Александра Ушакова – Ягиня из Бухгалтерии. Корни (страница 4)
Ствол оплетали кольца золотых цепей, каждое звено размером с речной катер. По этим цепям, словно по монорельсам, двигались коты. Чёрные, как смоль, в строгих очках и с свитками в зубах – секретари-законники, хранители процедур. Белые, как первый снег, с мягкими, целительными аурами – учителя-целители. И рыжие. Их было меньше, но они бросались в глаза своей пламенной, небрежной грацией. Рыжие подчинялись только Боюну, Хранителю Некодифицированных Знаний, и правил для них, по слухам, не существовало.
Воздух гудел от низкого, размеренного гудения – звука вращающихся картотек, шуршания бесчисленных страниц и тихой, настойчивой речи, читающей вслух на тысячах языков одновременно.
Ивс, подавив врождённое желание свернуться клубочком в безопасном углу, выпрямил спину и подошёл к стойке администрации. Она была вырезана из цельного куска янтаря, внутри которого навеки застыли древние, мудрые мошки. За стойкой восседала пожилая кошка черепахового окраса в пенсне на цепочке. Её взгляд был абсолютно непроницаемым.
«Великая Библиотека, – проговорила она голосом, похожим на шелест пергамента. – Предъявите ваш реквизит.»
Реквизит. Грамота принадлежности. Не пропуск, а доказательство права на доступ, выписанное на тончайшей кошачьей шкурке и заверенное когтем Старшего Архивариуса.
Ивс молча достал из внутреннего кармана свитера небольшой, тщательно свёрнутый трубкой документ, опечатанный воском с оттиском лапы. Он положил его на стойку. Его собственная лапа, одетая в изящный кожаный чехол, не дрожала, но внутри всё было сжато в один тугой, тревожный узел.
Пока администратор снимала пенсне, чтобы внимательно изучить печати и вязью выведенные слова, Ивс стоял по струнке смирно. Он чувствовал на себе десятки взглядов: любопытных, оценивающих, а некоторых – откровенно недоброжелательных. Он был возвращенцем. Тем, кто променял вечность познания на преходящие дела смертных, на «полевую работу». В Башне такое не прощалось легко. Но и не забывалось – его старые заслуги, его острый ум и умение находить связи между, казалось бы, несвязуемыми событиями, тоже были внесены в реестр.
Администратор что-то пробормотала себе под нос, сверяя что-то с огромным фолиантом, страницы которого перелистывались сами. Наконец, она подняла на него взгляд.
«Реквизит действителен. Доступ – ограниченный. Личный кабинет и читальный зал некодифицированных долговых обязательств до уровня «Сомнительные активы божественного уровня». Всё, что выше – только по устному ходатайству Боюна. – Она сухо кашлянула. – Цель визита?»
«Консультация по идентификации и трассировке потенциального нумизматического актива внесистемного происхождения, – чётко, почти по-военному, отрапортовал Ивс. – С предположительной привязкой к личностям уровня Архивариуса.»
У администратора дрогнул ус. Уровень «Архивариуса» был в Библиотеке темой особой, почти табуированной. Его законы были проще законов Башни, но и опаснее.
«Категория запроса… «Теневой капитал», – наконец вынесла она вердикт и шлёпнула лапой по маленькому колокольчику. – Проводник! К гостю!»
Из тени за стойкой выплыл молодой, тощий котёнок угольно-чёрного окраса с табличкой «Стажёр» на ошейнике.
«Следуйте за Филином, – сказала администратор, возвращая Ивсу документ. – И помните: любое копирование, любая попытка вынести информацию помимо утверждённых каналов… карается списанием в категорию «Расходный материал» для экспериментов рыжих. Удачного дня.»
Её тон не обещал ничего хорошего. Ивс кивнул, сунул реквизит обратно и пошёл за быстро семенящим стажёром вглубь гигантского, бесконечного зала, где знание было не светом, а тяжёлым, давящим грузом, висящим на золотых цепях порядка. Он пришёл за ответами. Но сначала ему предстояло пройти через бюрократический ад своей же святая святых.
Ивс сидел за грубой деревянной скамьёй, заваленной фолиантами, свитками и стопками пыльных папок. Его зелёный свитер был покрыт серой пылью веков, монокль давно снят и лежал где-то под грудой бумаг. Две недели. Две недели методичного, убийственного скрупулёзного поиска, и всё – впустую. Книги, которые приносил чёрный стажёр, были полезны, если бы ему нужно было узнать о долговых обязательствах мелких речных духов или о брачных контрактах домовых. Но не об этом. Не о Нём.
Его чутьё, тот внутренний компас, что всегда вёл его к сути вещей, вопило, что он копается не в том слое. Ему нужны были не учётные книги этого века или даже прошлого. Ему нужны были первичные записи. Хроники самих основ. Те, что хранятся на ветвях повыше, куда доступ имеют только рыжие по особому разрешению Боюна или… те, кто нашёл иной путь.
Голова гудела от усталости и бессильной ярости. Он был на грани. Ещё день – и он либо взорвётся, либо, как обещала администратор, станет «расходным материалом» в отчаянии.
В дверь его крошечной, каменной кельи-кабинета постучали. Не сухой, отрывистый стук администратора. А лёгкий, почти танцующий.
Прежде чем он успел ответить, дверь приоткрылась, и в проём вплыла знакомая, яркая фигура. Амелия. Рыжая, как осенний лист клёна, с пушистым хвостом-султаном и огромными изумрудными глазами, в которых всегда плескался озорной, неукротимый огонь. Именно за неё, вернее, за её проделки с переписыванием судьбовых свитков, тогда отдувалась Ольга, когда Ивс только привёл её в Дом.
Кошечка уже давно, с самой их юности в Башне, обхаживала Ивса. А он, погружённый то в учёбу, то в полевые исследования, ответил ей однажды… подарочным изданием «Талмуда о межвидовая юриспруденции с приложением судебных прецедентов». Она, к его изумлению, не только не обиделась, но и выучила его наизусть, лишь бы блеснуть перед ним эрудицией.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.