Александра Треффер – Непобедимые. Мистический роман (страница 3)

– Хм…

Ахита оживился.

– Да-а, – задумчиво сказал он, – неплохая мысль.

Но Хита не согласился.

– Разве ты не понимаешь, – напустился он на Антаку, – что это окажется на руку лишь моему партнёру. Демонов вокруг предостаточно, а что прикажешь делать мне? Позвать ангелов? Но тебе же известно, что они такое: равнодушные к земной жизни, малоподвижные существа, не использующие и малой толики способностей, которыми обладают…

– Ша! – прервала его Смерть. – В ваших баталиях отсутствует азарт; всё кругом должно взрываться, воздух гореть, реки кипеть, а они походят на тихую шахматную партию с долгим обдумыванием ходов. Сложнее? Да. Но интереснее. Не так ли Ахита?

Глаза того загорелись и он энергично кивнул. Хита попробовал привести контраргументы, но они разбились о стену упрямства, возведённую тёмными сообщниками. И Добро сдалось.

– Ладно, – согласилось оно, – будь по-вашему. Но мне нужен помощник со стороны света.

– А чем тебя не устраиваю я? – вопросила женщина.

– Ты пристрастна и принимаешь решения, выгодные не мне, а Злу.

– Ну, что ты, дорогой, – обвившись вокруг мужчины, проворковала Антака, – я справедливый судья, а если бы ты взглянул на меня иначе…

– Что?

Хиту заметно замутило, и, оторвав от себя руки Смерти, он отбросил ту к стене.

– Никогда больше так не делай, – выплюнул он.– Обнимай своего любимца.

Последовал кивок в сторону названного объекта. А светлый продолжил:

– Я выдвинул требование, и продолжу турнир только при условии его выполнения.

– Хорошо, – сверкая глазами, заорала разобиженная Антака, – ты получишь свою пару. Только, смотри, не пожалей.

– Ты мне угрожаешь?!

Хита двинулся вперёд, но между ним и жертвой неожиданно вклинился Ахита.

– Тише, тише, – уговаривал он соперника, – успокойся. Ты прав. А ты…

Он посмотрел на Антаку, и та попятилась.

– А ты, – зарычало зло, – не вздумай приставить к Хите кого-нибудь из своих. Его условие справедливо: поскольку на операции со мной ходишь ты, его тоже должен кто-нибудь сопровождать.

– Фу ты …

Смерть побагровела и неприятно рассмеялась.

– Я не узнаю вас, ребята, – натужно хохотала она. – Добро выпускает в меня струю агрессии, а Зло встаёт за него грудью. По-моему, это состязание меняет вашу сущность.

– Не пори ерунды, – бесстрастно отозвался Ахита. – Мы всё те же, но впереди у нас вечность, которую придётся провести бок о бок. И чтобы потом не перегрызть друг другу глотки, ссориться нам нельзя.

– Верно говоришь, – прозвучал тоненький голосок.

На плечо Хиты опустилась хрупкая девушка с золотыми волосами.

– Вы так шумели, – сердито сказала она, – что меня отправили разобраться и поддержать правого. Так кому нужна помощь?

– Мне, – откликнулся светловолосый мужчина. – Но я даже не мог подумать, что моим партнёром станет гений.

– Ну, не ангелов же к тебе посылать, – хихикнула красавица. – Они так разжирели и обленились, что их крылья не держат. Ладно, вводите меня в курс дела, и давайте уже играть. В высших сферах так ску-учно, что даже Земля мне кажется раем.

Все сели в кресла, и Антака, почесав в затылке, начала рассказывать о содеянном.

Предновогодняя зима в средней полосе России была хороша. В отличие от минувшего года, когда земля напиталась талой водой, в этом снег, пушась, покрывал ветви деревьев, сверкал под лучами морозного солнца, а люди радовались хорошей погоде и наступающим праздникам.

