Александра Торн – Консультант (страница 374)
– Что значит нет? – с некоторым удивлением переспросила Маргарет.
– Я не хочу втягивать Бюро в открытую войну с Орденом, а именно это и произойдет, если мы атакуем их штаб-квартиру, где бы она ни была. Мы пока не готовы: рекрутов слишком мало, агентов и того меньше. Еще слишком рано.
– Но дядя, как же Валентина?
– Мы можем подождать, – ответил Натан, хотя искушение безжалостно сжимало его сердце, – пока Бюро не наберется сил. Вы же, в конце концов, сумеете отыскать этот Ключ в архивах?
– Да, но даже если мы его найдем – у Ордена все равно останется своя копия! – воскликнул Энджел.
– Да, я понимаю. Но пока что у нас нет указаний на то, что Вальенте использует Ключ для открытия дыр на ту сторону. Так что я предпочту подождать, накопить сил, знаний, увеличить число агентов, и вот тогда…
– Прости, родная, – пробормотал Натан, когда закончил с рассказом. – Я знаю, он смог бы с Ключом найти способ освободить тебя. Но я не могу рисковать всеми. Прости.
Он сидел на камне и смотрел вдаль, на купол и пульсирующее в море сияние. Сердце Валентины билось – но она все еще не отвечала ему.
– Я обещаю: как только мы будем готовы – я сам вырву у них этот чертов Ключ. Обещаю тебе, – шепнул Бреннон. – Клянусь.
Кусач чуть шевельнулся. Ветер, свистящий над пустынным берегом, немного потеплел. Натан встал, снял шляпу и подставил ветру лицо в надежде ощутить ее прикосновение.
Впереди, далеко над заливом, между куполом и руинами города, тучи вдруг на миг разошлись, и по волнам заскользил узкий, как лезвие ножа, луч солнца. Натан следил за ним, пока он не исчез, а потом со вздохом повернулся к дорожке, что вела на пост.
На каменистом гребне, который возник вдоль берега от сотрясения после удара Молота, показался консультант Монтеро, отчаянно замахал рукой и крикнул:
– Мессир! Срочное донесение из Романты! Лично от кардинала! Мальтрезе сбежал!
– О господи, – буркнул Бреннон. – Ну, вот так всегда. Стоит только подумать о том, чтобы часок отдохнуть, отвлечься от всякой дряни, провести время в кругу семьи!.. Тьфу. Идем, Кусач. Дела не ждут.
Секретарь
Кардинал обвел взглядом приемную, виднеющийся через распахнутую дверь рабочий кабинет Бреннона и изрек:
– Мне кажется, вам необходим секретарь.
– Мне? С чего бы это?
– У вас тут некоторый, гм… беспорядок.
Натан осмотрел уже ставшее привычным зрелище хаоса и разорения и со вздохом признал:
– Да, есть немного. Ну что поделать, со временем я здесь разберусь.
– С каким временем? Со временем, друг мой, у вас будет все больше бумаг и все меньше возможности разгребать их самому, поверьте моему плачевному опыту. Кроме того, вы – значимое лицо, руководитель целого Бюро, вам негоже самому разбирать письма и заваривать себе чай.
– Я не пью чай, – обиделся Натан. – За кого вы меня принимаете? У меня только кофе.
– Хорошо, хорошо, вы можете сами варить себе кофе, но по поводу всего остального вы же со мной согласны?
Бреннон еще раз оглядел приемную, посмотрел на рабочий стол в кабинете, вздрогнул и неохотно сказал:
– Ну, допустим. Я бы попросил Пегги навести порядок, но она тоже занята.
– Сеньора Шеридан занимает не то положение, чтобы рыться в каких-то бумагах. В общем, не спорьте. Тем более что я уже привез вам подходящую кандидатуру.
– Кого?! – поперхнулся Бреннон. – Зачем?!
– Вряд ли у вас есть время искать себе секретаря лично. К тому же вам необходим, эм-м-м… несколько специфический секретарь, учитывая то, чем вы занимаетесь.
– Что значит – вы уже привезли?!
– Если он вам не понравится – то я увезу его обратно, – заверил Бреннона его преосвященство, отчего у бывшего комиссара немедленно возникло подозрение, что кандидатура уже утверждена и обсуждению не подлежит. Саварелли частенько стремился облагодетельствовать окружающих, невзирая на их сопротивление, и увернуться от руки помощи мало кому удавалось.
– Ну и где он? – мрачно буркнул Натан.
– Я оставил юношу в холле.
– Одного? – тут же забеспокоился Бреннон.
