Александра Стрельцова – Спаси мою маму (страница 3)

– Как видишь, не все, – качает головой незнакомец, отвечая второму.

– Неужели Колос настолько хороший муж… – говорит позади меня Толя.

– Рот прикрой, – летит приказ от мужчины, имя которого я не знаю.

О чём хотел сказать этот Толя? В его словах явно был подтекст.

– Даша, время пошло, – переводит взгляд с Толи на меня и кивает в сторону нашей с Вовой спальни.

Он явно знает, что и где находится в этой квартире, уверена, они облазили здесь каждый угол, пока нас с Митей не было дома.

Наклоняюсь над сыном, беру его на руки и еле передвигаю ноги, иду в комнату собирать вещи, как было сказано мужчиной.

Захожу в комнату и прикрываю за собой дверь, облокачиваюсь об неё спиной, прикрываю глаза, носом утыкиваюсь в маленькое плечико сына и вздрагиваю всем телом, роняю первые слёзы.

«Вова», произношу мысленно имя мужа, «где ты, родной?» обращаюсь к нему, словно он может меня услышать, «мне страшно, спаси нас».

Сквозь свои мысленные стенания слышу, как кто-то приближается к двери, открываю глаза и быстро отхожу от неё, усаживаю Митю на край нашей с Вовой кровати, подхожу к шкафу, в нижнем ящике достаю дорожную сумку и скидываю в неё первые попавшиеся вещи.

Дверь комнаты открывается, на пороге появляется мужчина, который приказал мне собирать вещи. Он молча наблюдает за моими нервными действиями. А как только моя сумка набивается вещами, он проходит в комнату, подходит к Мите и берёт его на руки.

– Пацану вещи собери, и поживее, Даша, – приказывает мужчина и выходит с Митей из комнаты.

Подхватываю тяжёлую сумку, бегу вслед за сыном и, выбежав в коридор, резко останавливаюсь. Незнакомец стоит около комнаты Мити и, увидев меня, кивает на дверь детской. Бросив на пол сумку, спешу собрать вещи сына. Зайдя в комнату и открыв шкаф, достаю Митин рюкзак для вещей. Я не скидываю всё подряд, ребёнку я выбираю вещи.

Стоит только застегнуть молнию замка на рюкзаке, как ко мне подходит Толя уже с моей сумкой в одной руке и забирает рюкзак с Митиными вещами.

– На выход, – командует тот, имя кого я ещё не знаю.

Внутри появляется протест, который у меня не получается сдержать.

– Да кто вы такие и что вам от нас надо?! – выкрикиваю, стоя у шкафа с оставшимися вещами Мити.

Митя пугается моего крика и вздрагивает, на что мужчина неожиданно прижимает его к своей груди крепче, утешительно проводит по маленькой спине сына. В то время как его выражение лица не выказывает ни одной эмоции.

– У тебя с памятью проблемы? – спрашивает с каменным лицом.

– Всё хорошо у меня с памятью, – огрызаюсь в ответ и пугаюсь своей реакции.

Мне нужно молчать и делать то, что он говорит, у него на руках мой сын, и вместо того, чтобы прикусить язык, я продолжаю наступать на незнакомца.

– Ответьте на мой вопрос! Кто вы такие? И зачем вам мой муж?! – кричу чуть ли не фальцетом.

На его лице ни один мускул не дрогнул от моего крика. Он просто стоит и спокойно смотрит на меня. Зато мой малыш прикрывает ушки своими ладошками.

– Что Вы хотите? Прошу, ответьте мне, – говорю уже тихим голосом, смотря на незнакомца.

– Твой муж предал меня и присвоил то, что никогда не принадлежало ему, – наконец-то отвечает мужчина.

– Неправда, – качаю головой на заявления незнакомца, – Вова на такое не способен, он порядочный человек, он никогда не брал чужого, и на предательства и обман он не спосо…

Мои слова обрывает громкий, раскатистый смех незнакомца. С его лица слетает каменное выражение, открывая истинные эмоции, от которых я передёргиваю плечами. Мужчина даже спускает с рук Митю, и сын вмиг оказывается рядом со мной. Такой смех меня пугает, он не обещает ничего хорошего, и словно в подтверждение моих мыслей, мужчина начинает говорить.

– Даша, неужели ты действительно настолько наивна и не знаешь всего? – качает головой мужчина, – ты же видишь меня впервые? – задаёт вопрос, на который я киваю головой, – а ты знаешь, что мы с твоим мужем уже четыре года работаем вместе, точнее, он работал на меня, и был лучшим другом? Мы с ним за одной партой девять лет просидели, об этом ты знаешь? – сыплет на меня вопросы, ответ на которые у меня один.

Я не знаю такого!

– Можешь не отвечать, и так вижу, – скалится мужчина, – ты и твой сын поедете со мной, и будете у меня, пока за вами не придёт твой муж и не вернёт то, что украл, – говорит якобы лучший друг Вовы, и в один шаг подходит ко мне и снова берёт на руки моего ребёнка, – а это гарантия того, что ты будешь вести себя как хорошая девочка, – на его лице вновь каменное выражение.

Сглатываю ком в горле, спешу следом за мужчиной, на руках которого находится мой сын. Боже! Вова! Во что ты вляпался? И почему я не знаю такие детали твоей жизни? Если этот мужчина говорит правду, то, значит, Вова обманывал меня несколько лет, и его бизнес с Ростиком и вовсе не его, а этого незнакомца?

