Алексей Абвов – Экзаменационная Полоса (страница 28)

Пока жена разбиралась с неожиданно возникшей сложной ситуацией, решил осмотреть захваченный приз, забравшись в кузов. Что же, Фортуна явно благоволит к нам, щедро подкидывая боеприпасы. Пять ящиков с патронами к «Корду», четыре с гранатами к АГС, семь с 7,62Х39 и шесть с 7,62Х51 NATO. Причём всё исключительно со «Старой Земли». Кроме того имелись ящики с различными минами. Боеприпасы занимали в кузове слишком много места, и Рогнеда пыталась их как-то упорядочить. Заодно осмотрел и доставшееся нам оружие. Снова переделанные под русский патрон М4 с дорогими коллиматорами EOTech и больше всего порадовавшие меня два новеньких пулемёта M 240 в варианте для пехоты с сошками и прикладом. Именно американские, а не оригинальные FN MAG или их британские варианты. Вот ребята порадуются, а то постоянно перебирать старые М 60 им откровенно надоело. Те видимо оказались ещё из самых первых партий, со всеми недостатками, какие только были возможны, да и запасных стволов к ним нет. С удовольствие поменял бы их на что-то другое, но здесь выбор крайне скуден. Лучший вариант из более-менее доступного — это немецкий MG 3, oн же MG 42, но дорого. Пулемёт очень хороший, но тяжелый, впрочем, тот же M 240 вряд ли легче. А вот наш ПКМ даже в заказ не возьмут — большой дефицит, связываться же с китайцами себе дороже. У народа здесь чего только нет, но большая часть используемого помнит ещё Вторую Мировую на «Старой Земле». И как только находят под них боекомплект, собственно?

— Я еду одна в город! — Безапелляционно заявила Рогнеда, выбравшись из кабины.

Выглядела она плохо — бледное лицо, поджатые губы, едва заметные тени под глазами. Быстро же изменилась, узнав плохие новости.

— Попытаюсь добиться аудиенцию у эмира, мне он должен поверить, — продолжила говорить она. — А вы тут пока изображайте покойников, если у меня получится убедить Рашида, сразу же свяжусь по радио.

Отговаривать её совершенно бесполезно — решимость просто читается на её лице. С другой стороны — она до сих пор куда лучше всех нас знает здешние порядки. Моя интуиция предлагает довериться ей — значит, ей удастся осуществить задуманное. Уже через десять минут прикатил наш багги, который жена вызвала со стоянки. Высадив водителя, она резко плюхнулась на его место и выжала газ, стремительно уносясь вдаль.

Эмир Рашид пребывал в настоящем бешенстве, однако на его внешнем виде это практически не отражалось. Лицо выражало полнейшую безмятежность, но взгляд стал особенно острым и жестким. «Надо же, как интересно разложилось», — думал про себя он. «Кому бы другому верить отказался, слишком сильны выдвинутые бездоказательные обвинения, и главное против тех, преданность и лояльность кого раньше считалась абсолютной», — попытавшись выкинуть из головы неудобную мысль, эмир снова вернулся к началу разговора с прибежавшей в его дворец взволнованной женщиной. «И ведь именно это прекрасно объясняет множество мелких неприятных случаев, на которые прежде стыдливо закрывали глаза, списывая на эксцессы исполнителей и их мелочную неприязнь к некоторым людям», — Рашид умел быстро думать и принимать жесткие решения, потому пауза в разговоре надолго не затянулась.

— Мне очень хочется тебе поверить, однако такие сильные слова нуждаются в подтверждении, — ответил он ждущей его решения молодой женщине с закаменевшим лицом. — Жди тут, сейчас я распоряжусь и вызову сюда тех, кого ты обвиняешь. Кинь им в лицо всё то, о чём ты рассказала мне! — Не дожидаясь ответной реакции, он резко встал со своего кресла и направился к двери.

Он знал эту женщину достаточно хорошо, или вернее — считал, что знает. Недавнее замужество заметно изменило её внешность, причём в лучшую сторону, однако характер остался прежним. Опасная хищная кошка, способная броситься даже на того врага, кто во всём многократно превосходит её. И, стоит отдать дань уважения — победить в смертельной схватке. Её муж, этот беспокойный мужчина, тоже весьма непрост. Старается держаться при любой возможности в стороне от ярких событий, но всегда неизменно оказывается в самом их центре. Притягивая к себе как неприятности, так и самых лучших людей. Разведывательная служба уже проинформировала эмира обо всех, кто собрался вокруг того русского полковника. Информации не так много, однако, оценить её вполне реально. Слабаков рядом с ним просто нет. Даже купленные для развлечения солдат у работорговцев молодые женщины, по последним сведениям, уже прошли весьма неплохую для столь малого срока военную подготовку. Они не станут для бойцов обузой в случае вооруженного столкновения с другой силой. И пусть они при этом, скорее всего, погибнут, но это их личный выбор. Русские заметно отличаются от остальных народов своей воинственной безрассудностью. И тот полковник, а полковник ли, кстати, делает из всех примкнувших к нему людей именно русских, независимо от того, кем они были до этого. Он даёт им новую настоящую цель в жизни и вселяет веру в будущее. Вот за это особое качество он действительно заслуживает личного уважения эмира. Это уже подлинный идеологический уровень управления, который для самого Рашида являлся труднодостижимой вершиной мастерства политика. И лишь огромная разница охвата пространства умов пока говорила в пользу эмира. Но и у него нашлись существенные недоработки.

