Алексей Абвов – Агент 000 (страница 6)

– Каких таких врагов, теперь же Штаты и Европа, вроде бы нам чуть ли не друзья, вот кредиты нам дают, помощь гуманитарную шлют…

– А тем временем вывозят из страны всё наше бывшее национальное достояние, ресурсы, людей, технологии. На доллар гуманитарной помощи миллион добром вывозят, да ещё на десять просто портят. Представь, пришли к тебе домой грабители, всё ценное выносят, мебель и сантехнику ломают, чтобы тебе не осталась, а тебе лично заплесневевший 'бигмак' и бутылку 'кока-колы' предлагают, типа кушай и ни в чём себе не отказывай.

– Да, тут я согласен, сам такое вижу. И что же вы делаете, ваша же задача не допускать всё это?

– Что мы можем сделать? Нас связали по рукам и ногам, школу подготовки кадров разрушили, агентурные сети, поколениями наработанные, сдали, зарплаты такие платят, что прожить на них невозможно в принципе. Вот мы и крутимся, как можем, пока есть возможности, обеспечиваем и себя и тех, кто сам себя обеспечить не может. Пытаемся хотя бы сохраниться, чтобы дать последний бой оккупантам.

– Знаешь, Сергей, я не очень вам в этом верю, ну, не может быть так, что бы ваша 'контора' ничего не могла сделать, просто вам самим выгодно то, что происходит. Иначе вы бы давно поставили всю эту 'кремлёвскую семейку' с их приспешниками к той же самой кремлёвской стенке и всё стало бы совсем по-другому.

– Ты, конечно прав, но ты даже не представляешь, что в таком случае произойдёт.

– И что?

– Ядерная бомбардировка городов России. Ихний президент уже давно готов пойти на такие меры. А мы даже ответить не сможем, управление стратегическими силами перехвачено, а что творится в армии — ты сам по телевизору можешь посмотреть. Или, что ещё хуже, устроят нам русский бунт, бессмысленный и беспощадный, мы его сдержать не сможем, сначала никто не будет стрелять в народ. А когда народ начнёт громить всё вокруг и стрелять сам, будет уже поздно, начнётся новая гражданская война. Тщательно спланированная и хорошо подготовленная. Оно нам надо? Ты посмотри, что в Чечне происходит, думаешь — это само собой получилось? А вот и нифига — это акция создания управляемого хаоса. Специальная такая акция, показательная, специально для нас.

– Неужели всё так серьёзно?

– Серьёзнее не бывает, причём, эта дрянь только на поверхности, а если копнуть глубже, то там вообще лучше не соваться. Нам время нужно, оно лечит не только людей, но и страны. Когда все поймут, что не такая она эта свобода и демократия, как о ней рассказывают по телевизору, и тогда что-то можно будет сделать. Если ну очень хорошо постараться.

– Ладно, я понял, что у вас там полный алес, ничего нельзя сделать, но давайте вернёмся к моему вопросу, зачем вы мне про генератор рассказали?

– Так это, ты же прям как мы, ты не бросил науку, когда занялся бизнесом. Ты вкладываешь деньги не в золотые унитазы, а в оборудование и людей. У тебя почти вся фирма, ниже кандидата наук никого нет. Да, дерёшь ты за свою работу три цены, это да, но и качество такое даже немцы не предлагают. А потому почему бы тебе не подкинуть интересное направление подумать, особенно если оно не такое уж простое…

– Не простое — это как? Что вы знаете про эти генераторы?

– Ну…, ты ведь не просто так предложил нам встретиться тут, наверняка уже что-то сделал, верно?

– Может быть. И всё же я хочу узнать больше информации от вас.

– Ладно. Данными генераторами занимались многие исследователи, как на Западе, так и у нас. Но там обнаружились какие-то трудности, в управлении выходом энергии. То есть всё, что получалось, было или нестабильно или даже опасно.

– И это все трудности, больше ничего необычного не было?

– Разве что странные эффекты, как-то левитация или антигравитация. Некоторые установки улетали напрочь, до сих пор непонятно как и почему. Даже думали на этом эффекте в Штатах летающую тарелку сделать, и даже что-то сделали, но в произошедшей на испытаниях катастрофе погибла почти сотня людей, включая пару важных шишек, после чего все подобные проекты закрыли.

– И это всё?

– По нашей информации — да. Мы знаем, что работы в некоторых странах над этой темой продолжаются, но не так активно как раньше, часто вообще на чистом энтузиазме отдельных исследователей.

