Александра Топазова – CINDRELLA (страница 4)

Кирилл выругался и хлопнув дверью вышел. Я закрыла глаза, много раз в такие моменты я жалела, что я не замерзла там у приюта, а меня нашли. Единственный, о ком я думала это была моя Алиса. Я жила ради нее, а теперь еще и ради другого зародившегося во мне. Всегда была против абортов, это убийство детей это раз и два мне еще в приюте сказали, что по каким – то медицинским показаниям, мне нельзя делать аборт. Врачи в родильном доме подтвердили тоже самое.Алиса обвила мою шею руками и прижалась ко мне, а я с нескрываемым торжеством смотрела на мужа, который даже не мог договориться с маленьким ребенком. Когда Алла увела дочь, Кирилл уставился на меня. – Это что за фокусы? – Ты про что? – как можно равнодушнее спросила я. – Про твою беременность! Ты одурела? Маме помощь нужна, она тебя беременную тащить не будет! Я рассмеялась. – Я на нее и не надеюсь, у меня муж есть! – Тина! Какие дети? У нас уже есть дочь! – Зачем же ты тогда спишь со мной? – прищурилась я. Тебя не учили вовремя спускать, или ты не знаешь, как получаются дети? Кирилл сжал кулаки. – Ты что – то разговорилась последнее время! Маме, хамишь! – Ей никто не хамит, я аборт делать не буду! – Нет будешь! Я на ребенка ни рубля не дам! – Да, пожалуйста – я легла обратно чувствуя, что мне вновь становится не хорошо. – Я просто заберу Алису и уйду! – Интересно куда? В, приют? – Да хоть, туда! Лишь, бы от тебя подальше!

– Анита, нам нужно серьезно поговорить![АНИТА] Анита крутилась у зеркала примеряя то одно платье то другое. Она знала, что скоро приедет Адей. Остановив свой выбор на изящном черном платье, девушка, распустила волосы как в дверь постучали. – Войдите – крикнула она. В комнату вошел дядя. Высокий, подтянутый спортивный мужчина. Он был секс – символом Рождественского. Да что там Рождественского, в Санкт – Петербурге и Москве на него заглядывались. Статный интересный мужчина. Анита до сих пор не могла понять, что он делает столько лет с Аленой и почему не найдет себе топ модель, достойную его. – Дядя привет! – она кинулась к нему. – Как же я соскучилась! Он хмуро посмотрел на племянницу.

– Тебе Алена что – то наплела?

– Дядя, я люблю его! Мы хотим поженится!Анита терпеть, ее не могла, и сама не понимала за что. Может за занудство, то, что она правильная? Но последнее время жена дяди, раздражала ее все сильнее. – Анита! Алена, моя жена! Я попросил бы уважения к ней! Она не наплела, а сказала, что ты не ночуешь дома! Что это за фокусы? Я еле смирился с твоей грудью и губами, но, ваши отношения с Адеем зашли слишком далеко. Этот парень, обычный бандит! Мне не нравится он, я бы не хотел видеть вас вместе! Алеся не такой бы жизни хотела дочери, и я уверен, на том свете спросит с меня, что я тебя не уберег!

Алеся… Ее родная мама. Она почти не помнила ни ее ни отца, знала лишь одно, они погибли в автокатастрофе и ни дядя, ни Алена, лишний раз их с Лешей родителей, тему старались не трогать.

С этими словами он развернулся и вышел. Анита с ненавистью смотрела ему вслед. Раньше, ей казалось она любила дядю, они воспитали ее и Лешу в достатке, как своих, заботясь и ни в чем не ущемляя. Но ненависть откуда – то росла в ней с каждым днем все сильнее и сильнее.Он нахмурился вновь – Хорошо, я спрошу у него сегодня и если мне не понравится ответ, то это будет точкой, Анита! Да и еще – он скосил глаза в сторону ее платья. Оденься прилично! Мы не в клубе! Адей, вынужденно мой партнер по бизнесу, если ты не забыла, он осетин, а у них не принято, чтобы их женщина щеголяла с сиськами наружу!

[ТИНА]

– А то, что, вы гостиницу на деньги голодранки без роду и племени открыли, ничего?Я встала с кровати и спустилась вниз. В, зале вовсю шло веселье. Как же я их всех ненавидела. Хотелось тишины, а не видеть эти пьяные рожи. – Тина, красавица налей нам пива! – Тина, иди к нам! Я, пройдя мимо всех вошла на кухню. Там, между кастрюль бегала Алла. – Я тебе сейчас помогу – произнесла я. Алла вздохнула – Хозяйка рвет и мечет! За окном буран! Посетителей все больше! – Денег ей тоже больше! – проворчала я и бросилась чистить овощи. За час мы управились, я старалась держатся хоть начинало подташнивать от запаха еды. Когда Алла понесла еду в зал, на кухню вошла свекровь. – У вас все готово? – Да! Она с презрением посмотрела на меня – Беременность не освобождает от работы! Иди, перестилать постель в номера, Тина и отнеси белье стираться! – Оно, тяжелое! – возразила я. – Сейчас Алла освободится и вместе отнесем! – Послушай, Тина! – сузила глаза Татьяна Сергеевна. – Я смирилась что мой мальчик женился на девушке из приюта без крова и образования, но я взяла в дом не лентяйку! Так что слышать ничего не хочу! Вперед, а иначе я серьезно задумаюсь над вашим разводом и если ты думаешь, что я позволю расти внучке, а антисоциальных условиях, то ты ошибаешься! Смотри, как бы ребенка у тебя не забрали! Мы уважаемые люди, а ты всего лишь обычная голодранка, без роду и племени! Я сжала кулаки. Как, же я ее ненавидела.

