Александра Ушакова – Границы крови. Остров ветров (страница 29)
Началось.
Пространство перед ним поплыло; мир стремительно терял краски, звуки оборачивались глухим шумом, а привычные запахи леса и моря тонули в серой пустоте. Звериное начало отступало с боем: он чувствовал, как растворяется хвост, как втягиваются когти и меняется сам костяк, становясь хрупким и лёгким.
Последняя вспышка боли — и Дест рухнул на спину. Самим собой.
Первый вдох человеческим носом был таким долгожданным — и таким разочаровывающим.
Он приподнялся на локтях, морщась от яркого света. Мир становился всё чётче, вновь обретая ровные контуры, и Дест смог наконец сфокусировать взгляд на Алекс: она стояла, раскрыв рот и вытаращив на него глаза. Эндельсенталь же, в своей привычной манере, был расслаблен и доволен собой, закинув посох на плечо.
— Всё в порядке? — откашливаясь, спросил Дест. Алекс явно была чем-то обескуражена.
— Как… — начала она, путаясь в словах; перед ней находился оживлённый портрет из Кеолана, мимо которого она проходила ежедневно. — Ты… ты Уильям Сандерс? Принц?!
Дест расслабился, когда понял, в чём дело. Он выдавил из себя кривую улыбку, поднимаясь с твёрдой земли. Стоять на двух ногах было тяжело и неудобно, болела спина и шея. Несмотря на то, что Фералы трансформируются в своей прежней одежде, из-за ледяного ветра и отсутствия тёплой шерсти Принц моментально задрожал от холода.
— Пойдём домой, Алекс, — он протянул руку. Её ладонь, словно заворожённая, сама скользнула в его пальцы, пока взгляд оставался прикован к лицу Деста.
Принц благодарно кивнул Эндельсенталю, разворачиваясь к дому. Оставшись в одиночестве, Алвэр проводил их взглядом и дал себе время полюбоваться просторами Ниранского моря. «
ДЕТЕРИОР
Больше, чем чувство упоения после насыщения свежей кровью, Кир ничего не любил. Он снова ощущал себя живым, полным сил; его синие глаза были полны безумия, но Драхас не собирался себя останавливать. Впервые за долгое время он вкусил истинную вседозволенность: над ним больше не было сдерживающей силы в лице Джевехарда или Никеары, он мог позволить себе любое количество жертв, и никто не посмел бы его остановить.
Но Кир не убивал. Он находился в достаточно хорошем настроении, чтобы не переусердствовать с объёмом выпитой крови у одной единицы человека. Не забывал он и о том, чтобы оставить свою последнюю бессознательную добычу возле дверей главного штаба Охотников. Ему казалось это смешным: пускай Кайден не расслабляется.
После одной из самых удачных охот в его жизни Кир совершил небольшую прогулку по Фалмиру. Столица только сейчас оживала после долгой ночи: на главной городской улице открывались торговые лавки, предлагающие товары на любой вкус и цвет: свежайшее мясо и тепличные овощи, тёплая одежда и украшения, инструменты и оружие. Саму улицу бережно расчистили от снега, открыв под ногами пешеходов и лошадей проложенную ещё сотню лет назад каменную плитку. Фалмир был самым крупным городом Острова, и здесь сосредотачивались ремесленники и торговцы со всего Нирана. На открытых участках и между домами строили холодные теплицы, а вдоль второстепенных улочек были высажены целые аллеи лунных яблонь. Такие города живы круглый год, в отличие от мелких деревень и поселений, которые с наступлением зимы словно погружаются в сон.
Кир наслаждался этим чувством необременённости. Раньше он гулял по Боско или Фалмиру вместе с Къяром, и каждый раз это было очередное приключение, из которого оба хотели выйти сухими из воды. Маэлдорн был ужасно неосторожен: он намеренно пугал своих жертв, вызывая у них панику и крики, играя с ними, к тому же далеко не всегда мог контролировать меру выпитой крови, тем самым нередко останавливая сердце людям. Кир не осуждал его за это, хотя каждый раз предупреждал его о последствиях.
Он уже практически дошёл до конца главной улицы, когда прямо мимо него местный фермер погнал целое стадо чёрных овец. Кир проводил их взглядом и подумал о том, что Десту, возможно, тоже не помешает еда. В Фалмире было запрещено появляться Фералам в животном виде, и, на удивление, это правило они соблюдали достаточно уважительно. У торговой лавки Кир взял несколько свежих тушек ледовых кроликов, за которые, не торгуясь, выложил тридцать архентов, честно одолженных у своих недавних жертв.
— Боюсь, не найдётся сдачи, — пожал плечами пожилой мясник. — Возьмёте лирсами? Сейчас самый сезон у лунных яблонь, посажены лично мной в Айресваер!
Кир нахмурился. Осмотрев его лавку, он жалобно вздохнул.
