Александра Торн – Консультант (страница 140)
– Осталось недолго, – успокаивал ее Лонгсдейл. – Валентина вам поможет.
Они добрались до комнаты. Лонгсдейл подошел к окну, и мисс Шеридан вздрогнула: на снегу вились свежие следы. «Он здесь!» – Девушка вжалась в спасителя. Но тогда почему маньяк до сих пор…
Снаружи раздалось визгливое воющее ржание, в котором Маргарет узнала голос кельпи, и тут же грохнул выстрел.
– Энджел! – крикнула девушка. – Там Энджел! Он поймал его! Скорее! Помогите ему!
Пес недовольно зафырчал, и в этот миг до них донесся яростный возглас комиссара Бреннона. Лонгсдейл поставил Маргарет на пол, плечом вынес окно и бросился направо, куда вели следы. Пес пометался между окном и Маргарет, жалобно заскулил и наконец припал к полу у ног девушки, оскалил клыки и вздыбил шерсть.
Мисс Шеридан со вздохом опустилась на холодный мрамор. Она и шагу не могла сделать. К тому же бок горел огнем и не давал толком вздохнуть. Когда она наконец соскребла остаток сил в кулак, встала и потащилась к двери, пес попытался преградить ей дорогу, умоляюще глядя в лицо и цепляя лапами подол.
– Я должна, – прошептала девушка. – Мне надо увидеть!
Животное посопело и подставило ей холку.
Бреннон успел ее разглядеть за тот миг, когда все застыло в равновесии – хрупкая, темноглазая, с коротко стриженными пушистыми волосами, каштановыми, но сильно тронутыми сединой, с тонким треугольным лицом – бледная кожа туго обтягивала скулы, острый подбородок и нос с горбинкой. Женщине было на вид сорок – сорок пять. Увидев незваных гостей, она покачнулась, подняла руку, словно защищаясь, и сдавленно засипела. Кельпи испустила завывающее визгливое ржание, встала на дыбы и ринулась на добычу. Комиссар очнулся и выстрелил. Пуля свистнула над лошадиной спиной, и тварь грудью врезалась в женщину, отшвырнув ее на несколько ярдов.
– Стоять! – заорал Натан. – Держи ее!
Редферн сморгнул, но не шелохнулся. Кельпи бросилась на женщину, но та успела немного отползти, и острые клыки сомкнулись на ее голени. Комиссар кинулся к ним, с трудом увернулся от гибкого чешуйчатого хвоста и вцепился в повод, намотал его на локоть и со всей силы потянул. Кельпи злобно зашипела и ударом хвоста сбила Бреннона с ног. Женщина извернулась и выстрелила ей в морду из маленького пистолета. Пуля вырвала несколько чешуек и клок кожи под глазом водяной лошадки.
«Помогите!» – колоколом ударило в голове Натана. Комиссара бросило в дрожь. Он понял, что маньяк приказывает ему, но лишь замер, не шевелясь. Но почему на него не действует внушение?..
«Помогите!»
Бреннон опустил глаза на свою руку. Цепочка амулета обмоталась вокруг его запястья; в кристалле внутри пульсировало нечто. Натан сжал амулет в кулаке.
«Помогите!»
Женщина пнула кельпи каблуком в морду – снег под ней уже густо окрасился в красный. Бреннон поднялся на колени и натянул поводья, оттаскивая лошадь от жертвы. Скотина оказалась сильна – спину и плечи комиссара свело от натуги, по хребту тек пот. Но нельзя позволить этой твари сожрать преступницу!
Вдруг из-за угла павильона вылетел консультант, выглядевший словно раб, сбежавший с галеры. Он громко рявкнул какое-то заклятие и выбросил вперед сжатый кулак. Морда кельпи дернулась, как от удара. Водяная лошадка пронзительно завизжала, сделала свечку, забила по воздуху кожистыми крыльями. Перед Лонгсдейлом замелькали когтистые лапы с перепонками, но он схватил их, как руки истеричной дамы, стиснул и прорычал в морду твари короткую фразу на непонятном Натану языке. Кельпи отпрянула, пронзительно заржала и перекусила поводья. Бреннон завалился на спину; над ним пронеслось извилистое серебристое тело и скрылось в парке.
«Ну и слава богу», – подумал Натан, поднялся и обнаружил, что Лонгсдейл душит извивающуюся преступницу, зажав ей рукой рот и нос.
– Вы что творите?!
– Обезвреживаю, – вскинул на него ясные голубые глаза консультант. – Усыплению и гипнозу она не поддается. У вас есть чем ее связать?
Бреннон машинально пошарил по карманам, и тут его как ударило:
– Пегги! Где Пегги?!
– Не волнуйтесь, я оставил ее в павильоне под охраной пса.
Комиссар повернулся к пироману, дабы приказать ему помочь со связыванием женщины, – но Редферн исчез.
Дверь в холле оказалась для Маргарет непреодолимой преградой. Девушке не хватило сил, чтобы сдвинуть засов, к тому же от каждого резкого движения боль била ее под ребра, впивалась в легкие и не давала сосредоточиться на заклятии.
Мисс Шеридан опустилась на подоконник. Пара длинных узких окон слева и справа от дверей были закрыты на задвижки. Девушка подергала одну, покрытую плотным слоем масла, а сверху – слоем пыли, плюнула на краешек подола, протерла в слоях щель и толкала задвижку до тех пор, пока та с натугой не поддалась.
