Александра Сутямова – Проклятый мастер Гуэй (страница 56)

— Я сделал, что мог. Чего ты ещё хочешь?

— Ми Хоу прав. Вы трус.

— А я и не говорил, что я герой.

— Я видел, Вы можете повелевать ветром, и изменять элементы! А господин Ми Хоу – настоящий Владыка огня и князь иллюзии! Но лишь Ши Ши один отправился в проклятую деревню!

— Зачастую отвага и глупость неразделимы.

— Вы говорите, что он глуп. А как же брат Цзе Чэн? Как же сестрица Ли? Может, они ещё живы?

— Не сомневаюсь, что живы. Ты думаешь, с ними боролся Цзе Чэн? Уверен, братец-монах сразу же покинул это гиблое место. А сестрица Ли отправилась ещё утром, пока было солнце. А потому, не найдя в деревне никого, должно быть, уже вернулась. В отличии от нас. — крайне недовольно отозвался Гуэй.

— Вы можете не спасать их, но не говорите, что братец Цзе Чэн лжец, а Ши Ши глуп. Я верю, что они сделали это от чистого сердца! А что с сестрицей Ли – Вы не можете знать.

— Ты называешь меня трусом. Пусть будет так. Я не бессмертен. И если умру раньше Ми Хоу, то ещё две жизни буду нести проклятье за его преступления. А потому, для меня важнее всего на свете жить. И я так же, как и любой человек, боюсь смерти.

Гуэй повернулся к деревне Ши Ши. Но с места не сдвинулся. Он почувствовал, как за спиной надвигается, голодная и разрушительная инь.

— Мы подошли к деревне слишком близко, — понял он свою ошибку.

Схватив Сяо Ту, как непослушного щенка, Тёмный мастер тут же скрылся в зарослях, подальше от дороги.

Притаившись, они наблюдали за тем, как по дороге волоча ноги, и закинув голову назад, двигались полуразложившиеся трупы. Их обгоняли более свежие, передвигаясь длинными прыжками.

— Мастер, — прошептал Сяо Ту, — смотрите, их же ужасно много! — пытался он образумить мастера. — Ни одна деревня не сможет им противостоять!

Гуэй молчал. Было видно, что увиденное вынудило его колебаться.

— Только Ши Ши сможет с ними сражаться. — продолжил Сяо Ту, — Но что будет дальше? Особенно, когда Ши Ши и сам погибнет?.. Я знаю, Вы не бессмертны. Но и я, и те люди – тоже. Однако, они знают, ради чего борются. Да, это их дом и близкие. Но ради чего тогда живёте Вы? Ради бессмертия? Но Вы же его уже не сможете получить.

Юноша увидел, как изменился взгляд мастера. Действительно. Несмотря на то, что на него уже было наложено проклятье, притом, по его же собственному выбору, он всё равно не оставлял надежды получить прощения Нефритового Императора, и обрести возможность навсегда или хотя бы очень долго, избегать самого большого своего страха – смерти.

Но сейчас Сяо Ту, будто обретший настолько великую власть, чтобы говорить голосом мира, словно заставил Гуэя очнуться от его грёз. Можно сказать, что Сяо Ту в это мгновение своими словами лишил мастера надежды. И Гуэй вернулся в суровую реальность.

В которой, он никогда не получит желаемого. Что бы он ни делал.

А в чём была его вина? В том, что желал знаний? Не вреда людям, а только знаний? Разве не превратился он в чудовище только тогда, когда покинул гору? И из-за чего? Исключительно потому, что потерял своё имя, а значит опору. Потерял себя. Все те бесчинства и преступления, что он совершил в безумстве, прозванный его жертвами Гуэем, пытался замолить раскаянием и добрыми делами. Но сколько бы много добрых дел он ни совершил, Небесный правитель его так и не прощает. И есть ли тому дело до маленького человека? Пусть он и является мастером.

А может, дело вовсе не в прощении, а в ошибочном решении ещё молодого заклинателя связать свои жизни с поступками демона? И тогда, Гуэй лишил себя права бессмертия сам?

Но зачем? Не потом ли, что он боялся обрести это бессмертие? Не потому ли, что желал своего наказания?

Всего одна фраза наивного и прямолинейного писаря потянула за собой цепочку быстро сменяющихся мыслей. И хоть проносились они быстрее, чем перепрыгивал очередной цзянши, каждая из них была невероятно тяжёлой, подобной катящемуся с крутой скалы валуну, сносящему Гуэя.

Конечно, сколько бы он ни отпирался, сколько бы ни пытался заверить всех, а главное – себя, в том, что нужно бежать, он не мог оставить людей без помощи. Быть может, если бы он только слышал об этой деревне, то несомненно бы прошёл другой дорогой. Но не теперь, когда он видел этих людей, пустил их страдание в своё сердце, увидел, как на них неумолимо движется смертельная опасность, от которой тем невозможно будет скрыться. И оттого, они несомненно умрут. Мучительно. Долго. От рук тех, кого любили…

— Я не могу с ними всеми бороться. — раздражённо резюмировал Гуэй. — Однако, мне не даёт покоя тот факт, что всё это время мертвецы стекались к проклятой деревне, а теперь, вдруг, группами отправляются к соседней. Вполне возможно, учуяв живую энергию, и изголодав в уже мёртвом поселении…

Сяо Ту не мешал мастеру размышлять. Судя по его словам, юноша понял главное – Гуэй этих людей не оставит.

