскать себе достойную партию среди фольхов. Может и не из числа старой знати, но и у маркграфов пограничных марок хватает близких и дальних родственниц, подходящих Вельку как по возрасту, так и по положению. Может и сильные маги найдутся. А это всё еще ценится фольхами куда выше денег. Магичка из числа представителей пограничных родов была бы для Гарна Велька идеальным вариантом для утверждения своей фамилии в Вольной марке. Плюс союз с возможными родственниками.
Ригор Загим едва заметно поморщился собственным мыслям. Перебить такую ставку будет сложно даже ему.
Но подходящей кандидатуры пока что нет. Да и Гарн не утруждает себя поисками, хотя и должен. Значит у Ланиллы всё еще есть шанс.
С другой стороны, Гарн Вельк непредсказуем. Рядом с ним происходит слишком много опасного и странного. Безопасность – явно не про него. Такие как он – горят ярко, но сгорают без следа. Вернее, след-то они оставляют, но чаще в истории, а не в потомках.
«Время терпит. Не стоит торопить события, – принял решение магнат. – К тому же ещё неизвестно, открыт ли Гарн Вельк для новых дружеских связей? И насколько именно?».
Последние вопросы требовали срочных ответов. События развиваются слишком быстро – на долгие, вежливо-осторожные расшаркивания нет времени. Придётся открыть карты. Не все, а часть. И посмотреть за реакцией молодого маркграфа.
– Скоро мне предстоит очередной полёт в Вольную марку, – как бы между прочим сказал Ригор Загим, потягивая чай.
Он решил не скрывать от дочери место назначения. Зная Ланиллу, она всё равно узнает, куда именно он летит, и обязательно обидится за попытку обмана.
– Ты же недавно летал! – возмутилась Ланилла.
– Что поделаешь, моя дорогая, дела, – пожал плечами Ригор Загим. – Деньги сами себя не заработают. Наверное, загляну по дороге в Степного Стража. Если хочешь, могу передать весточку Гарну.
– Вот ещё! – насупилась Ланилла. – С чего бы мне ему писать? Обойдётся!
Но Ригор Загим успел отметить, как пальцы дочери слегка дрогнули. Да и обида слишком наиграна.
«Пожалуй, перед отлетом нужно будет проверить дирижабль… трижды, – отрешенно подумал он. – История с «Буревестником» не должна повториться. Да и охрану дочери стоит увеличить… на всякий случай».
Глава 4 Предать предателей
– Все вы знаете последние новости из Степного Стража. Именно поэтому мы должны действовать! Быстро! Твёрдо! Решительно!
Ласс Мавон, как он себя называл, говорил четко и горячо. Активно сопровождая слова выразительной жестикуляцией, что только привлекало к нему внимание.
Слушая его, Ранор Авитр готов был признать, что фольхи послали в Вольную марку отличного оратора. Из тех, кто с легкостью умеет зажигать сердца людей… особенно подогретые вином, внушительными денежными суммами и щедрыми посулами ещё большей награды сердца. Но слово «мы» старому наемнику категорически не нравилось. Даже среди искусной вязи слов ласса Мавона оно звучало насквозь фальшиво. Посланник фольхов покидать Два Моста не собирается. И сбежит при первой угрозе.
Жаль, но пока что не удалось главного – узнать, кому именно ласс Мавон служит. Фольхоф много, а врага следует знать в лицо. Но в этом плане Мавон весьма осторожен, да и в целом свел общение с наемниками к необходимому минимуму. Вмешиваясь в подготовку мятежа только в самом крайнем случае. Вот как сегодня.
Забавно, что сам того не понимая, ласс Мавон взял на себя роль Ранора, избавив от любых возможных подозрений. Ведь изначально это капитан «Яростных Когтей» должен был настаивать на немедленном выступлении, приводить нужные доводы. А теперь стоит выступить с противоположных позиций, разыграв карту осторожности.
«Гарн знал! Он всё знал! Читает их как открытую книгу», – в который уже раз мысленно поразился капитан «Яростных Когтей», придав лицу внимательно-настороженное выражение.
– Вы уверены? – взяв слово, только и поинтересовался он. – По самым скромным подсчётам в Степном Страже не меньше двух баллеев оруженосцев и рыцарей.
