Александра Торн – Консультант (страница 183)

– Эта сучка все еще в сознании, – удивленно заметил тип с фонарем и крикнул: – Девка тоже здесь! Кидж-чи![7] – приказал он. Бородач сунул топор за пояс, подхватил девушку и перекинул через плечо. Мисс Шеридан в отчаянии несколько раз дернулась и ткнула великана носком ботинка. Бородач зашагал к камням, причем двигался в гуще деревьев совершенно бесшумно.

Полянку освещал полощущийся на ветру огонь факелов. Энджел лежал ничком в траве – один человек, придавив его коленом, прижимал к его затылку револьвер, второй обыскивал; Маргарет слабо всхлипнула. Бородач положил ее рядом. Чьи-то руки тут же заелозили по ее телу, и девушка слабо вздрогнула от отвращения.

– Кому-то досталось сладенькое, – хохотнули над ее головой. С нее стащили ремень с зельями и кобурой и с трудом стянули с ее пальца ажурное колечко. Его дал Энджел! Она никогда его не снимала… Маргарет дернула рукой.

– Да какого черта! Когда они уже оба вырубятся! – свирепо рявкнула нечеткая тень на грани видимости и добавила что-то по-мазандрански.

Бородач снял с пояса трубку, коробочку и щипцы. Пока он рылся щипцами в коробке, обыскивающий тип сжал обеими руками грудь Маргарет и помял. Девушка отвернулась и взглянула на Энджела. Один из похитителей застегивал на его запястье широкий черный браслет. Потом шею Маргарет снова ужалило иглой. Вокруг заклубился удушливый туман, и реальность стала ускользать, хотя девушка цеплялась за нее изо всех сил. Последнее, что она уловила, – кто-то задрал на ней юбку и громко возмутился:

– Да она в штанах! Ты глянь, глянь!

Рядом сдавленно засипел Энджел, и все исчезло.

Бреннон встретился с Лонгсдейлом в приемном покое больницы Святого Якова. Она была переполнена ранеными – почти все с ожогами разной степени тяжести. Джен жадно втянула носом воздух и облизнулась.

– Ну что? – спросил Бреннон.

– Сейчас они свободны от проклятия, – ответил консультант. – Но оно было достаточно мощным, чтобы я сумел найти по остаточному следу то место, где находился его источник.

– Значит, отыскав источник, вы можете связаться с хозяином?

– Если он все еще рядом с ним, то да. А зачем вам? Хотите сначала с ним побеседовать, а потом уже ликвидировать?

– Часто вы ликвидируете таких, как он? – помолчав, поинтересовался комиссар.

– Не очень. Но иногда приходилось. Не каждый человек способен достичь таких выдающихся результатов.

– Вы считаете, что превращение себе подобных в нежить – это выдающийся результат?

– В каком-то смысле – да. Я еще ни разу не видел, чтобы это пытались поставить, гм, на поток и производить нежить, как цыплят на ферме.

– Мне такое тоже в голову не приходило. Ладно. Пока Редферн ищет корабль хозяина, нам нужно отвлечь его внимание на себя. Кстати, разве присутствие… – Натан смешался, – такой, как миссис ван Аллен, не должно помешать хозяину проклинать направо и налево?

– Не совсем, – хмуро отозвался Лонгсдейл. – Имея в своем распоряжении крупный источник силы, он вполне может привести в действие проклятие. Конечно, вивене довольно быстро его почует и уничтожит, но некоторое время оно будет работать.

– То есть хозяин может и повторить?

– Да. Поэтому я сейчас отправлюсь в лабораторию и приступлю к поискам. Джен останется с вами.

– Ох, ну хорошо, хорошо, – покорно проворчал Бреннон. Лонгсдейл иногда пекся о нем хуже настырной няньки.

Комиссар нашел Валентину в палате этажом выше. Миссис ван Аллен сидела на койке детектива Бирна, положив ладонь ему на лоб. Из-под ее руки выбивалось слабое золотистое свечение. Бирн умиротворенно вздохнул, и на его физиономии появилось такое блаженствующее выражение, что Натану стало завидно.

– Готово. – Валентина убрала руку. – Его ударили кирпичом, когда он пытался прогнать этих несчастных от кафе.

Ведьма фыркнула:

– Несчастных! Как же! Они были очень даже счастливы, когда били вам окна. Столько животной радости, я чуть не подавился.

– Разве вам не положено питаться страданиями? – спросил комиссар.

– Мы питаемся всем, что связано с болью. Страстное желание причинять ее другим тоже сойдет, особенно с голодухи или при большой трате сил. Кормился чем мог, в общем.

– Я позабочусь о том, чтобы они скорее поправились, – сказала Валентина и с упреком воскликнула: – А вы все же вернулись, хотя я просила вас остаться в Бресвейн. Вы ничуть не лучше моего покойного мужа!

Комиссар поперхнулся.

– Он, как и вы, все время норовил сунуть голову тигру в пасть, даже зная, что зубы вот-вот сожмутся. Вернулись, хотя знаете, что хозяин вас преследует! Впрочем, – глуше добавила миссис ван Аллен, – такие, как вы, всегда возвращаются, и я никогда не смогу ни удержать, ни защитить вас.

