Александра Сутямова – Проклятый мастер Гуэй (страница 45)

— Именно, — закивал писарь.

— Неподалёку город. — всё ещё обиженно сообщил демон.

— Там и затеряемся. — решил мастер. — Ни одна пещера не сможет скрыть так же надёжно, как толпа. Заодно и сделаем несколько покупок.

— А мы сможем купить мне новый ящик? — с самым просящим взглядом, на который был способен, спросил Сяо Ту: — Мой был сломан ещё в Интяне, а я странствующий писарь, и без него вовсе не могу… Из всего, что я когда-то имел, при мне осталось только то, что я смог нести в моей сумке, — он похлопал по совсем уже скромному скарбу, в котором хранил самое ценное: письменные принадлежности, флейту и нефрит.

Особенно Сяо Ту переживал о потере второй рубашки, подаренной доброй госпожой Тан. Как жаль, что он как раз её постирал, а потому остался в старой.

— А деньги у тебя есть? — хмыкнул Ми Хоу.

Юноша сразу приуныл. У него, и впрямь, не было денег.

— Завтра решим. — скомандовал Гуэй: — А сейчас спать. Сяо Ту, ты караулишь первым.

— Слушаюсь, — тихо отозвался Сяо Ту.

— Не совсем здоровый сон, на голодный-то желудок. — возразил Ми Хоу.

— Если собираешься охотиться, то принеси и мне чего-то, а я устал. — мастер лёг прямо тут же, на голую землю, и сразу уснул.

— Неблагодарный. — недовольно отозвался демон.

— Он очень ослаб… — заступился было Сяо Ту.

— А я что, нет? — огрызнулся обезьяна.

Сяо Ту тоже был уставшим, поэтому ничего не сказал.

— Нет пользы тебя просить принести еды, да? — уточнил Ми Хоу. — Ладно. Жди. Но за меня тоже откараулишь!

И, не дождавшись ответа, скрылся в сумерках.

Но обман Ми Хоу был раскрыт быстро, поскольку принёс он только два сахарных тростника. К тому же, заставив Сяо Ту их чистить.

Пережёвывая кусок сладкой древесины, юноша сидел у входа в пещеру и наблюдал за луной, удивительно сегодня яркой.

Ему вспоминались дневные приключения и, главное – поцелуй демоница.

Невольно Сяо Ту растёр щёку, всячески стараясь этот поцелуй стереть. Никто, кроме дорогой Мэй Мэй не вправе этого делать!

И стоило ему об этом подумать, как в памяти сразу возник жаркий летний вечер, в который Сяо Ту помогал Мэй Мэй перенести тяжелый бочонок.

Конечно, и для самого Сяо Ту эта ноша была тяжела, однако, он всячески старался виду не подавать, самоотверженно катя его по земле.

Когда же он оставил бочонок в кухне, как то попросила Мэй Мэй, девушка вдруг преградила ему выход:

— Сяо Ту, — от волнения глубоко дыша, произнесла девушка. — Не смей меня обманывать, и скажи честно. Мы правда поженимся?

— Конечно! — твёрдо заверил юноша, а у самого в горле пересохло.

— Тогда… — коротко произнесла она и, положив руки ему на плечи, встала на носочки, быстро поцеловав юношу в щёку.

Внутри словно вспыхнул огонь! То ли от счастья, то ли от страха. Никто никогда до этого дня его не целовал!

Когда Мэй Мэй отстранилась, щеки и уши Сяо Ту продолжали полыхать. Он не мог пошевелиться. А Мэй Мэй, закрыв лицо руками, стыдливо убежала в дом, даже не оглянувшись.

Сяо Ту сейчас отдал бы всё, что имел, хотя и было у него совсем немного… Чтобы вновь вернуться в тот миг! Или хотя бы, чтобы в этот самый, здесь, у пещеры она была рядом и могла бы тот поцелуй повторить.

Он мечтал об этом, наблюдая за тем, как чуть поодаль, между деревьев опять ковыляет обезглавленный призрак…

Замёрзнув под утро, Сяо Ту проснулся, обнаружив себя на том же месте. Возле него, погрузившись в свои мысли, нёс караул мастер.

— Можем идти. — сообщил он. — Буди обезьяну.

Ми Хоу просыпался с великой неохотой, даже пару раз пнул надоедавшего ему писаря. Благо, юноша понимал, что демон просто спит… А может, тот только пользовался удобным случаем?

Как бы то ни было, уже в следующий после рассвета час, они стояли у ворот города.

— Чего так есть хочется… — поглаживал живот Ми Хоу. — Мастер, ты же меня покормишь вкусной курицей, свининкой или говядиной?

— Совсем забыл? Ты обезьяна, а не лиса. Разве не полагается вам персики[И1] есть? — усмехнулся Гуэй.

— Если купишь ещё и фруктов, то я буду тебе очень благодарен! — обрадовался обезьяна.

— Смотри на Сяо Ту. — указал на писаря Гуэй, — Он ноет? А он так же страдает.

— Потому, что это я вас обоих на себе нёс!

— Так почему ты просишь еды у меня? Сяо Ту, плати половину.

— Но у меня нет денег…

— Что, и медяка нет?

Сяо Ту с грустным лицом отрицательно покачал головой.

— Дармоеды. — бросил мастер, однако, совсем без злобы, потому и Сяо Ту в ожидании вкусного обеда засветился счастьем.

Приведя обезьяну и нищего писаря в закусочную, Гуэй оставил их со словами, что скоро вернётся.

Ми Хоу же, преисполненный чувства справедливости, тёмного мастера, чью жизнь спасал ни раз, дожидаться не стал.

— Господин, — склонился перед ним хозяин закусочной, — У меня самое свежее мясо, и самое крепкое вино!

— Всё неси, — сидя на деревянном помосте, вальяжно откинулся на подушки Ми Хоу.

— Всё, всё? — уточнил хозяин.

— Всё, всё. — подтвердил обезьяна. — И побольше.

— Подождите, — остановил обрадовавшегося хозяина Сяо Ту, — Мы столько не съедим.

— Говори за себя. — прикусил добытую из плетёной занавеси соломинку Ми Хоу.

— Но ты даже не знаешь, сколько он принесёт. — нахмурившись, старался образумить демона от бессмысленных трат писарь.

— Никто и не говорил, что есть обязательно целиком.

— Тогда, зачем же так много? — не понимал Сяо Ту.

— Попробовать. — скучающе тыкая соломинкой в подстилку, на которой лежал, выдохнул Ми Хоу.

— Так, нести? — аккуратно уточнил хозяин.

— Неси! — скомандовал Ми Хоу.

— Нет, подождите! — зазря обрадовавшегося хозяина в очередной раз настоятельно остановил Сяо Ту. — Не понимаю. — юноша отказывался принимать подобное объяснение. — Ведь можно же попробовать и в другой день. Зачем сразу так много?

— Я с вами так до своего бессмертия не доживу! — воскликнул Ми Хоу, — Поэтому и буду наслаждаться каждый день! Не беспокойся. Это у нас с тобой денег нет, а у мастера их много!

— Так, у вас нет денег? — заподозрил неладное хозяин.

— Ты как слушаешь? — возмутился Ми Хоу. — Стоит тут, уши развесил, да всё без толку. Я сказал, что у меня и него нет, — он указал на себя и Сяо Ту, — А у мастера, что с нами пришёл, денег – с два моря! Он как раз за ними пошёл.

— Раз, пошёл… — снова обрадовался хозяин, хотя уже не так сильно. Возможно, оставшись при сомнениях.