– Наемники, – презрительно фыркнул ласс Мавон, но вовремя вспомнил, что разговаривает с такими же наемниками, и смягчил тон. – Сомневаюсь, что все они выступят на стороне этого лже-маркграфа.
В последнем утверждении слышалась нескрываемая досада. Да и укол вышел так себе. Называть Гарна Велька лже-маркграфом – это поставить под сомнение решение фольхстага и императора. А император не любит, когда кто-то оспаривает его решения. Впрочем, император далеко и жаловаться ему невольные слушатели пришлого мага не станут.
«Следует отдать фольхам должное, если они хотят с кем-то разделаться, то средств не жалеют», – подумал Ранор Авитр, внимательно оглядев капитанов наемных отрядов, решивших присоединиться к восстанию и собравшихся обсудить последние новости из Степного Стража.
За довольно короткий срок лассу Мавону удалось привлечь семь отрядов, различной степени подготовки и численности. В сумме это давало мятежникам чуть больше баллея. Правда большую половину этого баллея составляли оруженосцы. Но всё равно это внушительная сила, по меркам Вольной марки. Здесь привыкли действовать малым числом, и стычка с участием двух десятков големов считается крупной. Да и в землях империи такой отряд не затеряется.
Некоторых «мятежных» капитанов Ранор знал лично. О других только слышал. Ни одного из собравшихся он не мог назвать близким другом, но и врагов среди них не было. Разве что этот выскочка, капитан «Сумеречных Всадников», с которым они пару раз сходились в битве пока «Яростные Когти» работали на первого принца. Но то дела давно минувших дней.
Зла собравшимся Ранор не желал, ненависти к ним не испытывал. Обычные наемники, как и он. Не святые праведники, но и не пропащие грешники. Но и отговаривать их от участия в мятеже он не собирался. Во-первых, опасно. Во-вторых, бесполезно. У фольхов хватит денег, чтобы найти новых наемников, но в этот раз Ранор останется за бортом и не сможет влиять на принятие решений и сообщать Гарну Вельку, как идет подготовка к его свержению.
Увы, наемникам Вольной марки нужен показательный урок. Вернее порка. Жестокая, чтобы кожа слезла и пошла кровь, но необходимая. Это лучший вариант, чтобы избежать большой крови.
Жаль, что собравшиеся вовремя не поняли – правила игры изменились. И этот поспешный мятеж обречен, возврата к старым порядкам не будет. Император принял решение, фольхстаг его поддержал – поздно метаться. Не станет Гарна Велька – маркграфом Вольной марки назначат кого-то другого. Назначат, можно в этом не сомневаться! А если наемники вновь попытаются устроить очередному маркграфу силовое смещение, то император просто введет в Вольную марку армию.
Точнее, просто пригрозит ее ввести и фольхи, еще вчера всеми силами поддерживавшие мятеж, станут самыми яростными и непримиримыми борцами с мятежниками. Тем более если появится шанс протолкнуть на место маркграфа своего кандидата.
Нет, выбранный им путь куда лучше. Гарн Вельк не идеален, но лучше он, чем кто-то другой, не нюхавший пыли пустошей.
Так что особых угрызений совести Ранор практически не испытывал. Возможно, в силу отсутствия этого чувства, совершенно лишнего для такого старого и опытного наемника. К тому же предать можно только друзей, а не конкурентов, ставших союзниками. Причем временными.
– Нас не ждут, – продолжал настаивать ласс Мавон. – Так что Гарн Вельк просто не успеет собрать союзников. Стоит нам войти в город и с властью этого лже-маркграфа будет покончено! И все будет, как прежде.
«Не будет. Гарн Вельк вас не только нас ждет, но и сознательно провоцирует. И провокация удалась!» – мрачно подумал Ранор. Ему вновь не понравилось, что провокатор говорит «мы». Типичный фольх – любит чужими руками таскать каштаны из огня. К тому же маг.
– А если нас всё же ждут? – поинтересовался Ранор, решив до конца отыграть выбранную роль голоса осторожности.
– То мы сметем их! – горячо заверил его ласс Мавон, вновь употребив это отвратительное «мы». – У Гарна Велька просто нет сил, чтобы парировать удар. Мне достоверно известно, что «Ястребы» и «Серая Стая», два сильнейших поддерживающих его отряда, отсутствуют. А часть оставшихся в городе отрядов не станет подчиняться.
«А то и ударит в спину… попытается», – мысленно отметил капитан «Яростных Когтей».