Татьяна Сергеевна поджала свои тонкие губы.

– Ты сама квартиру решила продать! Это твое желание было, деточка!

У меня потемнело в глазах, едва сдерживаясь чтобы не запустить в нее подносом, я прошла мимо нее. Господи, если ты есть, прошу накажи ее и ее сыночка.

В доме было все готово. Алена в вечернем шикарном платье со шлейфом стояла у зеркала и с грустью смотрела в свое отражение. Максиму становилось все хуже. Врачи разводили руками твердя что вот это лекарство поможет, и ее мальчик встанет на ноги, но проходило время, а ничего не менялось. Болезнь лишь прогрессировала. Максим родился больным с пороком сердца и со временем становилось лишь хуже. Алена смахнула с глаз слезы. Она знала, что в этом виноваты лишь Артем и она что они совершили. Алена молилась за нее каждую ночь, не оставляя надежд что ее дочь жива. Когда они переехали сюда, этот сон стал снится ей каждую ночь. Ее, плач и то, как они уходят зная, что не увидят свою малышку больше никогда. Она, взяла с комода флакон духов и брызнув на себя чуть не выронила его из рук. Пытаясь, успокоится, подошла к окну смотря как за ней бушует метель. Что с тобой доченька? Где ты сейчас? – прошептала она. – Жива ли ты и никто тебя не обижает? Как сложилась твоя судьба? Господи, прошу, только об одном, если ты жива, найдись пожалуйста.***

[АДЕЙ]

– Послушай, Алена! – Анита посмотрела ей в глаза. Следи лучше за собой, а меня оставь! Ты мне не мать!Адей и Марат вошли в дом мэра. Дворжецкий радушно принял их. Стол и гостеприимство были выше всех похвал. Единственное что омрачало Адея это мысль что здесь живут люди, и они не согласятся переехать отсюда. Войны Адей не хотел, он навидался многого, в том числе как отец жестоко вел себя с людьми. Его, даже не волновало, что Анита весь вечер не спускала с него глаз пытаясь под столом задеть ногой. Стать таким, как отец, он не хотел. Если на то пошло, он уже был готов отказаться от шахт и рудников. Да алмазы, да миллионы, но он осознавал ненависть и проклятия, которые будут тянуться за ним всю его оставшуюся жизнь. – Я думаю нам стоить оставить дам! – наконец встал Артем Дворжецкий и пойти переговорить на балкон за хорошей сигарой! – Поддерживаю! – улыбнулся Марат не сводя глаз с Аниты. Она сегодня была, как никогда великолепна и он не понимал почему его друг так жестко тупит. Анита – само совершенство, Марат пытался не показывать какое впечатление на него производили ее формы. Да и сама девушка всецелом могла свести любого, вот только его друг совершенно не замечал ничего вокруг, полностью погруженный в свои мысли. Мужчины встали и отправились на балкон. Когда они ушли Анита вздохнула. Сидевшая напротив Алена отпила вино из бокала не сводя глаз с девушки. – Анита мы не желаем тебе зла, но Адей не твой человек, ты сама этого не видишь?

С этими словами она встала из – за стола направляясь к себе. Адей за весь вечер даже не взглянул на нее ни разу. Она не могла в это поверить. Понимала что то, что вчера она сказала ему что любит его становится правдой. Он был нужен ей весь, без остатка. Если раньше ее привлекали другие мужчины, их деньги, подарки и часто, Анита даже не брезговала женатыми, то сейчас все было по – другому. Она думала только лишь о нем и порой, ей казалось, что даже если он станет нищим, она ни за что не откажется от него.Девушка все сильнее начинала раздражаться. Адей не обращал на нее никакого внимания, а тут еще эта со своими нотациями.

***

– Здесь красиво, неправда ли? – произнес Артем закурив.Адей стоял на балконе и смотрел вниз. Повсюду, лежал снег, за домом мэра сразу начинался лес. Это, была ни с чем несравненная красота. Как можно было отобрать ее у людей, он не представлял. Никогда не был ни романтиком, ни мечтателем, а тут сердце бешено колотилось, как представлял, что скоро всего этого не будет, а лишь проложенные шахты.

Марат сердито смотрел на Адея. Ему в отличие от Адея было наплевать на людей раз на кону стояли такие деньги. О чем, он сейчас вел речь, Марат откровенно не понимал… К чему была нужна эта беспонтовая лирика, тоже не понимал. Это было все излишним и скучным. Тут дело было в бабках, а ни в природе и горожанах, на которых Марату было по сути плевать.В его голосе тоже слышалась тоска. – Несомненно! – ответил вместо Адея Марат, но господин мэр мы сюда приехали не красоту обсуждать! На 150 домов, три с половиной миллиарда либо такие же коттеджи или жилые квартиры в столице! Вы, обсуждали это? Терять 50 миллиардов нам не хочется! Тем более пять процентов ваши! Что вы теряете! Вам нужно лишь поговорить с горожанами! Уговорить их уехать, тихо, мирно и без паники! Без фанатизма так сказать! Артем, не слушая его смотрел на Адея. Адей повернулся к нему лицом, он понимал, что тот хочет послушать его. – Артем Сергеевич, я слышал о вас, как ни только о мэре Рождественского, но и, о, солидном бизнесмене и, как, о новом мэре тоже только хорошее! Я не хочу войны! Не хочу, чтобы кто – то умирал или что – то, чтобы произошло! Я хочу решить все с миром! Чтобы обошлось без жалоб и лишних инстанций!