Погружаюсь в свои мысли и не замечаю, как оказываюсь на лестничной площадке. Вырываюсь из размышлений от звона, и с огромными глазами наблюдаю, как Толя закрывает дверь нашей с Вовой квартиры ключами мужа.

– Где Вова?! Откуда у вас его ключи?! – вскрикиваю на весь подъезд, напрочь позабыв о всех предупреждениях незнакомца.

– Дура, – рычит Толя, – рот прикрой, – цедит сквозь зубы.

– Их нам дал Ростислав, – спокойно отвечает незнакомец, в то время как его глаза вспыхивают алым пламенем злости.

Порывисто вытираю слёзы с лица, и мысленно сыплю проклятия на голову двоюродного брата Вовы. Но следом прикусываю язык. Так как Ростя предупредил меня, сказал, что нужно сделать, а я не послушала, сделала по-своему, и вот теперь надо мной возвышаются два огромных мужчины, на руках у одного находится мой сын.

Меня подталкивают к лифту, створки которого уже открыты. Захожу в кабинку, забиваюсь в угол и не свожу глаз с сына. Мой мальчик растерян, он не понимает, что происходит. Спускаемся вниз, в парадной я ловлю на себе взгляд консьержа. Мужчина еле заметно качает головой, словно жалеет нас с Митей, в его сторону смотрит Толя и прикладывает указательный палец к губам, без слов приказывая консьержу молчать об увиденном.

У самого подъезда стоит огромный внедорожник, который я даже не заметила, забегая в подъезд, вернувшись с торгового центра. Толя достаёт брелок из кармана брюк, нажимает на одну из кнопок, и двери машины открываются. Через минуту я и Митя вместе с незнакомцем сидим на заднем сидении автомобиля.

Как только машина трогается с места, я дёргаюсь всем телом, а следом меня хватают за шею сзади.

– Тише, Даша, не надо дёргаться, тебе лучше поспать, дорога неблизкая, – говорит мужчина, и его пальцы начинают массировать мою шею.

Замираю и затаиваю дыхание, а следом чувствую, как один из пальцев мужчины давит сильнее остальных, и перед глазами начинает всё плыть, через пару секунд меня и вовсе накрывает темнота.

ГЛАВА 3

ДАША

Слышу смех Мити, он доносится до меня словно через толщу воды. Вокруг меня темнота, хочу открыть глаза, но веки настолько тяжёлые, что у меня не получается их разомкнуть. Кажется, я заболела, первое, что приходит мне в голову, но следом, как кадры из фильма, проносятся картинки, и с каждой новой я понимаю, что это никакое не кино, это жестокая реальность.

Митя! Словно выстрел в голову.

От страха за сына получается открыть глаза и даже принять положение сидя, правда всего на пару секунд, и я падаю назад, глаза вновь закрываются, голова кружится, а к горлу подкатывает тошнота. Что со мной сделал этот незнакомец? С губ срывается стон, и я слышу голос сына.

– Мама, – совсем рядом.

– Тихо, парень, не торопись, твоя мама ещё не проснулась окончательно, посиди здесь, – раздаётся голос мужчины, который я слышу впервые, а следом слышу приближающие шаги.

Пытаюсь вновь открыть глаза, и вроде получается, вот только вижу я только белёсую пелену. Да что со мной?

– Кажется, босс перестарался, – говорит мужчина, и постель рядом со мной прогибается.

Моего лба касается холодная ладонь, и я замираю, наслаждаясь прохладой, даже голова перестаёт болеть, но ладонь задерживается всего на секунду и исчезает, а я роняю стон разочарования и неосознанно тянусь вслед за отобранной конечностью.

– Ну-ка, пацан, идём со мной, – слышу, что говорит мужчина.

– Митя, – зову сына, перед глазами начинает пропадать пелена, ещё нечётко, но я вижу сына, он сидит в большом кресле, а рядом с ним уже стоит очередной незнакомец.

– Не, пацан, стоять, – мужчина перехватывает Митю и не даёт моему ребёнку приблизиться ко мне.

– Уберите руки от моего ребёнка, – стараюсь говорить твёрдо и грубо, вот только с губ срывается практически писк.

С огромным трудом принимаю положение сидя и пытаюсь скинуть с ног покрывало, чтобы спустить их на пол и встать с кровати, на которой я оказалась. Голова продолжает кружиться, тошнота не отступает.

– А ну легла обратно, – гаркает незнакомец, – всё с твоим сыном нормально, а вот с тобой нет, сейчас позову того, кто по медицине шарит, у тебя вон жар, и пацану рядом с тобой делать нечего, ещё заразится, – грубо произносит мужчина, – башку бы твоему Колосу оторвать за такие дела, сам гнида в могиле одной ногой, и вас за собой тащит.

– Идём, пацан, – говорит он Мите, беря его за руку, – а ты ложись, – летит уже мне.

Смотрю на то, как чужой человек выводит моего ребёнка и закрывает за собой дверь, а в голове кружатся его слова «…сам гнида в могиле одной ногой, и вас за собой тащит». Понимание того, что я ничего не могу сделать, накрывает меня волной холодной воды. Тело подрагивает, такое со мной бывает при высокой температуре, вот только с чего она поднялась, мне не понятно.