Александра Торн – Дары и гнев Ледяного короля (страница 13)

– Идемте. – Лонгсдейл опустил бинокль, поправил ножны с трехгранным кинжалом и стал подниматься по вырубленным в скале ступеням. Никакого оружия, кроме кинжала, при нем не было. Ведьме и псу оружие, видимо, и вовсе не требовалось.

Горы, которые издали казались раскрашенными в белые и алые полосы, вблизи были скорее серовато-белыми и охряно-красными. Бреннон по дороге осматривался, но пока никаких следов волочения, крови или останков не видел.

– Вурдалаки не приносят жертв к себе в логово? – спросил он.

– Нет, – ответил Лонгсдейл. – В отличие от упырей разлагающиеся тела вурдалакам без надобности, они пьют только кровь.

– Упырям интересны разлагающиеся трупы?

– Упырям все интересно, – фыркнула ведьма. – Все сожрут, что ни дай. Я как-то раз видела упыря, грызущего колоду, на которой мясник разделывал мясо.

Натан поежился. Все эти байки, конечно, очень интересно звучат по вечерам у камина или под пиво – но стоит оказаться на месте действия, как они уже не кажутся такими увлекательными.

Оградка с табличкой оказалась еще более символичной, чем Бреннон подумал. Лонгсдейл попросту переставил ее к стене, и с этой задачей справился бы даже школьник. Внутри, в пяти ярдах от входа, имелась цепь, которая перегораживала спуск в штрек. Но поскольку она висела на уровне груди Натана и была в единственном экземпляре, то никакого серьезного препятствия собой не представляла.

Консультант, комиссар, ведьма и пес пролезли под цепью и очутились перед пологим спуском в недра горы. Здесь было даже красиво: белые и красные полосы разных оттенков тянулись вдоль стен, как тканый узор. Бреннон полюбовался с полминуты и спросил:

– У вас есть фонарь?

Вопрос привел его спутников в замешательство. Пес громко засопел и с намеком махнул хвостом в сторону выхода, Джен забормотала что-то насчет того, что свет отлично подходит для сервировки раннего обеда, а консультант принялся рыться в небольшой поясной сумке.

– Вот, – наконец сказал он и протянул Бреннону какую-то круглую брошку из белого камня. – Это светильник. Прикрепите на плечо, и я его зажгу.

– Может, лучше вернем комиссара обратно? – предложила ведьма. – Пусть покараулит у экипажа, а я тут быстренько, даже без вас обойдусь.

– Джен, – строго сказал консультант, и девушка сникла.

Светильник горел неярко, скорее мягко, как ночник, но этого хватало, чтобы Натан различал дорогу и узоры на стенах. По мере спуска становилось все более душно и жарко, к тому же их шаги поднимали солевую пыль, от которой свербела кожа и вскоре захотелось пить. Работа в этих шахтах, подумалось комиссару, была сущим адом на земле, и неудивительно, что бунты тут вспыхивали постоянно. Прорубленная в скале шахта была достаточно широка и высока, там и тут высились кучи мелкой породы, похожей на смесь каменной крошки и песка, кое-где виднелись остатки потолочных опор.

Окружающая обстановка произвела угнетающее впечатление даже на ведьму, и она прошептала еле слышно:

– Видимо, ваши герои были в большом отчаянии, раз решили спрятаться в таком месте.

– Когда за тобой гонятся полицейские и солдаты империи, выбирать не приходится.

– А результат все равно один, – пробормотала Джен. – Всех убили.

«И даже после смерти им нет покоя», – угрюмо подумал комиссар.

– Хорошо бы никому об этом не рассказывать, – вслух добавил он. – Все-таки эти люди заслужили другую память.

– Хорошо. – Лонгсдейл поднял глаза к потолку. – Мы никому не скажем. А теперь ведите себя потише. – Он указал Натану на длинные белесые полосы от когтей на потолке. – Мы на верном пути: логово внизу.

Шахта пологим уклоном уходила вниз. Бреннон не мог различить в свете фонарика, что там, но при слове «логово» ему почему-то представилась груда старых гробов, в которых спят кровососы, а рядом дрыхнет, опираясь на алебарду, стражник в средневековом доспехе.

«Но почему они лазят по потолку? – недоуменно подумал комиссар. – Может, дело в том, что там еще темнее?»

Пес придвинулся ближе к Натану, Лонгсдейл вытащил из ножен трехгранный клинок. Бреннон поудобнее перехватил топор. Одна лишь ведьма продолжала спускаться как ни в чем не бывало.

Они прошли еще ярдов двести, когда комиссар наконец заметил следы подрыва породы и указал на них Лонгсдейлу. Тот кивнул вперед, на высящуюся посреди шахты груду камней. Она намертво закупорила шахту, и поскольку дальше был тупик, то беглецы из Каттелорна оказались обречены.

«Страшная смерть», – подумал Натан и снял шляпу. Здесь и так было трудно дышать, он уже весь покрылся потом, пить хотелось все сильнее – и оказаться запертым без надежды спастись было худшим, что могло случиться.

