Александра Топазова – Отпусти (страница 52)
— Глубже любимый, прошу глубже!
Царапая меня и хватаясь за плечи, вскрикивала все сильнее. Мои ладони скользили по ее талии, губы накрывали чувственные от желания соски. Твою же мать, что она со мной делает что… Когда дошли оба до финала, я бурно излился в нее, совсем не думая ни о чем и прижал к себе настолько крепко будто боялся то что отпущу и она, как фантом раствориться подо мной.
— Ты только моя! — до боли закусил мочку ее уха.
Нежные девичьи руки доверчиво обвили мою шею.
— Я люблю тебя Ник! Люблю!
Я замер, чего угодно, но только ни это я ожидал от нее услышать…
Спустя полчаса, она полулежала на мне с бокалом вина, а я перебирал ее волосы и любовался каждой черточкой красивого лица.
— Ты промолчал, когда я тебе сказала, что люблю! — тихо произнесла она.
Я опустил на нее глаза. Как же я хотел сказать ей это, до ломоты в костях.
— Я не знаю, что тебе ответить! — вместо этого жестко произнес я.
По ее лицу скользнула тень, а я продолжал любоваться эти огромными глазами и ненавидел себя в этот момент, что хочу сказать, но не могу, знаю ведь она вернется к нему.
— Я поняла! — сказала еле слышно. — Знаешь я надеюсь, что однажды ты скажешь мне это!
Внутри все напряглось, закрой же ты рот, не могу это слышать.
Жадно накрыл ее губы поцелуем, требовательно языком ворвался в ее ротик, мои пальцы прошлись по соскам и член тут же стал каменным. Буду трахать, иметь, но про любовь не скажу, слишком больно сделала мне. Вырываю из ее рук вино и вновь подминаю под себя, хочу, до безумия хочу.
Мы всю ночь наслаждались друг другом, я потерял счет тому сколько раз я кончил, сколько раз кончила она, я не мог без нее. Сходил с ума и понимал, что уже скучаю, хотя Марьяна все еще была рядом. Когда в дверь деликатно постучались, напоминая о том, что пора, во мне еще не выветрилось все вино, как и в ней. Мы были пьяны не от него, а друг от друга. Прижимал ее к себе и думал, что не могу отпустить, мне мало, мало ее. Ее же глаза наоборот были такими грустными, что щемило сердце.
— Мы даже почти не общались!
Я усмехнулся и еще сильнее прижал к себе вдыхая запах волос, покрывал их поцелуями, как безумный.
— Ты не за этим сюда приехала девочка!
Марьяна слегка отстранилась от меня, а я хмуро притянул ее обратно.
— Не знаю сколько буду без связи, но деньги тебе найду! Держись, все будет хорошо!
— Не надо я сама!
Злость прошлась адреналином по вену, зажал ее ротик рукой.
— Заткнись! Сама ты ничего больше делать не будешь и не спорь!
Она доверчиво прижалась ко мне, а я старался не выдать своего чувства, такой нежности, наговорить ей ласковых слов, успокаивать, твердить, как нужна мне. Нет. Нельзя. Она моя, но в то же время чужая, она с ним. Понимая, что пора и если не сделаю этого то просто сорвусь, отталкиваю ее от себя и встав начинаю одеваться. Не могу смотреть на нее, как хочется вернуться в кровать, к ее теплому телу, к любимой.
— Что с тобой?
— Нам пора!
Марьяна прижимает колени к подбородку, а я стараюсь не смотреть на нее, она вызывает желание вновь взять ее, не отпускать, а я не хочу привыкать, хочу уйти и в то же время хочу остаться. Ощущаю себя психопатом.
— Тебе было плохо со мной?
Подхожу и сев рядом, целую ее.
— Нет девочка, мне было очень хорошо с тобой! Мне всегда с тобой хорошо! У тебя муж, а я не знаю вернусь или нет, у меня девушка! Нам просто было хорошо!
— Почему тогда ее не позвал? — дрожащим голосом спросила она.
Вижу, что еще чуть чуть и заплачет. Вот я кретин. Притягиваю к себе и обнимаю так крепко, что боюсь сломаю ее.
— Я тебя хотел и хочу! Если ты уйдешь от него никого не будет! Только не так, как раньше, по-настоящему! Подумай, я не хочу тебя ни с кем делить! Ты моя!
— Ты любишь меня?