На окраине одного из городов подмосковной провинции природную красоту не портило ничто. Если в центре почерневшие сугробы, ежеутренне сгребаемые чистящей техникой, толпились по сторонам дорог, обезображивая городской пейзаж, то в забытом не богом, но людьми районе белый покров лежал повсюду, радуя ребятишек и заставляя ворчать взрослых, едва передвигающих вязнущие ноги.

Однако снежные завалы совершенно не беспокоили женщину лет сорока, идущую по тропинке между деревьев. С восторгом рассматривала она произведения искусства зимы, звонко смеясь, когда снежная пыль с задетой ветки летела ей в лицо.

Незнакомка шла, тихонько разговаривая то сама с собой, то с украшенными белой мишурой тополями, когда сзади что-то зашумело. Оглянувшись, она увидела, что большая берёза сбросила с себя сияющие одежды, и те бесформенной грудой улеглись у её подножья.

– Странно, – поворачивая обратно, пробормотала женщина, – нет ни ветра, ни крупных птиц. Так что же произошло?

Остановившись над большим сугробом, она всмотрелась в его очертания.

– Как уснувшее живое существо, – прозвучало тихое, – но какое, не понять. Впрочем…

Махнув рукой, она весело добавила:

– Каких только чудес не встретишь в природе. Одни снежинки чего стоят.

И лёгкой походкой направилась к дому, не замечая, что сугроб за её спиной зашевелился, словно кто-то пытался выбраться наружу. Весело мурлыкая, беззаботная скрылась за поворотом, провожаемая взглядом чьих-то злобных глаз.

Стемнело. Невысокий толстячок, оставив за дверью суету востребованного у жителей магазина, зашагал по знакомой дороге, освещённой ярким светом фонарей. Прихлёбывая из банки «Чёрный русский», он довольно улыбался. Чему? Мужчина и сам не знал.

Миновав затихший к вечеру детский сад, он направился к неширокому мостику, перекинутому через канаву, когда в тёмном углу за решётчатым забором что-то зашевелилось.

«Собака что ли?» – подумал человек и, движимый любопытством, шагнул к чёрному прогалу.

Послышалось тихое поскуливание.

– У-у, ты, моя хорошая, – ласково сказал толстячок, роясь в сумке. – Сейчас, погоди, у меня где-то лежит бутерброд. Хочешь колбаски?

Скрывающееся во мраке создание негромко взвыло, точно соглашаясь, и мужчина, ступив на едва заметную тропинку, двинулся навстречу животному.

Звуки стихли и благодетель остановился.

– Вот странная, – пробормотал он, – боится. – У нас тут вроде нет таких трусливых…

И позвал:

– Ну, иди сюда, дурашка.

Сзади послышался шорох, и человек, обернувшись, застыл с открытым ртом. Над ним возвышалось нечто, напоминающее огромный сугроб, вот только у него были руки и ноги, а в глазах полыхал жёлтый огонь.

– Что за…

Он не договорил. Нависшее над ним чудовище, заревев, протянуло к визави узловатые верхние конечности, раздался дикий вопль, и куски тела несчастного полетели в стороны, окропив красным и заставив таять принявший их снег.

А на следующий день тихий спальный район взбудоражило известие о безжалостном маньяке. За сутки погибли десять полуночников, каждого из которых пришлось собирать по частям.

Слух о происшествии докатился до столичных СМИ и телевидения, немедленно слетевшихся на сенсацию, и вскоре эфир полнился правдой и небылицами.

В воздухе витал ужас, власти призывали к осторожности, а светловолосый человек, замерший перед стареньким телевизором, впитывал информацию.

– Десять?! – ошеломлённо произнёс он. – И ведь это не конец. Кого же, спрашивается, призвал Ахита?

Скучающий в тесном съёмном жилище гений по имени Канти, покосился на беседующего с собой мужчину.

– Кто его знает, – произнесла малютка, – спроси у него.

В дверном проёме появилась Антака.

– Михику, – сообщила она. – О, это ещё тот шельмец, и я жду богатого урожая. А если…

Продолжить Смерти не дали.

– Снежного монстра? – изумилась Канти. – Это же самая глупая тварь во всей Вселенной.