Алексей Абвов – Экзаменационная Полоса (страница 25)

— Мы сделали его, шеф!

Кричала Надежда, а вот действовавшая с ней в паре Рогнеда по своему обычаю промолчала, хотя именно она, скорее всего и поразила последнюю цель. Теперь уже можно мне вставать и осматриваться, условный противник уничтожен ценой всего лишь одной потери. И, как это ни прискорбно — в очередной раз подстелили именно меня. Словно специально. А ведь так и есть, именно меня братья Влас, да и остальные инструкторы выбирают приоритетной целью, в который раз намекая, что не дело командира идти на штурмовку в первых рядах. Ему стоит поглядывать из-за спин подчинённых и выдавать им ценные указания. Но я, по своему обыкновению, рву в атаку, стараясь вытащить всё на себе. И в этот раз четыре мишени из семи на моём счету, но толку от этого мало, учитывая бесславную условную гибель на последнем шагу. Встал в полный рост, переводя автомат на предохранитель, после чего стряхнул мокрую грязь с одежды. Да уж, видок у нас сейчас ещё тот. Что я, что девушки, с ног до головы перемазаны «естественным камуфляжем». Лица подбежавших ко мне напарниц исключительно довольные, сблизившись вплотную, получаю одновременные поцелуи сразу в две грязные щеки. Ничего не остаётся, как обнять девушек, крепко прижимая к себе. Всё же мы справились с поставленным заданием и теперь можно немного порадоваться. И ещё я не ожидал такого прогресса от Нади, твёрдо решившей доказать мне, что она достойна куда большего, чем дежурная улыбка на моём лице, когда я смотрю в её сторону. Девушка делала всё возможное и невозможное, даже строгая Рогнеда признала её усилия и включила в свою и мою команду, нагружая ещё сильнее. Несмотря на всё, она продолжала держаться и постепенно сближаться с нами. Вот до чего влюблённость иногда доводит. Я её всё никак не мог понять. Был бы я один, ещё куда ни шло, но зачем же так сильно стремиться попасть в гарем? Это уже за гранью добра и зла, по моему скромному мнению. А ведь выбор у неё есть. Рогнеда же скорее решила поиграться, видя во влюблённой девушке своё отражение. Не исключено, она и сама прошла через нечто подобное. Оксану поначалу всё это напрягало, как же, ещё одна претендентка на её мужчину, но позже она махнула рукой, спустив всё на самотёк. Я же искренне радовался успехам девушки в деле освоения трудной науки выживания, к тому же за её хвост крепко прицепилась Лиза, а за ней потянулись и молодые морячки, сформировав отдельную боевую команду с моей приёмной дочерью в главе. Потому отталкивать Надю никак нельзя, иначе мы её просто потеряем. Чувствую себя подкаблучником, скорее идущим на поводу женских желаний, чем отстаиваю свои убеждения. А есть ли они у меня вообще убеждения эти — вопрос без чёткого ответа. И даже мысли на эту тему порой вызывают крайне неприятное чувство стыда. Может быть, этот мир на меня так плохо влияет или же я сам оказался исключительно порочным? Чтобы выгнать из головы неприятные мысли, предлагаю напарницам пройти полигон ещё разок, сообщив по рации инструкторам о нашем желании повторить. Пока мы отойдём на исходную позицию, они поменяют расположение мишеней, да и сами пересядут в другие места, дабы удобнее обстреливать нас по ходу движения.

Вот так мы и тренируемся уже третью неделю. Каждый день, с раннего утра выезжая за пределы города и возвращаясь обратно уже в ночной темноте уставшие и измотанные до самого предела. Тренируемся исключительно жестко с реальными боевыми патронами, правда, разработав специальные меры безопасности. Без этого никак, ибо требуется воспринимать огневой бой как нормальную ситуацию на уровне бессознательного. А там и хлопки выстрелов, свист пролетающих пуль, громкие щелчки попаданий в ближайшие материальные объекты. Обычно бойцы обретают опыт хладнокровных действий только после реального боя, но нам до него сильно не хочется доводить, вот и используем все возможности сделать максимально близкое подобие. Сначала отрабатывали так называемые «стандартные ситуации» — остановка колонны с занятием обороны, отражения атаки на лагерь, тактика засад, нападение на колонну противника сходу и прочее в том же духе. Требовалось вбить основные действия в подобных ситуациях буквально на уровне рефлексов, ибо в реальном бою лишь мгновения порой отделяют жизнь от смерти. Майкл Ховс и братья Влас преимущественно выступали в роли потенциального противника, ведя беспокоящий обстрел и отмечая, кого бы они поразили в реальной обстановке со своей позиции. Сами они одевались в яркие тряпки, дабы мы случайно не приняли их за цель, нам же требовалось поразить специальные камуфлированные мишени, изображавшие потенциального противника. Мишени тоже иногда двигались, а не стояли на одном месте. Сколько было ошибок поначалу, обычно вся группа признавалась уничтоженной всего за несколько десятков секунд после начала огневого контакта. Но опыт постепенно нарабатывался и у «агрессора» потери стремительно росли. Затем мы научились отбиваться практически без глупых потерь. Улучшилась реакция, обострилось внимание, да и меткость стрельбы выросла на целый порядок, если прикинуть по расходу патронов. Понятно — против настоящих матёрых профессионалов наша подготовка поможет слабо, да и спецназ из нас никакой, однако по сравнению с большинством местных бандитов она вполне хороша. Со спущенными штанами нас теперь точно не примут, хорошенько умывшись своей кровью в случае нападения. По-другому здесь никак, лишь на одном везении да технической оснащённости долго не вытянешь — рано или поздно обязательно попадётся более опытный и лучше подготовленный противник.