Дождавшись, пока группа пройдёт дальше, Гуэй поднялся, решительно направляясь в сторону опустевшей деревни.

Сяо Ту побежал за ним:

— Мастер, разрешите пойти с Вами.

— Не боишься?

— Боюсь, — честно признался Сяо Ту, — Но рядом с Вами мне не так страшно.

Туман ослабевал, но в начале весны темнеет рано, и солнце уже село. Поэтому у них почти совсем не осталось времени.

— Может, дождёмся господина Ми Хоу? — рационально предложил Сяо Ту.

— Не известно, когда он вернётся, и вернётся ли.

Эти слова писаря явно не обрадовали. Он даже нервно сглотнул, заметив, как напротив них, от одного дома к другому бредёт очередной мертвец.

— Подозреваю, что без вмешательства человека здесь не обошлось. — поделился подозрением Гуэй. — Вполне может быть, что и Тёмного заклинателя.

— Разве цзянши не создаются заклинателями? — уточнил Сяо Ту. Когда-то подобную байку он слышал от своих друзей.

— Не все. Там, где скапливается много инь, обязательно появятся призраки или мертвецы. Война, мор, казни – этого более чем достаточно для того, чтобы из могил разом поднялись мертвецы. Всё это несправедливые смерти.

— Почему же здесь должен быть замешан заклинатель? — не понял тогда Сяо Ту.

— Он ими управляет.

Сяо Ту стало совсем жутко. Зачем человеку, вдруг, понадобилось управлять мертвецами? Тем более, такими кровожадными, раздирающими плоть в поисках крови, и не оставляющим даже души́…

— Я ищу, ты смотришь по сторонам. — скомандовал Гуэй. — От меня ни на шаг. Если надеешься уйти отсюда живым.

Дождавшись, когда цзянши скроется за углом дома, Гуэй и Сяо Ту, пригнувшись добежали до другого.

Мастер поднял два пальца ко лбу, а затем, провёл по глазам. Так он смог различать старые и свежие следы инь, тянущиеся за ожившими покойниками.

— В этом доме никого нет, — прошептал Гуэй. — Если что случится – прячься здесь. Я или Ми Хоу тебя найдём.

Приняв приказ, Сяо Ту кивнул.

Они двинулись вдоль стены, в противоположную сторону от исчезнувшего цзянши:

— Нам повезло, — сообщил мастер, — многие ушли, а значит, здесь осталось, должно быть, меньше десятка. Надо было сразу их разделить, и так, по несколько, уничтожить, — сожалел о поздно принятом решении Гуэй. — И всё же, не переставай следить по всем сторонам, даже крышам… — Сяо Ту тут же задрал голову. Гуэй предупредил: — На шум слетятся все.

— А они не смогут найти нас по оставленной нами ян? — поздно спохватился Сяо Ту.

— Найдут, если будешь ею светить… — неопределённо ответил Гуэй, двигаясь дальше.

Пока Сяо Ту смотрел по всем возможным сторонам, он не мог определиться, что страшнее: если бы цзянши нападали бы стихийно, бесконтрольно? Или же наоборот, когда ими управляет один человек, который, вполне возможно, совсем тебе не друг.

Было странно, но дойдя до окраины деревни, они больше не встретили ни одного мертвеца. И как сказал мастер, здесь их следы рассевались, терялись, а значит, были уже старыми.

Следовательно, шли они в противоположную от источника сторону, и с опасностью им только предстояло встретиться.

Вернувшись на исходную позицию, они пошли за скрывшимся цзянши. Медленнее, чем раньше.

Ночь беспощадно опустилась на деревню.

— Мастер, — тихо позвал его Сяо Ту, указывая на нескольких мертвецов, пропрыгавших в ту же сторону, в которую шли и они, и совсем не обративших внимание на людей.

Чуть ускорившись, Сяо Ту и Гуэй обогнули ещё несколько домов, в итоге, замерев.

Прямо перед ними, у стен домов напротив, низко опустив головы и, свесив вдоль туловища руки, стояло не меньше семи цзянши. Пока не появилась еда, они спали.

Среди них Сяо Ту увидел и того, что шаркал в одиночку, и тех, что прыгали.

— Кто-то снова их собирает. — догадался мастер.

— Мастер, может, уйдём? — предложил Сяо Ту.

— Разве не ты меня сюда посылал? — язвительно подметил Гуэй. Но видя, как глаза юного писаря наполняются страхом, всё же смягчился: — Уйдём. Как только я узнаю, кто и зачем их отправляет в деревню. Вернись к тому дому, о котором я говорил. Дальше ты мне будешь только мешать.

Сяо Ту спорить и не стал. Ему сказали, что надо уходить – он с радостью.

— Постой. — шёпотом остановил его Гуэй, — как обрадовался! Вот. — он достал из рукава припрятанный талисман: — Только один. Если кого встретишь – обязательно ему на лоб!

Сяо Ту снова кивнул, и короткими перебежками отправился к укрытию.