Александра Топазова – Законы волчьей любви (страница 2)

Мне было шестнадцать, когда его посадили. Я три года его ждала, с ума сходила и готова была еще столько же ждать и, если надо все одиннадцать, но он все перечеркнул.

Кого я обманывала, я вышла замуж ему назло. Фотки скинула, палец с кольцом обручальным…

Дура? Конечно дура. Но тогда в девятнадцать лет, я этого не понимала, что он сделал это специально чтобы меня оградить. Не понимала… Моя судьба впереди и это ни Сергей и ни Дима, только где она эта судьба, где…Я этого не знала.

Закурила и посмотрела в ночное небо. Больно? Очень.

Какая же ты, дура бесхребетная, Алина, какая… Забудь ты его, просто забудь. Ни то он, да и ты давно ни та…Ни та…

ГЛАВА 1.4

АЛИНА

На работе все валилось из рук. Мама и в больнице стало хуже. Сердце, я не находила себе места.

Дима, как, всегда, относился ко всему философски, что все мы под Богом ходим, а сестра и папа были в больнице с ней.

Мрачно посмотрела на чашку с кофе. Такой опустошенности не было давно. Страшное ощущение боли внутри. Близкий человек болен, а ты не знаешь, как помочь, деньги ищешь, в больнице постоянно с ней…Постоянно с мамой.

Операцию она не переживет, возраст, да и риски большие. Сестра не согласна. Сестра… У нас с ней плохие отношения, более чем плохие.

Вздыхаю и отпиваю кофе.

Телефон оживает. Сердце стучит все сильнее. Сергей.

- Да!

Я хожу по кабинету туда, сюда, пытаясь успокоится, взять себя в руки, но ничего не выходит. Сама не знаю зачем с ним разговариваю… Он же женат. Ее зовут Маша.

- Как мама?

Голос хриплый и такой родной.

Такой нужный мне и меня так тянет к нему. Не могу я без него, просто не могу. Сейчас изнутри всю сломает.

Я его люблю, до безумия люблю, хоть и пытаюсь с этим бороться, ничего не выходит.

- Потихоньку! В больнице!

- Опять?

Слышу, как чиркает зажигалкой. Да ни опять, а снова. Хочется рыдать услышав его голос, хочется сорваться, до безумия сорваться… Не смей, слышишь, Алина, просто не смей.

Он того не стоит. Спасибо ему за помощь, за все, но на этом все.

- Сколько денег надо? Я помогу!

- Спасибо, Сереж, мы сами справимся! – тихо произношу я.

Молчание. Тяжелая, мрачная пауза, которая сводит меня с ума.

- Я сам решу! Позволь! Ты приедешь на мое освобождение?

У меня темнеет в глазах. Меня ломает изнутри… Господи, за что… Почему…Скажите мне почему… Только ни это. Я бы все отдала чтобы рядом с ним сейчас быть, просто все.

Сердце бешено стучит.

Он хмыкает.

- Я денег переведу для мамы! Она многое сделала для меня и ни чужой мне человек! Удачи с мужем, Алин!

В трубку летят гудки, а в глазах застывают слезы. Кажется, я сломалась. Я ведь не могу без него, просто не могу…..

ГЛАВА 2

АЛИНА

Мне казалось, меня разорвет изнутри. Просто, как рыбу выбросили на берег из воды, также было больно, до жути до сумасшествия. Душа горела, не просто сгорала.

В этом огне, страшном, чьи языки пламени сжирали меня изнутри. Я смотрела на ее лайки к его постам, жадно всматривалась в его посты. Искала смысл, подоплеку. Что про меня, что все про меня. Ничего не понимала и ненавидела себя.

Отчаянно ненавидела что за одиннадцать лет так и не сумела разлюбить, что помнила любимые родные глаза и когда говорили по видео, сгорала представляя, как он трахает меня. Я смотрела жадно в его лицо, красивое лицо и не понимала почему мы так предали свою любовь, почему…Какого, хрена, разбились, мои мечты, какого хрена, я испортила жизнь ни только себе этим браком, но м Диме.

Он любил меня, безумно любил, а вот я за десять лет почти брака, так и не сумела его полюбить, не сумела.

В кабинет заходит Вика бармен и смотрит во все глаза на меня.

- Там по поводу банкета, Алина, тебя просят!

Ногти впиваются в ладони. Это моя работа. Сильно мама болеет. Реальную жизнь никто не отменял, никто….

ИВАН

Богданов в упор смотрел на меня. С операми у меня разговор был конкретным всегда. Я не жевал и не катал вату. Сухо и по факту всегда.

Всегда и во всем.

Карие глаза Богданова смотрели на меня, как и мои на него. Я хорошо знал свою проблему с глазом и не скрывал ее ни от кого.

- Пират, я понимаю порог твоей наглости зашкаливает! Но какие бабы! Какое бухло!

- Обычное! – равнодушно пожимаю плечами я.

Я всегда ко всему равнодушен. Когда отец погиб все внутри словно умерло, я понял, я ответственный за маму, за Ритку, за Веру… За сестер и маму, что я мужик что я должен. Но что я мог шестнадцатилетний пацан, если в нашей жизни нет ничего честного… Правильно, я прибился к бригаде Кощея.. Жалел ли я сейчас об этом, я не знал.

Дочку было жалко и Рада, она спивалась, адски спивалась.

Только чувств к ней не было никаких, я вообще никого не любил кроме дочки, мамы и сестер, никого…

- Я буду думать, Пират! – сухо произнес Богданов.

Я усмехнулся, я уже знал, что он все надумал. Ведь это мусор, а мусорам нужны были деньги….

Вернувшись в камеру, мрачно смотрю на телефон. Бывшая звонила три раза. Ровно три. Перезваниваю.

- Что тебе, животное нужно, опять пьяная?

Рада рыдает мне в трубку.

- ПДН приходили! Лерку забрали! Ваня что делать?

Рука сжимается, вот же сука….

ГЛАВА 2. 1.

АЛИНА

Он завтра освобождался. 6 июня. Завтра.

Завтра он выйдет за ворота, а я буду смотреть на него.

Буду смотреть его фото, его посты.

Радоваться за него, конечно, радоваться. 11 лет прошло. 11 лет….Крышесносно, безумно. Несмотря на Диму, я ни одного сообщения его не удалила, о чувствах его, куда он меня и как… Люблю я его, до жути люблю… Мама и девчонки говорят что другого встречу, а мне кажется не встречу что без него с ума сойду, крыша уедет, до безумия, до жути… Что не смогу, я жить, я дышать без него не смогу.

Бесхребетная дура, бесхребетная сука, его сука. 11 лет прошло. Сережа, я люблю тебя, эта тоска в глазах, эта боль в каждом просмотре его фотографии, не могу я без тебя, не могу….

Плевать на все, сегодня моя жизнь изменится. Открываю бутылку старого доброго Джек Дэниелса…