– Меня не надо защищать, – как можно мягче ответил Бреннон. – Я тут единственный вне опасности, пока этому типу что-то от меня нужно.

– Ага, только мы не знаем – что, – встряла Джен. – Может, он мечтает вытащить из вас мозг. Крючком через нос, я слышал, жрецы Никхата так развлекались в свое время, а он любитель всякой экзотики.

– Лонгсдейл намерен отыскать источник, из которого хозяин черпает силы, – быстро сказал Натан, пока вдова снова не завела речь о том, что его нужно завернуть в вату и спрятать в сейфе. – Чем сильнее мы займем хозяина, тем лучше для Редферна и Пегги.

– Вы так уверены, что пироман выполнит уговор? – скептически спросила Джен.

– Надеюсь, – хотя куда больше он надеялся на остатки благоразумия и родственных чувств у Пегги.

– Вот вы опять, – с улыбкой сказала миссис ван Аллен. – Почему вы всегда выбираете в качестве приманки себя?

– Что поделать. Выбор у меня ограничен.

Вдова опустила голову и задумалась о чем-то своем. Может, вспоминала мужа. Натан почти ничего не знал о нем и сомневался, что имеет право расспрашивать.

– Не стоит так обо мне волноваться, – мягко произнес он.

– А как стоит? Я могу защитить вас от нежити, от болезней, проклятия и гипноза, но только не от того, что делаете вы сами. Виктор… мой муж поступил так же, чтобы мы отплыли из гавани и спаслись, и я… – Вивене вздохнула. – Я не смогла… не защитила ни его, ни тех, кто вместе с ним вернулся на берег, чтобы мы смогли сбежать! Я не могу уберечь никого из вас, пока вы сами бросаетесь то на одну амбразуру, то на другую!

Бреннон подавленно и смущенно молчал. Валентина никогда не говорила с ним об этом – он знал только, что ее муж погиб во время погромов в Меерзанде, но не спрашивал как. Оглянувшись, комиссар обнаружил, что ведьма исчезла. Он кашлянул и осторожно взял Валентину за руку.

– И вы абсолютно такой же, – с горечью сказала вдова. – Почему вы не оставите хозяина нежити Лонгсдейлу, раз уж это долг консультанта?

– Не могу. Валентина, вы бы сами не стали со мной разговаривать, если б я поступил подобным образом.

Вивене только покачала головой.

– Странно, что этот хозяин нежити совсем не интересуется мистером Лонгсдейлом.

– Полагаю, закономерно опасается специалиста по отлову нежити. Потому-то и нацелился на меня, как на ценную приманку. Откуда только узнал, – с досадой буркнул Бреннон. Его, по правде, намного больше волновало то, что хозяин знал, насколько дружеские отношения сложились у него и консультанта. Значит, за ними следили и долго.

– А может, дело в том, что он попросту один из них, из консультантов, и прячется от коллеги. Признайтесь, вы ведь думали об этом.

– Думал, – сознался комиссар. – Это многое бы объяснило. Даже то, что этот тип преследует Редферна. Пироман производит уйму вещей для обеспечения консультантов, но при этом сам остается для них анонимом. Вот кое-кто и решил познакомиться поближе. Если один из консультантов сорвался и поменял точку зрения на происходящее…

– Вот видите. Так что же вас останавливает?

– Я спросил об этом Лонгсдейла. Он сказал, что это невозможно.

– А что еще вы ожидали услышать?

Бреннон тяжело вздохнул.

– Натан, я не говорю, что он врет. Он может вполне искренне заблуждаться.

– Дело не совсем в этом, – помедлив, сказал комиссар. – Я верю ему не поэтому. Дело в том, что… – Он помедлил, подбирая слова. – Мне кажется, у них что-то с мозгами. Понимаете, он же даже не задумывался о том, что не помнит ни друзей, ни семью, ни собственного прошлого. Ему в голову не приходит, что можно, например, поискать завод, на котором отливают для него пули. Он никогда не задавался вопросом, почему он не стареет и почему так связан с псом.

Валентина пристально смотрела на Бреннона, ожидая продолжения.

– Мне кажется, что если я прав… если есть некто, превращающий людей в консультантов, то ведь ему ничего не мешает делать что-нибудь с их мозгами, чтобы им не приходили в голову очевидные вопросы. Это возможно, как вы думаете?

– Возможно, – холодно проронила Валентина; ее глаза потемнели. – Но если я когда-нибудь с таким встречусь, он очень пожалеет о своей гениальности.

Маргарет с трудом открыла глаза. Кругом – туман, сквозь который в лицо била узкая полоска света. Во рту было сухо, как в пустыне. Девушка приподнялась, опираясь на локоть, и ее затошнило. Она привалилась спиной к стенке и протерла глаза. Когда головокружение и тошнота отступили, а туман в глазах немного рассеялся, то первое, что Маргарет увидела рядом, – тело Энджела на охапке соломы. Вскрикнув, девушка бросилась к нему. На один жуткий миг ей показалось, что наставник не дышит, но тут грудь Энджела слабо приподнялась и опустилась. На его запястье Маргарет нащупала прерывистый пульс.