Я задумался. У меня с раннего детства было чутьё. Я видел, когда люди говорят правду, а когда врут или хорошо играют роль. Это, видимо, мне от мамы досталось, бедный папа, ему приходилось очень не просто в молодости. Так вот, я не ощущал в словах Сергея лжи. Николай, второй эфэсбэшник, который всё это время молчал с чашкой кофе в руках, всем своим видом поддерживал то, что говорил Сергей. Даже если они предварительно сговорились, все тонкости игры совместного спектакля им от меня утаить не удалось. Я бы почувствовал малую фальшь и понял, что меня разводят. Но тут я верил сказанному мне на сто процентов, хотя и понимал, что рассказывают мне всё это, чтобы я проникся большим доверием к ним и пошел на сотрудничество, какое им зачем-то нужно. Я всё же решил зайти издалека, бросить пробный шар, проверить их реакцию на тот эффект, который получился у меня. Если мои слова выдадут их знание, которое я увижу, то будет всё понятно. Можно сколь угодно сдерживать свои эмоции, но глаза при вспоминании обязательно дадут о себе знать.

– Сергей, — начал я издалека, — а если у вас появилась бы возможность отправиться в недалёкое прошлое, что бы вы стали делать?

Вижу, Сергей задумался, но задумался не так, как если бы что-то вспоминал, а просто реально думал, что бы он стал бы делать.

– А насколько недалёкое прошлое? — решил уточнить он.

– Лет так на сорок, на пятьдесят, к примеру.

– Взял бы пистолет и пристрелил десяток главных сволочей и ещё десяток идиотов, чтобы послевоенная история страны не таким дерьмом была. А вообще, к чему ты это спрашиваешь, неужели изобрёл машину времени? С тебя ведь станется…

– А давайте считать, что изобрёл. Вы в это поверить можете?

– Врядли, мы ведь тоже физику в школе учили и не только в школе и не только физику. Машина времени невозможна, так как не существует ни прошлого, ни будущего. Только в фантастических романах, если что.

– Ну а если не в прошлое, то в параллельный мир, который идентичен нашему прошлому, это как, по-вашему?

– Да тоже фантастика.

– А если серьёзно, представь, пожалуйста?

– Тогда не знаю. Долго думал бы, наверное, вот с Николаем поговорил бы, ещё троих-четверых товарищей привлёк, может, придумали бы чего.

– Хорошо, предлагаю тогда подумать и поговорить. Есть одна очень интересная идея, вам она непременно понравится. Считайте, что всё всерьёз и есть другой мир. И туда есть дверь. Сильно ограниченная, правда, технику почти никакую не пронесёшь, а оттуда вообще, кроме себя ничего не вернёшь. И там, к примеру, сейчас идёт осень 1953 года.

– Если это реально, то хотелось бы на всё это посмотреть своими глазами.

– Не вопрос, через неделю жду вас у себя в охотничьем угодии, не забыли ещё где это?

Уходили они по их виду сильно озадаченными. Похоже, мне они пока не верят, ну и ладно, это мы потом докажем. Вопрос лишь в том, что они решат делать дальше? Нужен ли я им буду или меня попросят отдать последний долг Родине? Долг вечного молчания на глубине двух метров под землёй. Впрочем, всё равно без их знаний и возможностей мои 'академики' ничего не смогут там сделать. Наше дело — это наука, а не изменение исторических событий, хотя и в деле оного мы, всяко, сможем пригодиться. Если что, закрою портал, я уже установил страховочные заряды под установку. Пусть и разнесёт всё в округе пяти километров, там такая энергия в портале сосредоточилась, но хоть я спокоен буду, что хуже того, что есть сейчас уже не будет. С этими мыслями я отправился к себе в офис, мне предстояло решить множество актуальных дел и сдать временное управление бизнесом своему заму, чтобы посвятить всё время изучению открытого явления.

6 июля 1996 года Москва

После 'ознакомительной экскурсии' на ту сторону, которая для 'конторских' едва не окончилась трагично, ну говорил же я им, что не стоит брать оружие с собой, не послушались себе на голову, меня попросили принять несколько человек. Теперь я сижу у себя дома на кухне с таким ощущением, что здесь хозяин не я, а эти господа, двое из которых уже известные вам Сергей и Николай и ещё трое представленных мне как Семён Петрович, Аркадий Михайлович и Дмитрий Анатольевич. Эти трое были заметно старше Сергея и Николая, крепкие мужчины примерно шестидесяти лет, я чувствовал в них какую-то особую внутреннюю силу, которую не спрячешь ни за возрастом, ни за выражением лица. Одеты они примерно одинаково в стандартные серые костюмы, но индивидуальность каждого из них чувствуется с одного взгляда. Сейчас я терялся в догадках, кто же они такие, подозревая, что это именно те люди, кто будут принимать решения и от которых в дальнейшем зависит моя судьба. Они попросили ещё раз подробно рассказать о сделанном открытии, и пока я рассказывал, чувствовал, что меня подключили к детектору лжи. Я и сам обладаю такими талантами, но тут оно читалось столь явно, что пытаться что-то утаить было бы просто глупо. Пока я рассказывал, с чего всё началось и что удалось выяснить за прошедшее время, мы успели трижды опустошить чайник. Более всего моих гостей интересовало то, что за мир располагается за порталом.