— Возьму ещё одним кроликом, — бросил он, забирая тушку. Мясник хотел было возразить, но, увидев предупреждающие когти Драхаса, решил промолчать, уступив. — И лирс давай сюда. Вон тот, покрупнее.
Закончив все свои дела у торговой лавки, Кир собирался направиться из города обратно, пока его взгляд случайно не зацепился за висящую на уличном столбе листовку. Обычно такие вещи не привлекают его внимания, однако на бумаге было нарисовано очень знакомое ему лицо. Лицо, которое он видел слишком часто за последние пару дней.
Портрет Алекс был выполнен небрежно, но её новый шрам в качестве опознавательного признака прорисовали хорошо. «Потерялся ребёнок», крупным шрифтом было написано на листе. «При встрече — вернуть в детский дом Кеолан, за Боскским лесом».
Кир на память сорвал листовку, смяв её и затолкав во внутренний карман мантии. Мелкая не рассказывала, что сбежала из детского дома. Судя по тому, что это произошло после его нападения, Алекс совсем отчаялась, раз покинула то место в обмен на дикий холодный лес и неизвестность. Смело, но всё ещё неблагоразумно; в детском доме явно должно быть безопаснее, чем бродить одной по Острову. С другой стороны, может, там было что-то пострашнее.
Самое время было идти дальше — порадовать своим присутствием Нэй. Драхас как можно сильнее оттягивал момент, когда нужно будет сходить к ней. По своей воле он бы вряд ли навестил её в ближайшее десятилетие, если бы это не было так важно для Деста. Ну и для сохранения жизни Мелкой.
Киру нравилось, что он не чувствовал в Принце подвоха и скрытого пренебрежения с его стороны. Обычно люди только это и чувствуют. Их страх и лицемерие сквозят до самого Южного Острова, как на том балу в замке. Когда толпа расступалась перед Киленосаросом Эберштейном, Принц Уильям Сандерс не счёл бы нужным сдвинуться ни на шаг. И даже не потому, что он чёртов Принц.
Путь к дому Нэй из Фалмира был небыстрым. Кир нарочно тянул время, нерасторопно шагая по густому лесу. Гул Келпи в этих зарослях был вполне привычным фоновым шумом, затихавшим лишь к ночи, но даже сквозь него Драхас слышал мягкие, практически неуловимые шаги где-то в тени деревьев. Поначалу он не обращал на них внимания, но через время стало очевидно, что эти шаги преследуют его. Наконец, до него дошёл запах, и ему хватило доли секунды, чтобы распознать эти отпечатавшиеся на подкорке нотки. Он моментально остановился, обернувшись.
Высокая фигура в светлой одежде стояла на протоптанной Киром ранее тропе, не рискуя подойти ближе. Её голубые локоны обрамляли тонкое лицо, слегка покачиваясь на ветру. Драхасы смотрели друг на друга некоторое время, пока девушка не закрыла глаза, и в голове Кира раздалось Эхо: «Ты в порядке?».
— Пойдёт, — сухо ответил вслух Кир, нахмурившись. Он огляделся вокруг, убеждаясь, что больше никто за ними не следит.
— Я одна, но Къяр может объявиться в любой момент, — голос Никеары был спокойным и тихим, но в нём просачивалась тревога. Для Драхаса она слишком плохо умела скрывать свои эмоции. — Я надеялась, что встречу тебя здесь, в Хассанском лесу. Хотела убедиться, что ты…
— В порядке, — кивнул Кир. В эту секунду в его голове смешалось слишком много мыслей. Само её появление здесь уже было для него достаточно неожиданным. — Решила сбежать из-под гнёта старого тирана?
— Да, на пару часов. Иначе Тейм начинает злиться, — Никеара подошла ближе к брату, слегка улыбнувшись. — Ты нашёл жильё?
— Можно и так сказать. Продолжаю старую традицию Драхасов занимать чужое оставленное жилище и присваивать его себе.
— И тебе не одиноко?
— К сожалению, нет, я максимально далёк от одиночества. В чём-то я даже больше преуспел, чем ты, сестра. Кто бы мог подумать, что из нас двоих именно мне повезёт жить с человеком под одной крышей?
— Ты и люди? Худшее сочетание! — Никеара сказала это своим привычным шутливым тоном, но Кир отвёл взор в сторону, нахмурившись. Он прочитал на её лице осознание смысла своих последних слов, и сейчас мог нарваться на её жалобный взгляд, который он точно не хотел перед собой видеть. Никеара открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же остановилась, услышав приближение тяжёлых суетливых шагов сквозь рыхлый снег. Она тяжело вздохнула, выпрямляясь.
— О демон....
— Он самый, — усмехнулся Кир.
Сестра бросила напоследок тёплую улыбку, прежде чем испариться среди толстых деревьев. Её осторожность сменилась на нарочную неаккуратность, отвлекая на себя внимание приближающегося Маэлдорна.