Мисс Шеридан распахнула окна, вдохнула свежий морозный воздух, от которого закружилась голова, и присела на подоконник передохнуть. Пес положил морду ей на колени, и она потрепала его густую круглую гриву. Собака сладко прижмурилась и заелозила по полу хвостом.
Наконец, когда холод стал уже ощутимо пощипывать, Маргарет свесила ноги наружу, собралась с духом и спрыгнула. Боль тут же ударила в ребра и так стрельнула в легкие, что девушка задохнулась и упала на колени. Пес коротко заскулил и заскреб лапами слишком узкую для него оконную раму.
– Маргарет!
Сквозь влажную пелену в глазах девушка увидела высокую худощавую фигуру. У Маргарет вырвался невнятный крик; она вскочила и бросилась к Энджелу. Последний рывок опустошил ее досуха, и девушка со слабым стоном повисла на Редферне. Он прижал ее к себе. Едва руки Энджела сомкнулись вокруг мисс Шеридан, как к ее глазам подкатили слезы, и, прошептав «Ох, простите!», она уткнулась ему в грудь и закусила губу, чтобы не зареветь, как младенец.
Рука Энджела нежно скользила по волосам и плечам девушки, и от этого ей захотелось рыдать еще сильнее. Он прильнул губами к макушке Маргарет и случайно надавил локтем ей на бок. Она пронзительно вскрикнула. Земля ускользнула из-под ног, лицо Энджела с большими темными глазами скрылось в тумане, а спустя секунду Маргарет поняла, что ее несут. Опять!
– Это все я, – прошептала она. – Я такая дура…
– Ну, не совсем уж такая, – сказал Энджел. Над ними мелькнула серебристая тень, и Маргарет невольно съежилась. – Не бойтесь, это кельпи.
Кельпи приземлилась перед ними, и Редферн усадил девушку к ней на спину. Сам устроился позади так, чтоб не задевать бок Маргарет, подобрал обрывки поводьев и коротко свистнул. Водяная лошадка без разбега взмыла в воздух и заложила широкий круг над павильоном. Мисс Шеридан прильнула к наставнику. Внизу она увидела пса, который как-то выбрался наружу и теперь, рыча, метался перед домом.
– Его надо отвести к консультанту, – прошептала Маргарет.
– Сам найдет. Я доставлю вас в надежное убежище и займусь вашими ранами.
– К Валентине? – робко спросила девушка. Это убежище уже не казалось ей надежным.
– Нет, – уклончиво ответил Энджел. Кельпи низко скользнула над павильоном, и с другой стороны Маргарет обнаружила дядю, Лонгсдейла и какого-то человека, которого консультант не то душил, не то приводил в чувство, пока комиссар перевязывал ногу этого незнакомца своим шарфом.
– Не волнуйтесь, с вашим дядей я договорился.
– Кто это? – спросила Маргарет; язык еле ворочался, но она должна была знать, если этот человек…
– Это маньяк, – после короткой паузы объяснил Редферн.
Девушка так вздрогнула, что едва не съехала с кельпи:
– Маньяк?! Но там же дядя! Вдруг этот человек, вдруг он…
– Это не он, – медленно произнес Энджел. – Это она.
– Это она? – спросил Бройд.
– Угу, – отвечал Бреннон; шеф полиции взъерошил бакенбарды.
– Н-да, – после долгого молчания изрек он, – немного неожиданный результат.
Комиссар тихо засопел. Записка пиромана жгла ему карман, как уголь, и Натану требовались изрядные усилия воли, чтобы устоять на месте рядом с начальством, а не унестись к Лонгсдейлу или к Валентине.
– А вы уверены?
– Уверен, – процедил Бреннон.
– То есть она пыталась вас… гм… захватить?
– Пыталась.
Бройд надел пенсне и окинул комиссара долгим взглядом, словно оценивал его вменяемость.
– Что вы теперь будете с ней делать?
– Это, – вздохнул Натан, нащупывая записку, – очень сложный вопрос.
Женщина, одурманенная морфином, лежала на больничной койке. Рану на ноге промыли, зашили и перевязали, но что делать с преступницей дальше – комиссар не знал. В сущности, удержать ее в неволе они смогут лишь до тех пор, пока она в бессознательном состоянии. Но его нельзя продлевать постоянно! Как ее допрашивать, в конце концов?
– Как здоровье вашей племянницы? – поинтересовался Бройд. – Вы вернули ее домой?
– Пока еще нет, сэр.
– Разумно, – кивнул шеф. – Мало ли, что еще нас ждет.
– Угу.
«Маньяку» выделили отдельную палату в больнице Святого Якова. Четверо полицейских дежурили у дверей. Но был ли в этом смысл?
– Натан, – вкрадчиво начал Бройд, – может, вы уже скажете, что случилось?
– Это долго.
– Ничего, едва ли я заскучаю, слушая вас. Итак?
Бреннон вздохнул, переступил с ноги на ногу, собрался с духом – и рассказал. Постарался покороче и без особо выдающихся деталей, но сомнение на лице шефа все равно прочел. К счастью, оно относилось не к здравому рассудку комиссара.