Подозвав к себе доверенного секретаря, Рашид выдал ему короткий набор инструкций. Его ближний круг и дворцовая охрана гарантированно не могла участвовать в заговоре. Кроме всех возможных проверок на личную преданность, ближние люди сильно ограничены во внешних контактах и живут подле своего господина вместе с семьями. Их случайные внешние контакты тщательно отслеживает особая тайная служба. Но она весьма малочисленна, потому за рамками дворца действуют другие службы. Вот там где-то и завелись черви, с которыми сейчас нужно покончить. Но принимать жесткие меры стоит с большой осторожностью, возможны варианты простого недопонимания. «И пусть у этой кошки действительно получится загнать тех крыс в угол!» — мысленно пожелал эмир Рашид, возвращаясь в рабочий кабинет.

— ... И что вы можете сказать в своё оправдание? — Эмир сверкнул повелительным взглядом из своего кресла, окидывая им четверых мужчин, сидевших справа за большим столом напротив единственной женщины в этом кабинете.

Едва та начала говорить, Рашид сразу же уловил эмоции подчинённых, теперь уже можно сказать точно — бывших. Они действительно виновны, хоть и пытаются выразить праведный гнев и возмущение на лицах. Но его-то им не обмануть.

— Молчать! — Громко рявкнул раздраженный властитель, когда в сторону высказавшейся женщины понеслись потоки ругани и угроз.

Хорошо хоть их попросили оставить внизу личное оружие, а вот женщина была вооружена, и Рашид мог смело доверить ей свою жизнь, зная её особенную принципиальность. После его окрика мужчины замолчали, но их лица говорили всё и без лишних слов.

— Вы все прекрасно знаете, какая участь ожидает предателей... — выдержав долгую паузу, негромко заметил хозяин кабинета. — И, тем не менее, решились вести свою игру за моей спиной, — добавил он, промораживая мужчин взглядом насквозь. Я и раньше подозревал, что частое общение с имамом Ахмаром плохо сказывается на вашей службе, однако считал, что тот всё же не перейдёт грань допустимого.

— Ты, Рашид, совершенно недостаточно чтишь Аллаха! — Громко выкрикнул Сулейман, глава внутренней охранки города, совладав со сковывающим его властным взглядом эмира, но подняться с места и попытаться ударить своего бывшего господина он так и не смог, хотя по глазам читалось его страстное желание. — Ты отдалился от Аллаха, не желая слышать тех, кто говорит от его имени. Ты привечаешь неверных, даруя им немыслимые блага и милости, и обходишь вниманием наиболее достойных! — Продолжал он сыпать тяжкие обвинения, смирившись со своей участью, ибо такое точно не прощалось.

Остальные мужчины сначала попытались немного отстраниться от кричащего, но он сумел их эмоционально вовлечь, желая, чтобы они поддержали его.

— Значит, ты посчитал более достойным выразителем воли Аллаха содомита Сулима аль Мюрида, раз работаешь на его интересы? — Зло прошипел эмир Рашид. — Или же за него похлопотал столь ценимый тобой имам Ахмар?

Ответить на это обвинение Сулейман не смог, он вдруг упал со стула и судорожно забился в эпилептическом припадке, а из его рта потекла кровавая пенная слюна.

— Смотрите, что происходит с теми, кто связывается с шайтаном и его слугами! — Рашид направил твёрдый перст в сторону скрючившегося тела, обращаясь к побелевшим лицам других мужчин. — Вы ещё можете осознать вину и отречься от тех, кто пытался соблазнить вас сладкими речами и прельщать сказочными обещаниями. Думаете, вам удастся подняться ещё выше, если сможете свергнуть меня? А не догадались посчитать, сколько выдано обещаний тем, кто сейчас окружает шейха Сулима? На ваши тёплые места там уже подобраны более достойные люди, не осквернявшие чести подлым предательством. Но я могу выдать вам один шанс... — придавив едва дышавших мужчин горящим взглядом напоследок, эмир отпустил их.

— Мы вручаем свои жизни в твои руки, господин! — Дружно выкрикнули они слова клятвы, которую прежде уже попытались нарушить.