– Видите щель у свода шахты? – шепнул Лонгсдейл. – Они разобрали камни и проделали выход.

Бреннон внимательно изучил длинную узкую щель от стены до стены. Впрочем, она была не настолько узкой, чтобы через нее не пролез мужчина средней комплекции, такой, как комиссар, например. На потолке и камнях белели следы когтей.

– Ни один человек не выбрался? – спросил Натан. Консультант покачал головой:

– Даже если они пытались разобрать завал, то умерли раньше, чем успели проделать выход. Судя по уцелевшим планам, этот штрек заканчивался тупиком, и там очень быстро не осталось воздуха.

– А вурдалакам дышать не нужно, – добавила Джен. – Так что у нежити времени было сколько угодно.

– Но почему они превратились в нежить?

– Кто знает. Может, один из умирающих как следует проклял тех, кто его сюда завел.

– Как Хильдур Линдквист?

– Да. А может, тут внизу под слоем породы пролегает магическая жила.

– Что пролегает? – заинтересовался Бреннон.

– Жила. Я потом дам вам справочник, почитаете. Сейчас пора заняться делом. – Консультант подошел к каменному завалу и принялся водить клинком над камнями.

– Каким делом? – подозрительно спросил комиссар. – Вы что же, собираетесь проломить тут дыру?

– Но нам же нужно как-то попасть внутрь.

– Зачем? Я думал, вы бросите туда что-нибудь этакое, ядовитое для вурдалаков, а мы просто покараулим здесь, отстреливая тех, кто попытается вылезти.

Джен коротко фыркнула от смеха, пес тоже издал клокочущий звук.

– Идея не лишена привлекательности, – улыбнулся Лонгсдейл. – Вероятно, кто-нибудь из моих коллег когда-нибудь сумеет ее реализовать. Пока же, увы, ядов, действующих на нежить, не существует. Так что приходится справляться по старинке, вручную.

– Как-то это расстраивает, – пробормотал Бреннон. – Вы хотя бы не слишком большую дырку делайте, чтоб они кучей на выход не поперли. Если они все обратились, то их там должно быть одиннадцать штук.

– Может, поменьше, – сказала Джен. – Первые обратившиеся могли выпить тех, кто замешкался. Опустошенные трупы в вурдалаков не обращаются.

Лонгсдейл несколько раз коснулся кончиком клинка плотной стены из камней, что-то бормоча себе под нос, а затем соединил точки и получил тонкую зеленую полосу, очерчивающую арку чуть выше роста комиссара. Консультант нарисовал кинжалом несколько знаков под аркой. Через несколько секунд они растаяли, а куча каменных глыб подернулась туманом.

– Прошу, – сказал Лонгсдейл, глядя на арку с таким видом, словно сделанное вызывало у него некие сомнения. – Проход готов.

– А нельзя ли как-нибудь выманить вурдалаков сюда и кончать их по паре штук? – спросил Бреннон, которого тоже как-то не прельщала мысль лезть в логово кровососов.

– Ну, если вы согласны пролить тут свою кровь, да побольше…

– Джен, – одернул девушку консультант. Его пес пристально смотрел в проем, словно видел что-то сквозь камни. – Я войду первым, комиссар следом, ты замыкающей.

– Да зачем столько сложностей, я же могу просто выжечь там все огнем!

– Тогда ты сожжешь весь кислород в замкнутом пространстве шахты. А дышать нужно не только комиссару.

– Ну ладно, ладно, – недовольно буркнула ведьма. – Вечно с вами, людьми, какие-то сложности.

Лонгсдейл ступил под арку и прошел сквозь камни, скрывшись из виду. Бреннон подождал несколько секунд, собрался с духом, зажмурился и нырнул в камни.

Ощущение оказалось не из приятных – словно проходишь сквозь каменный кисель. Но длилось это всего несколько секунд, после чего Натан оказался по ту сторону обвала в кромешной тьме.

– Тише, – прошелестел из непроглядного мрака голос Лонгсдейла. – Сделайте шаг вправо и замрите.

Бреннон шагнул вправо от входа и застыл, вцепившись обеими руками в топор. Сердце бурно колотилось, по спине стекал пот. Его шеи что-то коснулось, и Натан чуть из кожи не выпрыгнул.

– Без паники, это я, – шепнула Джен. Рядом раздалось негромкое сопение пса.

– Может, включите снова мой фонарь? – спросил Бреннон.

– Не сейчас.

– А смысл? – фыркнула ведьма. – Он так пыхтит, кряхтит и пахнет и у него так стучит сердце, что вурдалаки уже в курсе.

В ответ раздался вздох Лонгсдейла, и фонарь на плече комиссара снова засветился.

К удивлению Натана, вокруг никого не было. Ни один вурдалак не вышел встретить гостей или хотя бы полюбопытствовать, что происходит. Штрек ничем не отличался от того, что было перед завалом, но, осмотревшись, Бреннон заметил чьи-то останки у стены и указал на них консультанту.

– Одним меньше, – заключил Лонгсдейл. – Но вот точно ли их было одиннадцать…

– Так было указано в отчете имперской полиции.