– Не волнуйтесь. Он хорошо воспитан и ничего не трогает без разрешения. Желаете взглянуть? Если он вам понравится, то пригласите его сюда для беседы. Впрочем, я уверен, что вы поладите, – оптимистично заявил кардинал.
Экс-комиссар вышел на галерею, с которой открывался вид на весь просторный и на первый взгляд пустой холл. Если бы зрение Бреннона не претерпело некоторые изменения после метаморфозы, которой его подверг Редферн, то комиссар едва ли смог бы разглядеть худощавую фигурку, укрывшуюся в глубокой тени под лестницей.
«Ну ничего себе – секретарь!» – с возмущением подумал Натан и сухо спросил:
– Ему хоть шестнадцать-то есть?
– В июне исполнилось восемнадцать.
– Ага, месяц назад. Уже совсем взрослый.
– По крайней мере, по риадским законам, насколько я помню, он уже совершеннолетний.
– То, что ему продадут бутылку вина, еще не значит, что ему уже можно драться с нежитью.
– Вот видите! – торжествующе изрек его высокопреосвященство. – Даже ваш секретарь должен быть готов к битве с нечистой силой! Элио! – крикнул он, перегнувшись через перила, прежде чем Натан успел возмутиться. – Подойди!
Юноша выскользнул из темноты и остановился на первой ступеньке лестницы, пристально глядя на бывшего комиссара.
Восемнадцати Бреннон ему все же не дал бы: малец оказался невысок и слишком тощ, так что голова выглядела непропорционально большой по сравнению с тонкой шеей и узкими плечами. К тому же он был не похож на иларца: на бледном лице с крупной широкой челюстью, густыми черными бровями и горбатым носом почти светились очень большие зеленовато-голубые глаза необычного разреза.
– Он джилах, – сказал кардинал. – Вас это смущает?
«А, так вот в чем дело!» – подумал комиссар. В Риаде джилахов насчитывалось так мало, что он едва ли видел их раз пять за всю свою жизнь. Но о странностях этого народа был наслышан.
– Как у вас оказался мальчик-джилах?
– Мы нашли его во время рейда в их квартал в Фаренце, – вполголоса ответил Саварелли. – После нападения стригов, которые вырезали дюжину джилахских семей, он единственный остался в живых. Он бродил среди убитых членов своей семьи, и, черт возьми, это не то зрелище, которое должен видеть шестилетний ребенок.
– Ох…
– У него не осталось никого из родни, а соседи побоялись брать проклятого ребенка, которого даже стриги не тронули. Так что я, ну… В общем, он воспитывался у нас.
– У вас? У инквизиторов?
– Э… да… – Кардинал насколько замялся и тут же перевел тему: – Он отлично подготовлен! Лучше многих молодых братьев! Берите, не пожалеете!
– Так почему бы вам его себе не оставить? – буркнул Натан, несколько задетый этим тоном. «Берите», будто он рабовладелец какой…
– Ну, в том-то и дело, что он джилах и не хочет отказываться от веры предков. В чем-то его можно понять: это единственное, что у него осталось от его семьи. Но я, будучи все же кардиналом матери нашей церкви, не могу держать при себе джилаха, который еще и не католик.
Все это время мальчик неподвижно стоял на ступеньке и не сводил глаз с Бреннона. Комиссару стало немного не по себе от того, насколько бесстрастным был взгляд такого юного создания. К тому же под его длинным сюртуком отчетливо угадывались очертания оружия: две набедренные кобуры, две наплечные и ремень, который сзади слегка оттягивали то ли ножны, то ли еще одна кобура.
– Ну ладно, позовите его сюда. Поговорим. Но я ничего не обещаю!
– От вас никто ничего и не требует, это же не брачный контракт! – фыркнул Саварелли. – Но вы очень пожалеете, если его не возьмете. Элио, поднимись к нам!
Сомнения Натана усилились вдвойне, когда кандидат в секретари оказался прямо перед ним. Черноволосая макушка юноши была ниже плеча Бреннона, а вблизи парнишка и вовсе выглядел собранным из веток и птичьих костей.
– Как твое имя, сынок?
– Элио Романте, сир, – ответил юноша, уверенно глядя на комиссара снизу вверх.
– Его преосвященство сказал тебе, кто я и где ты находишься?
– Да, сир. Вы – глава Бюро-64, и мы в штаб-квартире в замке в Риаде.
Ответ внезапно прозвучал на весьма чистом риадском, хотя и с некоторым акцентом. Бреннон весьма удивился и взглянул на кардинала.
– У мальчика хорошие способности к языкам, – пояснил тот. – Грех зарывать талант в землю. Развивали по мере сил.