— Отец, тут неподалёку кто-то ошивается, — заявила гарнитура в моём ухе Лизиным голосом, едва мы заняли исходную позицию и приготовились к новому прохождению полигона. — Чёткий пеленг взять не смогла, используется цифровая закрытая связь, и сигнал явно движется в вашем направлении, — добавила она секундой позже.

— Поднимай воздушного разведчика, — скомандовал ей, показывая приготовившимся напарницам рукой знак отбоя предыдущей команды. — У нас ожидаются гости, занимаем оборону, — проговорил в эфир, переключившись на общий канал.

Лиза дежурила на пологой возвышенности примерно в семи километрах от нас. Оттуда хороший обзор на все стороны, вряд ли кто сможет незаметно подобраться к той позиции. Там же остались и все наши машины, а охраняет их группа молодых морячков вместе с Иваном, который уже сумел вполне оправиться от ранения и даже взяться за свою крупнокалиберную снайперскую винтовку. Правую руку и плечо он берёг, но прекрасно бил и с левого, уверенно доставая мишени на двухкилометровой дистанции. Настоящий мастер и оружие у него подстать. Да и капрал Флиппи, если сильно прижмёт, тоже неплохой стрелок, хотя всегда предпочитает винтовке пулемёт. Потому за них можно не особо опасаться, в крайнем случае, бросят тяжелый бронированный грузовик с радиоаппаратурой и укатят на скоростных багги в город. Те легко гоняют на больших колёсах по сырой равнине под семьдесят километров в час, а вот грузовик едва ли выдаст двадцать с приличным риском завязнуть. У нас практика вытягивания застрявших в грязи машин уже вполне привычна и обыденна. Наловчились за последние недели. Остаёмся только мы у входа в длинный каньон с бегущим по низине небольшим грязевым потоком. Подобрать нас уже не успеют, своим ходом до транспорта идти далеко и по открытой равнине. Там мы будем слишком лёгкой целью. Если неизвестные враги уже где-то рядом, то они наверняка знают, чем мы тут столько дней занимаемся. Ударить в совершенно неприкрытую спину идущей вперёд группе — гарантированно выбить её, без потерь со своей стороны, а затем легко прихлопнуть и инструкторов, с их яркой одеждой сложно спрятаться. Оружия у нас тоже мало, личная стрелковка с остатками боекомплекта, да один пулемёт у инструкторов с наполовину расстрелянной лентой. Ни гранат, ни заранее подготовленных позиций. Лёгкая добыча — одним словом, помощь со стороны города просто не успеет подойти, даже если её прямо сейчас вызвать по радио. Кто-то явно решил на нас поохотиться. Возможно, это эмирский разъездной патруль, решивший проверить, чем мы тут занимаемся, но лучше перестраховаться и подготовиться к реальному столкновению. К тому же хоть и поздновато, но проявилась интуиция, обещая нам большие неприятности.

— Быстро уходим дальше вглубь, где не сможет проехать колёсный транспорт, — я махнул рукой напарницам, одновременно говоря в эфир на общем канале, чтобы услышали инструкторы.

Теперь мы уже не играем друг против друга, а действуем заодно. Полчаса и мы устроились на более-менее удачном для обороны участке. Впереди нас небольшое сужение прохода, там мало больших камней, сложно укрыться. У нас же, как раз наоборот — множество крупных валунов, к тому же мы немного выше. Относительно легко перемещаться от укрытия к укрытию. Теперь осталось только ждать появления противника или информации от воздушного разведчика. На небе плотная облачность, но достаточно высокая, можно использовать телевизионный канал. Словно услышав мои мысли, Лиза сообщает всем нам на общем канале:

— Четырнадцать лёгких багги на пневматиках у входа в каньон, за вами быстро идут не меньше дюжины бойцов, просто продержитесь там пару часов, подмогу из города я уже вызвала. И это явно не люди эмира.