Сердце так бешено бьется и ни то что кричит, оно верещит да, но я лишь крепче сжимаю ее в своих объятьях боясь, что в последний раз и впервые молю Бога подарить нам еще хотя бы одну встречу, чтобы вернулся. Судорожно кашляю, она испуганно смотрит на меня.
— Что с тобой?
— Все хорошо, я тебе уже говорил!
— Тебе нужно лечится, тебе…
— Замолчи! Иди ко мне! — привлекаю ее вновь к себе и тону в ее глазах. — Подумай! Это последний раз, когда я тебе говорю, нам пора идти, Ян уже ждет тебя!
С трудом отрываюсь от нее и иду к двери, первый раз за десять лет, за все что пережил, несмотря на всю свою жестокость, у меня в горле такой ком. Я слишком сильно боюсь ее потерять, чтобы подпускать к себе ближе.
Нас выводят вместе, этого я не хотел больше всего. Не хотел ее слезы, держу за руку, как маленькую девочку, а она идет, опустив глаза. У входа останавливаемся. Знакомый конвоир Вася показывает на часы и отходит в сторону. Я киваю и беру лицо Марьяны в свои ладони, ее губы дрожат, причиняет мне такую дикую душевную боль, что я готов выть.
— Все хорошо! Ну что ты раскисла моя? С мамой все будет хорошо! Я найду деньги, сама не вздумай ничего искать! У тебя есть я, я помогу!
Вижу, как ее большие красивые глаза наливаются слезами.
— Я не хочу, не хочу прощаться с тобой! Эта ночь была лучшей, я не хочу тебя еще раз потерять!
Роняет голову мне на грудь и внезапно сотрясается в рыданиях, пол едва не уходит у меня из — под, ног. Это выше моих сил. Отрываю ее от себя и впиваюсь в ее губы, зарываюсь в длинные волосы, я сам не хочу отрываться, сам не могу без нее.
— Ник, время!
Голос Васи выводит из минутной эйфории, отрываюсь от ее сладких губ и смотрю в глаза.
— Не смей! Поняла? Не смей плакать! Мне надо идти! Я найду, как с тобой связаться, береги себя и маму!
Отталкиваю ее грубо потому что понимаю, еще секунда проведенная вместе и я скажу это, скажу три гребаных слова о которых буду потом жалеть, потому что она все равно будет с этим пуделем.
— Ник!
Оборачиваюсь и смотрю на нее. Она так трогательно трет кулачками глаза, что я улыбаюсь, убираю всю свою грубость, плюю на все.
— Я тоже!
Резко разворачиваюсь и толкнув железную дверь вхожу в нее, она захлопывается, отделяя нас друг от друга. С яростью ударяю кулаком в стену так, что сбиваю руку до крови. Съезжаю вниз по ней, в груди все клокочет. Я не верю, я не хочу верить, что это конец, даже если после всего попросит, чтобы отпустил, не отпущу, никогда не отпущу… Моя…
Эпилог
Вот и ноябрь полностью вошел в свои права, на улице повсюду ранний снег, если не сказать метель. Но какой снег у меня в душе. Медленно иду к машине Яна, слезы застилают глаза. Я не верю, что все это происходит со мной, тело до сих пор сладко болит от его ласк, а душа разрывается от мук.
«— Я тебя тоже!»
Мы оба понимали, что он имел ввиду и даже без дополнения, я тебя люблю, я все поняла. Останавливаюсь у «Ауди» Яна и оборачиваюсь, словно прощаясь, хотя не хочу верить, что это так, хочу продолжения, хочу быть с ним, быть сильнее, помочь маме и вытерпеть все. Сажусь в машину, Ян не говорит ни слова, видит мое состояние, а я не реагирую ни на что. Это была лучшая ночь и даже если мы не будем вместе, я никогда не смогу забыть его, того человека, который показал мне отношение мужчины, того кто дал мне то, что хочет каждая — свою силу, надежность и любовь. Сглатываю слезы и наобум, понимаю то что у него нет телефона, пишу
«— Отпусти!»
Буквально через секунду мне приходит ответ.
«— Не отпущу!»
Не сдержавшись реву в голос, набираю номер. Абонент временно недоступен. Телефон падает на колени… Я не смогу без него, и чтобы не случилось буду писать этот роман, роман длиною в жизнь где впереди будут много частей, частей про нас, про то что впереди есть будущее, есть мы и даже если на моем пути будет масса преград и мы больше никогда не встретимся, он навсегда будет жить в моей голове. Тот, кого я не сумею забыть. Никогда. Ни за что. Мой…